Чудовище без красавицы - Дарья Донцова

– Машенька Говорова погибла, – прошептала она, – впол-одиннадцатого, и теперь просят кого-нибудь приехать в отделение наФилатовской улице, уж не знаю зачем… но я не могу, не могу…

– Как погибла? – потрясенно спросила я.

– Ничего не объяснили, – рыдала дама. – Ничего. Господи, чтотеперь с нами будет! В салоне никого, хозяйка уехала в Италию, раньше декабряне вернется… Я-то вообще здесь не служу, сотрудничаю с Третьяковкой, простоМашенька, моя добрая знакомая, попросила Галочку заменить, у той грипп, и уНасти грипп, и у Славы…

– Как вас зовут? – Я бесцеремонно прервала тетку.

– Руфина Михайловна, – прошептала та.

А, значит, это к ней посылали фальшивые картины наэкспертизу. Интересно, однако, но разговаривать с ней мне сейчас было недосуг.

– Галя, Настя и Слава – это кто?

– Менеджеры, – пояснила, всхлипывая, Руфина Михайловна, –всех грипп свалил, но что делать? Что? Что?

Видя, как тетка с каждой секундой делается все ненормальней,я вздохнула и предложила:

– Хотите, съезжу вместо вас в отделение и узнаю, что к чему?

– Дорогая, – заплакала Руфина, – милая, пожалуйста.

– Ждите меня тут, – велела я и ушла.

В дежурной части на Филатовской улице равнодушный мужикбуркнул:

– Ступайте в пятнадцатую комнату, второй этаж, к РязанцевуГеннадию Николаевичу.

Я послушно поднялась и нашла в крохотном кабинетике с плохоокрашенными стенами паренька лет двадцати с небольшим, сосредоточеннострочившего что-то на листе бумаги. Увидав меня, он недовольно буркнул:

– Ну и что, гражданка Седых, теперь делать станем!

Вспомнив, что Руфина Михайловна не называла во времятягостного разговора своей фамилии, я смело возразила:

– Ошибаетесь, я из галереи «Арт-Мо», вы только что тудазвонили по поводу Говоровой…

Парень внимательней посмотрел на меня:

– Извините, спутал. Садитесь, узнаете вещи?

Он вытащил на стол небольшую сумочку и штук десятьбраслетов.

– Да, – прошептала я, – это ее.

– Тогда распишитесь в описи и забирайте, носильные вещизавтра можно получить вот по этому адресу…

– Господи, – запричитала я, – хоть словечко пророните, чтостряслось! Ведь вчера жива-здорова домой ушла…

– Это дело такое, – вздохнул Рязанцев, – сейчас есть, ачерез десять минут нет. Дорога – дело стремное…

– Она под машину попала?

– Под троллейбус, – пояснил следователь, – торопилась,видно, влезла в «Б», а народу полно, на ступеньках висят, двери водитель незакрыл и поехал, а Говорова не удержалась и упала… Да прямо на проезжую часть,а там, на беду, «мерс» несся… Может, кабы ногами под колеса попала, и выжила,да только она головой угодила!

– Кошмар, – прошептала я, – а того, кто ее столкнул,задержали?

– Да никто ее не толкал! Троллейбус тряхнуло, колдобина надороге, поручень скользкий, ну и сорвалась. Там, кроме нее, еще бабкацеплялась, божий одуванчик увядший, дряхлый цветочек, чуть повыше стоялаженщина беременная, дальше вроде девчонка лет одиннадцати… Случай такой вышел…Имя, отчество, фамилия?

Я растерялась.

– Мария Говорова.

– Нет, ваши данные, пожалуйста!

– Руфина Михайловна…

– Фамилия?

Только бы не ляпнуть «Тараканова»!

– Рейд!

– Как?

– Рейд, – повторила я, совершенно не понимая, отчего вголову пришло это звукосочетание.

Но Рязанцев абсолютно спокойно записал данные, попросил ещепару раз поставить автограф, и процедура закончилась.

Я вышла на стылую улицу и двинулась к метро. Выпала изтроллейбуса! Что за чушь, естественно, ее убили, но кто? Может, убийцаподскочил сзади и дернул… Ну и глупости же лезут в голову порой… Вдруг она ивпрямь не удержалась… Стужа ледяная, руки у Маши небось замерзли, онемели,поручень скользкий, а тут еще троллейбус въехал в колдобину…

Я вошла на станцию, расстегнула куртку, чтобы скореесогреться, и стала ждать поезд. Наконец в глубине тоннеля показался быстро бегущийсвет, следом возник звук, и появился состав. Я шагнула внутрь плотно набитоговагона, прижалась к двери… Нет, Говорову убили, и этот факт меняет все моерасследование. Вчера-то я думала, что Маша сама убирает членов «синдиката», носегодня стало понятно, есть еще кто-то… И этот неведомый человек самый главныйв бизнесе. Ну с чего я решила, будто глава «концерна» Говорова? Поверила Илье,рассказавшему, как Маша организовывала весь процесс от покупки холстов донахождения покупателей? Нет бы сообразить сразу: молоденькой девчонке подобноене по плечу… За спиной Говоровой прятался некто, опытный, безжалостный, умный…Маша просто служила игрушкой в руках мужика. Именно мужчины, в деле чувствуетсянеженская сила воли и целеустремленность. Скорей всего остальные, то есть ЛенаФедулова, Катя Виноградова, Женя Бармина и Илья, даже и слыхом не слыхивалиничего о «начальнике», искренне считая Машу заводилой. И ведь они передоверилией абсолютно все дела, связанные с производством «шедевров» и денежными расчетами.А Говорова просто обманывала приятелей, прикидываясь главной. И не она вовсеэто придумала, а таинственный незнакомец… Вот он-то всех и убирает сейчас, иименно он, придя к Лене Федуловой, застрелил девушку и взял полмиллионадолларов. Но мать Никиты впустила мужика домой без колебаний… Значит… Значит,Лена его хорошо знала, просто не предполагала, что он и есть хозяин. Ладно,теперь настало время побеседовать с Руфиной Михайловной.

Не успела я открыть дверь в «Арт-Мо», как дама со всех ногбросилась ко мне:

– Что случилось, как все произошло?

– Здесь есть буфет?

– Нет, только кухонька, сотрудники сами готовят…

– Пойдемте выпьем чайку, – предложила я.

– Но сегодня я осталась тут одна, – воскликнула дама, –вдруг кто-нибудь придет, посетители!..

Я посмотрела за окно, где жуткий, ледяной ветер нес юркуюпоземку. Да уж, погода высший класс. Самая пора ходить по презентациям ивернисажам.