Месть оптом и в розницу - Наталья Перфилова

Часа через два, когда я окончательно пришла в себя и смогла подняться, я рассказала Насте о фантомасе, который преследовал меня последние дни. Изучив подметные письма, подруга довольно мрачно спросила:

– Ну, и что ты думаешь, кто это может быть?

– Откуда мне знать? Маньяк какой-то, – с досадой отозвалась я.

– Сдается мне, ты тоже догадываешься, кто этот ненормальный…

– И кто же? – Я с интересом посмотрела на подругу.

– Андрей, конечно. – Она глянула на меня, как на слабоумную.

– Я тоже сначала на него грешила. Вроде бы все сходится. Перед последней поездкой в деревню я обидела его. Расстроился парень, но ведь не настолько, чтобы убивать.

– Знаешь, подруга, психи всякие попадаются, – рассудительно заметила Настя.

– Это верно. Если бы все ограничилось только угрозами, то я с трудом, но все же поверила бы. Но теперь вижу, дело значительно серьезнее.

– Я все же на Андрюху думаю, – продолжала стоять на своем подруга.

– Нет, это не он, – ее доводы никак меня не убедили, – почерк не его.

– Подумаешь, почерк… – протянула Настя.

– Изменить, конечно, мог, тем более что написано все преимущественно печатными буквами, – согласилась я. – Посмотри на письма, ничего странным не показалось?

Настя долго и внимательно изучала разложенные на столе бумаги.

– Ну, разве что ошибок много грамматических, запятых тоже не хватает.

– Вот видишь, если даже ты, при твоей-то безграмотности, заметила, то Андрей просто не мог так написать.

– Ерунда это, – с сомнением еще раз посмотрела на письма Настя.

– Не скажи, – возразила я, – грамотный человек автоматически знаки препинания ставит. А там ошибки просто на школьном уровне. Я даже сначала подумала, что детишки шалят.

– Ничего себе детишки! – возмущенно фыркнула Настя.

– Что делать-то теперь, подруга? – поежилась я. – С сегодняшнего дня я начала верить в его угрозы.

– Поверишь тут… А ты в милицию не обращалась?

– А что я им предъявлю? Письма и колеса проколотые?

– Ну, теперь-то другое дело. – Настя с энтузиазмом ухватилась за эту мысль.

– Да брось. Ты что, наших ментов не знаешь? Скажут, поставила кофе и забыла.

– Но ты же помнишь про чай…

– Головой ударилась и все перепутала. Да и потом, ну, приложу я усилия, и заведут уголовное дело по факту покушения на гражданку Белкину Ирину Анатольевну. И что? Сутки будут снимать показания, а потом положат тощую папочку на полку. Нет! Надо самой разбираться с этим маньяком. Слушай, – вдруг похолодела я, – говоришь, дверь была заперта?

– Ну да, на два оборота, – подтвердила подруга.

– Значит, теперь у него есть ключи от моей квартиры, – мне стало снова дурно, – мама дорогая!

– Ну, это дело поправимое. – Настя схватила телефон. – Паша, привет, зайчик мой! Ты уже успел по мне соскучиться? Тогда хватай ноги в руки и мчись сюда… Куда-куда! К Ире, конечно. Да, и купи по дороге замок подороже… Потом объясню, но давай быстрее, наша жизнь в опасности. – Положив трубку, она сообщила: – Сейчас прилетит. Раз уж мы решили не обращаться в милицию, пойду счищу с плиты это кофейное безобразие. Должны же мы, наконец, «позавтракать, а может, пообедать, а может, и поужинать…». – Настя ушла на кухню, напевая песенку из мультфильма «Пластилиновая ворона». Видимо, первое потрясение прошло, и у нее начало подниматься настроение.

Оставшись в одиночестве, я задумалась. За последний месяц в моей довольно спокойной жизни случилось столько криминальных событий, что я начала привыкать к ним. После гибели основного злодея той истории я думала, что со всем этим покончено, но почему-то жизнь моя совершенно не наладилась. Трудно представить, что за несколько дней я, сама того не подозревая, умудрилась вляпаться в новую историю, но и связать это покушение с делом попа Ксенофонта никак не удавалось. Все вроде давно выяснено, Игоря Клюева похоронили. Деньги, правда, так и не нашли, но в письмах нет и намека на валюту. Там все в основном на чувства напирают. Может, права Настя, и за всем этим беспределом действительно маячит фигура моего бывшего жениха? Но и в этой версии концы с концами не сходятся. Мы целый год встречались почти каждый день, и я ни разу не замечала у него психических или шизофренических закидонов. Великой любви, от которой вдруг мутится рассудок, он ко мне тоже явно не испытывал. Так что я не вижу причин убивать меня. Ну подшутила над парнем, но ведь и он меня обидел, теперь мы в расчете. И при чем же здесь желание убить?

Мы еще и чаю выпить не успели, как принесся запыхавшийся Павел.

– Что тут опять произошло? Горе ты мое! – заволновался он вместо приветствия.