Картер Рид - Тиджан

– Привет, парни. Вы к боссу?

Томас наклонился и что-то сказал ему на ухо. Я не слышала, что именно, но вскоре заговорил другой голос, громко и властно:

– Мистер Грэм, мистер Рид любезно попросил, чтобы сегодня вечером вы не беспокоили его гостей.

– Что? Но…

– Вы освобождены от своих обязанностей на сегодняшний вечер.

– Что происходит, Джин? – В его голосе послышался гнев. – Ты не можешь указывать мне, что делать.

– На самом деле, – ответил Джин уже жестко, – могу. Сегодня у тебя выходной, Скотт. И в твоих интересах уйти самостоятельно.

Повисла тишина, растянувшись еще на минуту. Охранники замерли вокруг меня. Воздух загустел от напряжения, но потом управляющий усмехнулся:

– Ладно. Я уйду, но завтра поговорю об этом с Картером лично.

– Он ждет твоего звонка сегодня.

Охранники подождали еще минуту и расступились. Скотт Грэм ушел, как и загадочный Джин. Дышать сразу стало легче, и я сделала глубокий вдох, когда Майк открыл дверь и исчез внутри. Трое охранников последовали за ним. Вскоре был дан какой-то сигнал остальным, и Томас кивнул мне:

– Можете заходить, Эмма.

Я вежливо улыбнулась:

– Спасибо, Томас.

Войдя внутрь, я была поражена. Передо мной раскинулся огромный зал с танцполом. Вокруг него – диваны, стол со стульями, бар. Кабинет Картера вполне мог служить ему квартирой. Осмотревшись, я увидела четыре двери и задалась вопросом, все ли они ведут в спальни.

Остальные залы были совсем не похожи на этот. Весьма необычный офис ночного клуба. Я думала, что встречалась с Картером в его личном зале, но, очевидно, у него их было несколько.

Стеклянные двери раздвинулись, и вошла Тереза с двумя огромными бокалами. Она изумленно вытаращилась на меня, раскрыв рот.

– Офигеть, Эмма! Вот это вид!

В ее глазах вспыхнул огонек.

– Планируешь на сегодня что-то особенное?

Я покраснела:

– Не хочу об этом говорить.

– Точно планируешь, – ухмыльнулась она и подала мне бокал. – И я не виню тебя. Этот мужчина просто великолепен. Если бы не свидание завтра вечером и если бы мы не были подругами, я бы сама попытала счастья. Он потрясающий, Эмма. Тебе очень повезло заполучить такого жеребчика.

– Тереза, – я знала, что иногда она выходит из берегов, но к этому еще не привыкла. Потом я увидела, как покраснели ее щеки, и принялась обмахивать свои, чтобы остыть.

Подошел Ной.

– Она пьяна.

– Я догадалась.

Так это у них свидание?

Тереза фыркнула. Видимо, она прочла мой взгляд.

– Не с ним. Сегодня днем я познакомилась с очаровательным джентльменом. Он предложил выпить. Меня наконец куда-то пригласили!

Она бросила мрачный взгляд в сторону.

Ной закатил глаза, разливая напитки за баром.

– Джентльменом? Он мерзавец. Погоди. Сама увидишь.

Она выпрямилась и расправила плечи.

– Я увижу, вот как?

Он что-то пробормотал себе под нос и вернулся на танцпол.

Тереза смотрела ему вслед, пока он не скрылся из поля зрения. Уголки ее губ опустились, плечи поникли.

– Это он мерзавец, а не Аллен. Аллен обращается со мной как джентльмен. Добрый. Заботливый. Не как Ной. Он иногда такой говнюк.

– Что произошло?

У нее затряслась губа, задрожал подбородок и потекли слезы.

– Тереза?

Она покачала головой, не в силах говорить, и села на один из диванов. Я села рядом, поставив напитки на стол. Поглаживая круговыми движениями ее спину, я прошептала:

– Что случилось? В любом случае уверена, что все будет в порядке.

– Нет, не будет.

– Что случилось?

– Он говнюк, вот что случилось.

Она подняла голову и смахнула слезы.

– Когда мы прилетели, то поехали ко мне. Я так радовалась, что мы с тобой снова работаем вместе, и мне хотелось поскорее начать праздновать. Ной сказал оставить тебя в покое до вечера. Мы немного выпили, а потом, – она глубоко вдохнула, снова вытирая слезы. Макияж смазался. – Потом мы переспали.

Я выпрямилась, округлив губы, но не удивилась.

– И было плохо?

– Нет! – зарыдала она. – В том-то и проблема. Было потрясающе. И мучительно. Как в кино.

– Так в чем проблема? Если он не…

– Эмма, мы сделали это дважды, – она повернулась ко мне, продолжая плакать. – И я хочу еще, вот в чем проблема. Я готова делать это целую вечность, но он сказал спасибо. Спасибо! Ты представляешь? Спасибо. Тебе.

Будто я горничная, которая почистила ему диван. Спасибо тебе. Охренеть. Спасибо. А потом предложил сходить вместе в спортзал. Спортзал!

– Мне жаль, Тереза.

– Избавь подругу от подробностей нашей интимной жизни. У нее есть проблемы посерьезнее, – рявкнул подошедший Ной.

Она втянула в себя воздух и поднялась на ноги.

– Это был личный разговор.

– Не слишком личный, я слышал каждое гребаное слово. Хватит рыдать, Тереза. Я всерьез намерен сегодня тебя отыметь.

У Терезы упала челюсть. Она пошатнулась и пискнула:

– Правда?

– Да. – От раздражения у него блестели глаза. Он снял и бросил на стол галстук. – Давай допивай, бери еще и пойдем танцевать.

Когда он вышел, Тереза схватила меня за руку.

– Знаю, это не должно мне нравиться. Знаю, феминистки меня осудят. Но я собираюсь заняться с этим мужчиной сексом. Я займусь с ним сексом сегодня ночью и каждую ночь после этой, по всяком случае, надеюсь на это.

Я усмехнулась и шлепнула ее по заднице:

– Давай, Тереза. Покажи ему, кто главный.

– Я главная.

– Иди и скажи ему.

Она ослепительно улыбнулась и обняла меня, на мгновение крепко прижав к себе:

– Спасибо, Эмма. Я так рада, что мы познакомились. Ты не представляешь. Я нелегко завожу друзей, а с тобой мы сразу сроднились.

Я похлопала ее по спине:

– Я тоже.

Но, когда она отстранилась и радостно поспешила к Ною на частный танцпол, я перестала получать удовольствие от вечера. У меня были другие друзья. Двое из них были мне очень близки и дороги, но я их оставила.

– Что случилось?

Я обернулась и увидела Картера. На нем была черная толстовка, черная рубашка и черные штаны. Я никогда не оценивала его гардероб, но знала достаточно, чтобы понять, что он пришел не из офиса. В горле пересохло.