Пружина для мышеловки - Александра Маринина

– Давай-ка я посмотрю сам, чего ты там нашла,– произнесон, вылезая из постели и накидывая халат.

Он включил компьютер, вошел в Интернет.

– Почту посмотри,– раздался глухой голос Ксении,которая говорила, уткнувшись носом в подушку.

Дима защелкал «мышкой» и удивленно присвистнул.

– Ты как знала, Ксюха! У нас заказчик.

Ее будто пружиной выбросило из постели, и через мгновениеона, закутанная в одеяло, уже стояла рядом с Димой возле компьютера.

– Покажи!

– Да вот, читай. Или тебе распечатать?

– Нет, я с экрана прочту.

Она быстро пробежала глазами несколько строк, потом прочлаво второй раз, уже медленнее.

– Так он посредник,– пробормотала она не торазочарованно, не то сердито.

– Ну а нам-то какая разница? Работа одна и та же.

– Но мы не знаем, кто заказчик. Я так не люблю.

– Погоди, Ксюша, не гони волну. Никто от тебя заказчика и нескрывает, просто глупо в первом же письме открывать все карты. Автор письма –посредник, его задача – найти рейдеров для своего доверителя, то есть пока чтоон предлагает нам работу, за которую мы, может, еще и не возьмемся. Зачем жесливать нам лишнюю информацию? А вот если мы согласимся, тогда он нам всескажет. Ну, Ксюха, чего ж ты не радуешься? Ты же только что ныла и страдала,что сидишь без дела. Вот тебе и дело.

– Все равно плохо, что он даже не подписался,–упрямилась Ксения.– И кого «кошмарить», тоже не указал. Темнила.

– Ксюша, это бизнес такой у нас с тобой,– терпеливоувещевал ее Дима.– Он сам по себе темный, а многия знания – многиягорести, это старая истина. Хочешь, я позвоню Матвею, пусть проверит адрес?

– Позвони,– кивнула она.– А я пока поестьприготовлю.

Она ушла в кухню успокоенная. В их команде, помимо прочих,был еще и замечательный хакер Матвей, с удовольствием выполнявший и самыесложные работы по вскрытию компьютерной базы предприятий, с которыми они вданный момент работали, но не гнушавшийся и простенькими заданиями, вроде того,какое собирался поручить ему Дмитрий Найденов: проверить, кому принадлежитэлектронный адрес, с которого пришло письмо без подписи.

В периоды простоя или плохого настроения у Ксении напрочьпропадал аппетит, но как только начиналась работа, она поглощала пищу какобезумевшая слониха. Глядя на ее тоненькую хрупкую фигурку, просто невозможнобыло поверить, что в нее влезает такое количество продуктов, и главное –совершенно непонятно было, куда это все девается, потому что в весе онапочему-то не прибавляла. Впрочем, надо заметить, что в те периоды, когда онатеряла аппетит и ела мало, словно по обязанности, она и не худела. Такоевпечатление, что тело Ксении Брайко существовало как-то совсем отдельно отпищеварительных и обменных процессов, в этом теле происходящих.

Дима озадачил Матвея и пошел в душ. На кухне он, свежий,тщательно выбритый, с мокрыми волосами, появился как раз в тот момент, когда надвух сковородах дожаривались две немыслимых размеров свиные отбивные, а натретьей потрескивал жареный картофель, уже покрывшийся золотистой корочкой.Дима давно перестал удивляться еще одной потрясающей способности своейлюбовницы: она готовила еду феноменально быстро, и при этом не в ущербкачеству. В руках у нее все горело, все делалось словно бы само собой. Стоилоей взять в одну руку нож, в другую – картофелину, и очищенный белый корнеплодчерез секунду волшебным образом оказывался в миске с водой.

Огромная отбивная с горой жареной картошки – этонедвусмысленный знак.

– Значит, работаем?– удовлетворенно спросил Дима.

– Ну а как же? Конечно.

– Да мне что-то показалось, что ты сомневаешься…

– А!– Ксения махнула рукой с зажатым в нейножом.– Сомнения сомнениями, а работа работой. Никакие сомнения не могутпомешать мне работать и зарабатывать. Просто сомнения, если они возникают, надоразвеивать, и это становится дополнительным пунктом в наших планах, вот и все.Глупо отказываться от работы, если чего-то не понимаешь. Не понимаешь – собериинформацию и пойми.

Матвей позвонил как раз в тот момент, когда они доедалипоследние ломтики картофеля, обмакивая их в кетчуп.

– Ну вот,– Дима положил трубку и весело взглянул наКсению,– письмо пришло из банка «Русский кредит», а точнее – из ихуправления экономической безопасности.

– Супер!– радостно откликнулась она.– Тогдавопросов нет. Начинаем.

– Может, хотя бы кофейку выпьем?– с улыбкой спросилон.

– Выпьем, а как же. Я пока сварю, а ты иди пиши ответ. Нуиди же, Димуля, не теряй время.

* * *

После встречи в доме писательницы Истоминой с неким АндреемМусатовым прошло почти две недели, и я, замотанный повседневной работой, обэтом странном госте даже не вспоминал. Моя задача – не допустить, чтобы жителимоего участка не попадались в лапы мошенникам и бандитам, а поскольку Мусатовне походил ни на того, ни на другого, я успокоился. Спокойствие мое, однако,длилось недолго.

Известие о гибели сотрудника нашего окружного УВД повергломеня в шок. Я не был близко с ним знаком, но был уверен, что этот улыбчивыйэнергичный человек живет в полном ладу и с самим собой, и с окружающим миром.Во всяком случае, внешне он производил именно такое впечатление. И вдруг… Непогиб при исполнении, а застрелился прямо в рабочем кабинете. Или все-такипогиб, то есть был застрелен?

Понятно, что шум в управе поднялся большой, приехалиследователи и принялись терзать каждого из нас: не замечали ли что-нибудьстранного в поведении, не было ли каких высказываний или настроений,указывающих на тяжелую депрессию, и все в таком духе. Слушая вопросы идобросовестно отвечая на них, я ощущал внутри себя некое неудобство, маленькое,но назойливое, как будто в меня залетела мошка и трепыхается по пищеводу илитрахее.

Когда до меня дошло, что это за мошка, я позвонил Истоминойи спросил, не оставлял ли Мусатов ей свои координаты.

– Конечно,– удивилась Майя Витальевна,– он жепросил меня позвонить, если я что-нибудь еще вспомню.

– Но вы пока не вспомнили?

– Пока нет.

– А телефончик его дадите?

Истомина продиктовала мне номер, и я тут же перезвонилАндрею. Был разгар рабочего дня, поэтому я не стал разводить долгие политесы.

– У меня есть идея. Даже две. Если вам интересно, можемвстретиться,– коротко сообщил я, представившись и убедившись, что Мусатовпочему-то отлично меня помнит. Ну надо же, а ведь я его почти забыл.

– Я могу приехать, куда вы скажете,– с готовностьюответил он.

– Против котов ничего не имеете? Аллергия, например, илиобщая неприязнь?