Гардемарин в юбке - Ирина Хрусталева

В следующие три дня Вероника носилась по городу, как очумелая, пытаясь успеть все сразу. Она даже не могла предположить, что устройство похорон может так вымотать человека. Несчетное количество раз пришлось являться в одно и то же похоронное бюро, на третий день ее встречали там уже как родную.

Сначала приехала туда и заказала два гроба. Третьего, как планировала, для Вадима, она пока заказать не могла по той причине, что доктор не мог выдать справку о смерти, потому что Никитин все еще не уговорил начальство пойти на такой шаг, чтобы объявить живого человека умершим. Без справки о смерти, естественно, никто не даст свидетельства о смерти, а без свидетельства ничего не оформишь в похоронном бюро. Словом, получался замкнутый круг. Когда наконец удалось убедить «высокие чины» в том, что Демидов просто обязан «умереть», чтобы следственные органы могли найти настоящего убийцу, в руках Вероники появилось свидетельство о смерти, и она приехала в похоронное бюро заказывать третий гроб. Но когда она явилась туда за четвертым, молодой управляющий посмотрел на нее с опаской и спросил:

– Мадам, у вас что, в семье эпидемия?

– Ага, тиф всех подряд косит, врачи ничего сделать не могут, – выдала Ника.

Мужчина посмотрел на нее округлившимися глазами и схватился за телефон.

– Леночка, выйди, пожалуйста, в приемную, здесь нужно заказ оформить, – и он бочком-бочком, а потом галопом выскочил за дверь.

Вероника прыснула в кулак, но не засмеялась, да и не до смеха было: накануне в больнице умерла Роза Ефимовна, так и не оправившись от инфаркта. Поэтому и понадобился четвертый гроб. Бедные старушки, сестры Розы Ефимовны, были настолько подавлены горем, что обе слегли в постель, и вокруг них суетились врачи. Зоя Ефимовна постоянно шептала, как в бреду:

– Четыре гроба, четыре гроба, за что же такое наказание ты послал нам, господь? Я этого не вынесу, четыре гроба, угасает род Демидовых, как страшно угасает!

Вероника настолько вымоталась, что, выйдя из похоронного бюро и сев в машину, какое-то время неподвижно сидела, откинувшись на подголовник. Конечно, можно оформить заказ через агента, а не бегать, как гончей, самой по городу. Но две сестры очень просили Нику, чтобы она сама съездила и выбрала гробы и венки, в церкви договорилась с батюшкой насчет панихиды.

– Деньги сдерут по максимуму, а пришлют второй сорт. Не в деньгах, конечно, дело, а совсем в другом, нельзя чтобы нас потом осудили, – наставительно говорила Зоя Ефимовна.

Девушка выполнила все, о чем ее просили, но поняла, как это трудно. Она вспомнила похороны своего деда и слова бабушки:

– Покойнику ничего не нужно, он ничего не требует, но свое обязательно возьмет. Посмотри, сколько народу вокруг него суетится, скольким людям приходится побегать, чтобы проводить его в последний путь, а он лежит себе и ни о чем уже не думает и ничего не просит.

«Да, бабуля, как же ты была права, – подумала Вероника. – Никогда в жизни больше никого не буду хоронить».

Когда до девушки дошел смысл только что сказанного, ей стало так смешно, что она не сдержала улыбки. В это время мимо ее машины пробежал управляющий, которого она до смерти напугала тифом, и, увидев, как смеется его клиентка, замер на месте, а потом, спотыкаясь, помчался обратно. Вероника вспомнила, что забыла заказать ленты для венка Розы Ефимовны, и устало выползла из машины. Когда она опять вошла в приемную, молодой управляющий, стоя к ней спиной, говорил с кем-то по телефону:

– Нет, вы только послушайте, она сегодня уже за четвертым гробом приехала, а сейчас сидит в машине и смеется, представляете? Ненормальная какая-то! Меня чуть удар не хватил, мы не привыкли, чтобы у нас здесь смеялись. У нас хорошая репутация, вот поэтому я вам и докладываю. Да, гробы заказала самые дорогие и венки тоже. Ну откуда ж я знаю, кто она? Небось родственница какая-нибудь с периферии.

Вероника посмотрела на свой строгий черный костюм от Юдашкина и подумала: «Неужели я так плохо выгляжу, что похожа на бедную родственницу?» Молодой человек тем временем продолжал:

– Когда же мне телевизор смотреть, если я еле до дома доползаю? Вы меня столькими обязанностями нагрузили… Да, все гробы для каких-то Демидовых, у них там эпидемия, кажется. Что вы говорите? Неужели, это те самые Демидовы? Да, да, конечно, все исполню по высшему разряду. Да, я все понял, будет исполнено. Надо же, как она меня купила!..

– Я все твое бюро могу купить вместе с тобой в придачу, не сомневайся! – зло процедила Вероника, вернувшись в контору, и положила на стол записку с текстом, который нужно написать на лентах для венков. – Давайте побыстрее оформим заказ, некогда мне.

Молодой человек выронил трубку и начал что-то лепетать по поводу того, что он ничего не знал о горе, постигшем такую известную семью, ну и все такое прочее.

– Не волнуйтесь, ленты отдельно заказывать не нужно, они прилагаются к венкам, вы только записочку оставьте с текстом. Извините меня, пожалуйста, я не знал, кто они, Демидовы. А вы кем же им приходитесь, если не секрет?

Вероника внимательно посмотрела на мужчину и, улыбнувшись, ехидно проговорила:

– Родственницей с периферии.

– Да? Я почему-то так и подумал, – не уловив сарказма, продолжал торопливо управляющий. – Еще раз прошу прощения, надеюсь, что вы останетесь довольны, наши гробы считаются самыми хорошими в Москве. – Потом, понизив голос, он доверительно посмотрел на Нику и прошептал: – Между прочим, все погибшие бандиты у нас гробики заказывают – считается престижным.

Вероника посмотрела на управляющего, в ее глазах появились чертики и показали мужчине длинные языки, а Ника, тоже понизив голос до шепота, проговорила:

– Сами заказывают?

– Что – сами? – не понял управляющий.

– Ну, вы же сказали, что погибшие бандиты всегда у вас гробы заказывают. Вот я и спрашиваю, сами заказывают?

– Как же покойник может сам что-то заказать? – удивился мужчина.