Вернуть общак - Сергей Зверев

– Я знаю, кто вы. – Земцов распахнул папку. – Вот постановление на обыск, подписанное прокурором района. Ознакомьтесь и распишитесь. Понятых мы привезли с собой, так что не утруждайтесь звонками по соседям. Я хорошо знаю, кто они. Справа от вас проживает угольный магнат Ярцев. Бывший уголовник. Он понятым не пойдет. Ему западло. Сосед слева – председатель ЖКХ мэрии. Ему тоже не по чину здесь стоять. Пройдемте в дом.

Обыск занял почти три часа.

– Сейф, – приказал Земцов. Вихорев повел его наверх.

– Хорошие картины, – заметил безграмотный мент. – Одна, кажется, Шагала. Получили тринадцатую зарплату и зашли на рынок? Вихорев промолчал, лишь распахнул дверцу сейфа и отошел в сторону.

– Ты смотри! – почти естественно удивился Земцов, показывая внутренности сейфа понятым. – Доллары. Чьи это?..

– Американские, – глупо проронил Вихорев.

– Вы не ошибаетесь? Это точно американские доллары? Не ваши? – Видеокамера бесстрастно фиксировала настойчивое выражение лица Земцова.

– Мои это доллары, раз в моем сейфе лежат! В этом есть состав преступления?! – С сигареты начальника судебного департамента упал пепел.

– Пока не знаю, – заявил опер. – Сейчас будем посмотреть.

Разместив на коленях ноутбук, он вывел на экран номер одной купюры. Через мгновение тот окрасился в красный цвет, что означало совпадение информации. Дальше проверять необходимости не было. Это оказались доллары из общака Пастора.

– Да, это состав. Гражданин Вихорев, вы задержаны по подозрению в совершении преступления.

Вечером Земцов приехал к Пащенко. В деле пора было расставлять точки. Вадим налил в чашку кофе, придвинул ее оперу и проговорил:

– Завтра в восемнадцать часов у областного суда мой человек передаст судье Поборникову двести тысяч долларов за освобождение из-под стражи Тимура. Возьми разрешение на прослушку и наружное наблюдение. После Вихорева и Заруцкого председатель областного суда тебе его даст. Будешь мяться – уйдут твои доллары.

– Поборников освободит Тимура?! – Земцов не поверил своим ушам, шумно выдохнул через нос, пришел в себя, отвернулся от Пащенко и заявил: – Вадим, за кого ты меня держишь? Я ведь почти двадцать годков в сыске отбарабанил. Мне сейчас стыдно. Не я вышел на этот общак, а ты. Но это чувство перехлестывается обидой за то, что ты манежишь меня как мелкого фраера. Поди туда, сделай то-то…

– Не обижайся, Саша. Все это будет твое. Только не мешай мне мое дело делать. Ради Антона. Хорошо? – Немного помолчав, словно решая, говорить или нет, Пащенко через силу выдавил: – Саша, ты классный сыщик. Это я тебе без подлости говорю. Но ты – их номенклатура, Саша. Ты сделаешь все правильно, но так, как нужно им. Они же наплевали на Костина да растерли. Нужен он был, его терпели. А когда ему стало тяжело и нужно было протянуть руку, они по просьбе таких же подонков помогли его утопить. Это сложная система. Сломать я ее не смогу. Но начинать кому-то нужно. В любом случае за судью Костина они ответят. По закону. Если у тебя все, то не теряй времени. Завтра в восемнадцать ноль-ноль!..

Судья Поборников собирался домой.

Его темно-синий «Фольксваген» отдыхал на стоянке. За день он подернулся легким покрывалом пыли, но даже это не портило его изумительный вид. Машину ему подарил тесть. Поборников, шаря в кармане, уже подошел было к ней, как вдруг распахнулась дверца красного «Форда», стоявшего неподалеку, и показался молодой человек в темных очках.

– Ваша честь, можно вас на минутку?

Здраво рассудив, что валить его пока не за что, Поборников успокоился и рассмотрел мужчину, идущего к нему. Он его никогда не видел. Если судить по машине и одежде, парень не принадлежал к числу обычных налогоплательщиков. Такого костюма от Понти нет даже у самого губернатора.

– Простите, что вот так, налетом, – извинился незнакомец. – Иначе с вами увидеться просто невозможно. Слишком многие хотят попасть к вам на прием.

Прозвучавшая глупость весьма польстила Поборникову. Он даже сразу отогнал от себя осознание того, что увидеться с ним не составляет никакого труда. Для этого достаточно прийти в день приема и постучать в дверь. Допустим, завтра, но Поборников не хотел об этом напоминать.

– Мы могли бы с вами где-нибудь поговорить?

– Пожалуйста, – степенно разрешил судья. – Прошу в мою машину. Что он, дурак – в чужую садиться?

Когда незнакомец устраивался на переднем сиденье «Фольксвагена», судья увидел в его руках кейс.

«Адвокат», – сразу решил Поборников.

Только вот у кого из его подсудимых может быть дорогой защитник? Он быстро провертел в голове списки дел, рассматриваемых им. На фоне последних звонков это мог быть лишь юрист, работающий на Тимура.

– Я не адвокат, – сразу перечеркнул логику судьи незнакомец. – Не общественный защитник и не проситель. Я представляю определенные круги, в планы которых не входит дальнейшее содержание под стражей одного очень влиятельного и известного вам фигуранта. Речь идет, разумеется, о человеке, который носит кличку Тимур. Лякин, да-да… Совершенно верно. Сразу хочу объяснить, что не имею никакого отношения ни к нему, ни к его делам. Я посредник.

– Чего же вы хотите? – Поборников насторожился.

Он еще не понимал сути разговора, поэтому боялся неизвестно чего.

– Я ничего не хочу. Я исполняю просьбы людей. Так же, как и вы, в какой-то степени. Вопрос в том, чего хотят люди, которые меня прислали. Они вам хорошо известны. Благодаря некоторым из них вы сейчас – перспективный судья. Не перебивайте! – Незнакомец легким движением руки остановил лаву благородного возмущения, готовую вырваться из уст судьи. – Я не хотел вас обидеть. Я говорю словами, известными нам обоим, и называю вещи своими именами. Так вам легче будет меня понять.

Мужчина щелкнул замками кейса и откинул крышку. До этого момента Поборников был твердо уверен в том, что в чемодане находится записывающее устройство. Но он ошибался. Из чрева чемодана на него смотрели и подмигивали портреты президента США Джорджа Вашингтона. Пачки долларов были аккуратно размещены по всему днищу кейса.

– Здесь двести тысяч долларов. Через неделю первый процесс по делу Лякина. Влиятельные люди хотят, чтобы послезавтра он был до суда отпущен под подписку о невыезде.

Поборников почувствовал, как по его спине скатывались большие капли пота. Через мгновение они сформировались в ручьи. Взмок и лоб. Никаких записывающих устройств, разговор происходил в его машине. Сзади, перемещенный туда уверенной рукой незнакомца, лежал кейс с двумястами тысячами долларов. Греция, роскошь, свобода желаний и их исполнений!..

Мужчина ждал ответа.

– Вы понимаете, что это невозможно… – начал было Поборников, но не договорил.

– Возможно все. Особенно вам, сотруднику областного суда. Используя прошлый опыт, который у вас есть…