Алые губки - мягкий дурман - Марина Серова

— А как вас представить?

— Частный детектив Татьяна Иванова.

— Хорошо, — ответил тот же человек, снял трубку городского телефона и выполнил мою просьбу.

Через несколько секунд он передал ее мне.

— Здравствуйте, Иван Андрианович!

— Добрый вечер! Чем обязан? — голос наркобарона был с легкой шепелявостью.

— Я — частный детектив и…

— Я это уже слышал, ближе к делу!

— Чтобы узнать интересную историю, не обязательно подглядывать в окна. Я знаю ее изнутри и могла бы рассказать…

— Я вас не понимаю.

— А я думала, что вас интересует мягкая мебель.

— Нет, вы ошиблись! Передайте трубку тому, кто вас представил.

— Простите меня, но я хочу сказать, что ваши и мои интересы сошлись в одной точке. Я могу вам назвать поставщика одного очень нестандартного материала для производства мягкой мебели. Мне он ни к чему, у меня другой профиль, а вот вам, может быть, подойдет…

Я сделала паузу, чтобы Король осмыслил мои слова, ведь я не решилась говорить открытым текстом по проводному телефону и не называла вещи своими именами. Однако молчание было недолгим. Похоже, Иван Андрианович быстро «въехал» в смысл сказанного мной и понял, что мои сведения могут быть для него интересными.

— Хорошо, я готов обсудить с вами этот вопрос, но не сейчас. Оставьте свои координаты, мои люди свяжутся с вами до конца этой недели, назначат встречу, и мы с вами все обсудим с глазу на глаз.

— Дело в том, что вопрос надо решать немедленно, — успела сказать я прежде, чем Королев повесил трубку. — Мой интерес будет удовлетворен только в том случае, если вопрос с поставщиком будет решен в течение этого часа, причем определенным образом.

— А поставщик сейчас рядом с вами?

— Ну, скажем так: я знаю, как с ним связаться.

— Хорошо, расскажите все детально моим представителям, после чего пусть они снова свяжутся со мной по мобильнику.

После этих слов в трубке послышались гудки.

Я передала трубку человеку с кейсом, тот приложил ее к уху, потом положил на аппарат и спросил:

— Что это значит?

— Вы должны меня выслушать, а после перезвонить боссу.

— Ладно, говорите, — нехотя согласился человек с кейсом. — Но мы параллельно будем заниматься своим делом.

После этих слов он достал из «дипломата» видеокамеру и передал ее своему напарнику. Я поняла, что за окном было что снимать, и мне стоило поторопиться с объяснениями. Я знала, что Вахрушев ждал моего звонка с указаниями, но пока мне нечего было ему сказать.

— Да, — начала я, — там происходит именно то, что вы хотели увидеть. Но организатор этого… м-м… производства отнюдь не директор фабрики. Он волею судьбы оказался на крючке у одного человека, и тот заставил его устроить у себя перевалочную базу. Директор — мой клиент. Он обратился ко мне, чтобы я помогла ему выйти из игры. Вот тут-то я и подумала, что наши с вами интересы могут совпасть.

— Каким образом? — в один голос спросили меня оба человека.

— Мы называем вам поставщика, даже сводим вас с его курьером, а директор фабрики просто выходит из игры без всяких для него последствий.

— А если мы сами возьмем курьера, без твоей помощи, то не будем тебе ничем обязаны, ведь так? — резонно заметил снимающий на камеру.

— Почти так. Только… А если вы не сможете чисто сработать? Ведь я же вас здесь вычислила!

— Цыпкин, сволочь, продал. А мы ему бабки за молчание хотели отвалить! — сказал все тот же, с камерой. — Но похоже, для того чтобы человек молчал, есть только одно средство — вырвать ему язык!

После этих слов мужик разразился идиотским смехом.

— Нет, Станислав Власович здесь совершенно ни при чем. Он так ничего и не понял и, конечно же, будет молчать даже без денег. Дело в том, что я сама вас вычислила. Однако я — всего лишь частный детектив, я следую интересам своих клиентов, а потому иногда мне приходится закрывать глаза на законы и моральную сторону дела. Но ведь вас могли бы вычислить и представители правоохранительных органов. Вы, ребята, работаете грубо.

— Почему грубо? Пока мы никаких законов не нарушали. Нас ни в чем нельзя уличить. Видеосъемка — просто мое хобби.

— Простите, но это детский лепет!

— Хорошо. Конкретно, что вы предлагаете сделать сейчас? — спросил человек с кейсом.

— Вот это уже серьезный разговор, — сказала я и принялась посвящать мужиков в подробности моего плана.

Они слушали меня молча, не задавая вопросов. Когда я закончила говорить, человек с кейсом вынул из кармана мобильник и позвонил Королю.

— План неплохой. Можно действовать?

— Опиши ее внешность, — услышала я шепелявый голос Короля. — Да, и уточни, откуда у нее моя визитная карточка.

— Откуда визитка? — переспросил меня помощник наркобарона.

Я поняла, что Король решил меня проверить. Врать было бы равносильно тому, чтобы самой подписать собственный смертный приговор. Но я решила сказать полуправду, надеясь, что, будучи в полосе везения, я могу позволить себе такую роскошь — ввести в легкое заблуждение тарасовского наркобарона. Я назвала фамилию своего бывшего клиента, который случайно обронил в салоне моей «девятки» визитную карточку. Человек с кейсом тотчас передал его фамилию боссу, а затем стал описывать меня:

— Симпатичная, блондинка, может быть, крашеная… Ты крашеная? Нет? Говорит, что нет. Фигурка ничего, стройная, спортивная. Глаза, кажется, серые, нет, скорее зеленые. Возраст? Ну тридцати, думаю, нет. Двадцать пять — двадцать семь. Спросить документы? У тебя документы есть?

— Конечно. Вам подлинные или фальшивые показать? — съязвила я.

Вопрос показался обоим мужикам крайне остроумным, они засмеялись, и обстановка в кабинете Цыпкина разрядилась. На мое удостоверение частного детектива, которое я все же достала, они даже не взглянули.

— Добро, босс одобрил план. Мы немедленно приступаем к нему. А завтра ровно в десять утра он будет ждать вас в своем офисе. Адрес указан на той визитке.

Я поняла, что от встречи с Королем мне не отвертеться, хотя, если честно сказать, продолжать какое-либо знакомство с Иваном Андриановичем Королевым, являющимся одновременно чиновником среднего звена и королем наркобизнеса в Тарасове, мне очень не хотелось. Но что поделаешь, общение с такими лицемерными людьми можно назвать в числе издержек моей профессии!

Я позвонила Вахрушеву — тот был уже на грани отчаяния.

— Ну наконец-то! Я уже не знал, что и думать, и стал ругать себя за то, что раскрыл вам свою тайну.

— Слушайте меня внимательно. Сейчас к вам вместо того московского курьера, которого вы видели, подойдет мой человек. Он будет одет в бежевую рубашку и бежевые брюки, — описывала я внешность человека с видеокамерой. — Вы отдадите ему пакет, чтобы он передал его таджикскому курьеру. Дальше вы уже ни во что не будете вмешиваться…