Ты бросил меня - Владимир Колычев

Никита собрался продолжить исследование, но дверь вдруг открылась, и на порог вышла женщина. Заметив его, она пугливо вздрогнула:

— Ты кто такой?

— Полиция, уголовный розыск, — предъявил он свои «корочки».

— И что это все значит? — возмущенно протянула женщина. Это с преступником она бы говорила на «вы» и шепотом, а с полицейскими можно не церемониться. Правила хорошего тона — сначала нахамить сотруднику, а потом рассказать всем, какие менты сволочи.

— Где-то здесь находится автомастерская, угнанные машины разбирают. Вот я и подумал…

— Что вы подумали?

— Да нет, вы на угонщицу не похожи, — улыбнулся Никита. — Слишком породисты для этого.

Он мог сказать, что женщина еще и потрясающе красива, но решил не грешить против истины. Волосы у нее роскошные, фигурка что надо, фейс-тюнинг впечатляющий, но не красотка. Глаза слишком близко посажены, нос широковатый и с горбинкой, которую, похоже, пытались исправить, но не смогли. А линии глаз и носа как раз то, что и определяет внешность.

— Что?!

— В смысле, аристократический у вас вид… Или это всего лишь искусная маскировка?

— Какая еще маскировка?

— Документы можно?

— Документы?!.. Ворвался ко мне в дом и еще документы требует!.. Это ты мне документы покажи!

— Всего хорошего! — Никита козырнул и повернул к воротам.

— Я буду жаловаться! — донеслось вслед.

Он подошел к своей машине, но за руль садиться не стал, просто открыл дверь и вопросительно посмотрел на Вересова, который должен был пробить информацию.

— Кольцова Юлия Максимовна, семьдесят восьмого года рождения, прописана в Москве, дом на Минском шоссе, дача — здесь… Есть еще недвижимость в Сочи… — заглянув в планшет, сказал он.

— А работает где?

— Косметологический центр «Эдельвейс», директор…

Кольцова тем временем открыла дверь своей машины.

— Юлия Максимовна, один вопрос! — приблизился к ней Никита и вывел на экран смартфона фотографию Петрушина.

— Вы знаете этого человека?

Он заставил Кольцову изучать фотографию, а сам впился взглядом в нее. И понял, что женщина узнала Петрушина, но постаралась это скрыть. Впрочем, ему могло и показаться.

— Кто это?

— Я же говорю, что здесь «осиное гнездо» угонщиков.

— Не знаю такого.

— А вдруг все же видели?

— Я здесь впервые за зиму, — хмыкнула Кольцова. — Что я могла здесь видеть?

— Тогда извините. — Никита повернулся к ней спиной, шагнул к своей машине.

— А этот парень что, машины угоняет? — не выдержав, спросила вдруг она.

— Нет, разбирает на запчасти, — не оборачиваясь, ответил Никита.

— А-а!

— Машину без присмотра не оставляйте. Тут на ходу подметки рвут, — посоветовал Никита, садясь в машину, быстро сдал назад, пошел на разворот, а Кольцова так и осталась стоять, в раздумье глядя ему вслед. Уж очень ей не понравился его интерес к Петрушину.

— Что еще откопал? — обратился он к Вересову, кивком показав на планшет.

— Фото со странички. Оригинал соответствует, — кивнул от в сторону «БМВ».

— А на страничке что?

— Всякая лабуда. Ничего личного… Любит розы и шампанское…

— С шипами розы или без?

— Шипы — это к чему?

— К Петрушину. Знает она его.

— Сама сказала?

— Да нет, отрицает.

— Может, он сейчас там?

— В доме?.. Вряд ли, следы бы на снегу остались…

— А вдруг?

— Надо бы узнать, кто она такая, эта Кольцова, и какое отношение имеет к Игонину.

— Думаешь, имеет?

— Если она знает Петрушина, значит, он приезжал к ней на дачу. Вместе с Вероникой.

— А если не знает… Ты же сам сказал, что отрицает.

Никита выехал за ворота, свернул на дорогу и остановил машину.

— Чем черт не шутит…

Сначала он отправил на номер Игониной фотографию Кольцовой, а затем уже позвонил — через блютус.

— Татьяна Петровна, я вас не сильно побеспокоил?

— Я знаю эту женщину, — сказала Игонина.

— Именно это я и хотел услышать.

— Кольцова Юлия Максимовна.

— Это мы знаем.

— Вице-президент нашей компании…

— Вы хотите сказать, вице-президент компании, в которой работал ваш муж?

— Частично это наша компания, у Марка там была доля…

— У нас тут немного другая информация, Кольцова — директор косметологического центра.

— Это она при муже косметологией заведовала, а после того как он умер, она заняла его место в компании.

— Умер?

— Вроде как сердечный приступ… Но говорят, Кольцова его отравила.

— Информация, конечно же, не подтвержденная.

— Слухи на голом месте не рождаются.

— Пожалуй.

— А почему вы спрашиваете?

— Да так, появился ряд вопросов… А у вашего мужа был с ней конфликт?

— У моего мужа была с ней интрижка.

— Это интересно.

— Фактически она его заставила.

Никита усмехнулся, глянув на Вересова. Кольцова, может, и не красавица, но в ней была своя изюминка.

— Значит, у них был роман.

— Не роман, а интрижка, — настаивала Игонина.

— А в этом есть разница?

— Роман — это надолго, а интрижка — раз-два, и разбежались… Теперь моя очередь. — В голосе вдовы звякнули суровые нотки. — В чем вы подозреваете Кольцову?

— Пока ни в чем.

— Это имеет какое-то отношение к смерти моего мужа?

— Не знаю, но будет видно.

— Вспомнила! Вспомнила, где я видела вашего Петрушина. Я видела его с Кольцовой!

— Где вы их видели?

Вересов толкнул Никиту в бок и показал на «БМВ» Кольцовой. Машина выезжала из ворот, и еще можно было перекрыть ей путь. Так Никита и сделал.

— Татьяна Петровна, я вам перезвоню! — торопливо проговорил он, сдавая назад.

Кольцова остановилась в самый последний момент. Никита уже замер в ожидании удара, когда машина, наконец, замерла.

Но остановился «БМВ» так, что Вересов не мог покинуть машину со своей стороны. Никита рванул к Кольцовой, а он полез на его место.