Ангел на метле - Дарья Донцова

Я положил телефон на сиденье, мир полонженщин, мечтающих во что бы то ни стало найти свое счастье. Ради приятного, таксказать, неокольцованного мужчины дамы готовы на многое. Может, и мнепопытаться воспользоваться статусом холостяка?

Я быстро набрал нужный номер.

– Родионова, – холодно официальнопрозвучало из трубки.

– Верочка, – самым сладким голосом завеля, – ты опять на дежурстве.

– Ну да, – слегка потеплев, ответилаколлега Макса. – А это кто?

– Ваня Подушкин.

– Ой, приветик, – обрадовалалсьВера, – ты, наверное, знаешь, да? Ой, бедный Максим! Вот не повезло.Теперь ему долго режим соблюдать придется, я точно знаю: моему папе такую жеоперацию делали! Никаких волнений, строгая диета, спать вовремя ложиться!

– С его работой легко выдержать подобныепредписания, – усмехнулся я.

– Шутишь, – захихикала Вера.

Мы еще поговорили немного, и я наконец решилприступить к основной теме беседы.

– Верочка, у меня к тебе небольшая просьба.Но, если не сумеешь ее выполнить, никаких претензий не будет.

– Для тебя, Ванечка, что угодно сделаю, –пообещала Вера. – Я хорошо знаю, что ты ничего плохого не попросишь.

– Я тут помогал Максиму, чисто по-приятельски…

– А на то она и дружба, чтобы плечоподставить, – одобрила Вера.

– Короче говоря, мне нужен домашний адрес ителефон родных Романа Бурлеева, – сказал я, – думаю, его дело, скореевсего, у вас в архиве…

– Год какой? – деловито перебила Верочка.

– Думаю, прошлый, но точно не знаю.

– Сейчас гляну, – пропела Вера, –теперь, с компьютером, легко стало. Интересно, как тут раньше наши бабушкиработали? Неужели всякий раз по полкам обезьянами лазали? Вот бедняги!Досталось им! Ни косметики, ни одежды, ни продуктов, детей без памперсоврастили… Во! Есть! Бурлеев Роман Антонович. Им занимался следователь НовицкийМилослав Юзефович, чем-то он мне знаком. Честно говоря, я никакого права неимею ничего разглашать, но для тебя, Ванечка, сделаю исключение. Записывай.Мать – Ксения Антиповна, учительница младших классов, отец Антон Петрович умер.Вот повезло-то людям, прямо как утопленникам!

– Ты о чем, Верочка? – не понял я.

– Этот Антон Петрович скончался тридцать первогодекабря, – пояснила Вера. – Вот уж повеселилась его семья под елкой!

– Да! – вздохнул я. – Хотя,думается, смерть родственника всегда потрясение.

– В тот момент, когда наполняешь бокалшампанским, совсем неприятно тапки отбросить! Я вот чего заметила, если у людейслучилось несчастье, то оно потом непременно повторится, – заявилаВера, – и моя теория на примере Бурлеевых подтверждается! Сначала отецумер, потом сын погиб. Ванечка, тебе адрес этой Ксении Антиповны дать?

– Если можно, и телефон, – быстро сказаля.

Получив необходимые данные и пообещав Веренепременно передать от нее привет Максу, я посмотрел на часы. С одной стороны,еще не поздно, десяти не пробило, с другой – звонить незнакомой женщине, к томуже учительнице, неприлично. Скорей всего, Ксения Антиповна рано встает и сейчасуже легла спать.

Поколебавшись какое-то время, я решительновзял телефон и, когда из трубки донеслось тихое: «Слушаю», – мигом начализвиняться.

– Прошу простить за поздний звонок.

– Ничего, я ложусь после полуночи, –вежливо ответила Бурлеева.

– У меня неотложное дело, – обрадовалсяя, – очень надо с вами переговорить.

– Представьтесь, пожалуйста, – попросилаКсения Антиповна.

– Да, естественно, – опомнился я, –Иван Павлович Подушкин.

– Подушкин, Подушкин, – забормоталаБурлеева, – не припоминаю… у ребенка ваша фамилия?

– Речь не о школьнике, вы знакомы с НаташейКапустиной?

– Нет, – без всякого волнения ответиласобеседница, – а в чем, собственно говоря, проблема?

Я слегка растерялся и, недолго думая, ляпнул:

– Тут дело очень странное, касается вашегосына!

– Романа? – оживилась Ксения.

– Ну да… – замялся я. – В некотором роде!Можно мне к вам завтра днем приехать?

– Хорошо, – спокойно согласиласьсобеседница.