Бандитские звезды гаснут быстро - Сергей Зверев

– Наташа! – в третий уже раз произнес Юрий Сергеевич. – Ты мне объясни одну вещь…

– Я уже сто раз объясняла. – Девушка вспыхнула и отвернулась от него.

– Антон, это и правда марихуана? – спросил Веденский.

– Скорее всего, правда, – вынужден был признать Антон. – И здесь в пакетике, и там в окурке, который в комнате Карины. Следует провести экспертизу, чтобы удостовериться, что они из одной партии.

– Как ты могла? – тихо прошептал Веденский, снова пропустив слова Антона мимо ушей.

– Юрий Сергеевич! – Антон, у которого лопнуло терпение, повысил голос. – Хватит вам причитать. Неужели вы не понимаете, что сами виноваты во многом? Я хотел с вами вечером поговорить, с Кариной побеседовать в вашем присутствии. Вы что сказали? Вы махнули рукой и ушли с ней в комнату. Что дальше было? Оказывается, вы потом тихо-мирно ушли спать, оставили Карину одну и даже ни словом мне не обмолвились об этом. Я-то, дурак, думал, что вы с ней, что ей так спокойнее, что она…

– Я что, должен был тебя оставить с ней в комнате на всю ночь? – Веденский наконец-то проявил признаки здравомыслия.

– Вы должны были посоветоваться со мной, рассказать о ее душевном состоянии. Мы с вами решили бы, как ей провести эту ночь. Именно так: мы с вами, два человека, которые приняли на себя обязательства по ее охране. Я подписал с вами контракт, вы взяли ее в жены! И хватит об этом, давайте наконец займемся делом. Наташа не виновата в том, что ваша жена пропала. Это подстава, причем дешевая.

– Но как же тогда?..

– Не знаю! Пока я ничего не знаю. Значит, так!.. Вызовите сюда своего самого толкового помощника, которому доверяете. Ему придется заняться экспертизой окурка в комнате, составом этого пакетика, замком от задних ворот. И все это срочно!

– Мне кажется, что вы, Антон, не учитываете многих факторов. А должны бы, если хотите называться профессионалом. – Веденский вдруг заговорил почти нормальным голосом с деловыми интонациями.

– Изложите эти факторы, – попросил Антон и вздохнул.

– Имеют место напряженные отношения между Кариной и Наташей. Вы, наверное, этого еще не поняли, это прошло мимо вашего внимания, но факт остается фактом. Да, Наташа моя родственница, да, я взял эту девушку в дом, но Карина почему-то невзлюбила ее. Может, приревновала ко мне, может, просто не сошлись девочки характерами, но, повторяю, факт остается фактом. Это, как говорят в детективах, мотив преступления, а он…

– Вот если бы Карина налила отравы в чай, который собиралась пить Наташа, то я бы еще согласился с вами. – Антон усмехнулся.

– Что? Почему? – не понял Веденский.

– Потому что это не я, а вы не владеете информацией, хотя давно живете с этими женщинами под одной крышей. Вы не видите тех, кто работает на вас, они для вас как механизмы. У Карины есть мотив не любить и даже ненавидеть Наташу, но никак не наоборот. Учтите, что ваша жена сейчас находится в состоянии крайней депрессии, а Наташа – очень оптимистичный и позитивный человек. Она не склонна раздувать проблемы и высасывать их из пальца. Я вам, если хотите, открою глаза на проблему, на первопричину конфликта между женщинами. Карина подозревает, что Наташа крадет у нее дорогое нижнее белье.

– Что? – Веденский подскочил на стуле и уставился на Антона так, как будто тот объявил о конце света и привел убедительные доказательства этого. – Вы откуда об этом знаете?

– Работаем потихоньку! Но главное не то, что я знаю. Важно другое. Верите ли вы в эти подозрения Карины?

– Это, знаете, как говорится… С одной стороны, я не особо склонен навешивать подобные ярлыки, с другой – основания могут иметь место, учитывая разницу в доходах моей семьи и Наташи. Безусловно, Карина может позволить себе белье более высокого качества.

– Имейте же мужество сказать в глаза девушке, которая честно работает, считает вас своей семьей, что она воровка! А если вы так не считаете, то не надо вслух произносить этих нелепых фраз. «С одной стороны», «с другой стороны», «склонен», «не склонен». Чушь все это! Вы в ней варитесь, как рак в бульоне, налитом не вами. Я вам скажу, кто и почему ворует белье у вашей жены, но вы должны мне дать честное мужское слово, что никакого страшного мщения не будет.

– То есть? Но кто же?

– Даете слово?

– Черт, даю, конечно. Но мне придется уволить этого человека. Не понимаю…

– Вот и славно. Трусики вашей жены ворует Володя Шорохов.

У Веденского отвисла челюсть. Он смотрел на Антона, явно не веря в правдивость его слов и ожидая признания, что это все глупая и неуместная шутка. Антон ощутил садистское желание растянуть эту минуту на пару часов, чтобы насладиться состоянием Веденского.

Пусть тот наконец-то поймет, что вокруг него и на него работают люди, имеющие свои проблемы и мысли. Живые теплые люди, у которых есть семьи, слабости, характеры, настроения, проблемы, радости и горести. Веденскому пора бы сообразить, что нельзя требовать от подчиненных, чтобы они оставляли все личное за пределами его офиса и дома, если они там работают. Люди не могут действовать как автоматы, у которых не существует своих интересов.

– Теперь вы удивлены? – Антон вскинул брови. – А о чем вы думали, когда принимали на работу незнакомого человека, явно травмированного психически, у которого проблемы с документами, с жильем? Или вы решили, что он из благодарности к вам способен переродиться заново, просто обязан стать образцовым гражданином своей страны и находкой для вашего бизнеса? А Шорохов оказался человеком со своими тараканами в голове. Он когда-то служил с вашим другом. Это основание, чтобы любить вас, быть преданным вам и вашей семье? А Шорохов, между прочим, влюблен в Карину. Добавлю, что в извращенной форме. Он иногда поднимается к ней в комнату, онанирует на ее трусики, а потом уносит их с собой.

– Это невероятно… – прохрипел Веденский, у которого задрожали руки.

Глаза Юрия Сергеевича забегали по стенам комнаты. Казалось, он готов закричать, чтобы Шорохова привели сюда и казнили бы прямо здесь, в этой самой комнате. Желательно жестоко, предварительно оторвав половые органы.

– Вы дали слово просто уволить его и ничего больше не предпринимать, – напомнил Антон, наклонившись к Веденскому. – И не сейчас! Сначала мы найдем Карину, а потом вы будете заниматься кадровыми проблемами. Дайте задание охране приглядывать за Шороховым, и все.

Юрий Сергеевич опустил голову и насупился, борясь со своими эмоциями.

Антон решил напомнить хозяину о несправедливых подозрениях и заявил:

– Не забудьте объявить Наташе Мухиной, что больше ее не подозреваете, скажите, что были не правы.

Наташа у стены подняла руку в знак протеста, но Веденский решительно встал, подошел к ней и обнял за плечи. Наверное, это был для него серьезный поступок.

Наташа долго смотрела вслед ушедшему родственнику, потом повернулась к Антону, улыбнулась и сказала: