Мент в законе. Одиночество волка - Владимир Колычев

Пехоту не жалко. Бабы еще нарожают. С пополнением проблемы не будет. Только крикни, толпа желающих со всего Битово набежит.

Четыре жмура, семь «трехсотых». Все это в обмен на вонь, которую оставил после себя Пантелей. Сам он ушел вместе со всей своей братвой.

Сафрон блестяще организовал операцию, окружил дом по всем правилам военной науки, скрытно подобрался. А как он Пантелея вычислил? Это же сказка!.. Все было бы хорошо, если бы пантелеевских быков удалось захватить врасплох. Но не сложилось. Ушли эти гады, отбились, стреляли метко.

– Уходить надо, – сказал Ступор.

Гонщик перевязывал ему шею, которую лизнула пуля. Еще бы сантиметр-другой влево, и все, кранты.

– Да менты тут лет через сто будут, никак не раньше, – сказал Сафрон и кисло усмехнулся.

Глухая подмосковная деревня, дом, сильно похожий на сарай, двор, поросший травой. Если бы не случайность, Сафрон в жизни не вышел бы на этот схрон. Но ему повезло. Пацаны услышали выстрелы, увидели, как двое детин в ветровках останавливают бомбилу. За машиной не проследили, но нашли частника, который подвозил этих подозрительных типов.

Сафрон тогда уже знал, что кто-то стрелял в Кручу, и догадался, кто мог послать на такое дело этих ребят. Оказывается, Агнесса была права. Пантелей действительно хотел убить Кручу. Жаль, что его пацаны не смогли этого сделать.

Сафрон не торопился, велел зачистить место, рассовать по машинам покойников и раненых, а дом сжечь к черту. Не хотел он, чтобы менты потешались над его незадачливостью. Один раз землю трупами удобрил, да и сейчас облажался. Скоро над ним начнут смеяться даже куры.

Вид у Варвары печальный, глазки невинные. Волосы убраны на затылок, вместо фривольного халатика на ней мешковатый спортивный костюм. Скромная на вид, симпатичная, можно даже сказать, красивая девочка. И не поверишь, что проститутка.

– А чего ты такая грустная? – спросил Степан, не удержался и провел пальцем по ее носу.

Щелкнуть не решился, просто коснулся.

– Да так… – Варвара махнула рукой, закрыла за ним дверь, прошла в гостиную, села в кресло.

Телевизор выключен, на журнальном столике чашка чая на блюдце, толстая книга в красной обложке.

– Ты что, завязать решила?

– Откуда ты знаешь? – спросила Варвара и удивленно глянула на него.

Степан взял со стола книгу, прочел название. «Русские народные сказки».

– Если тебя на философию потянуло, то что я могу еще подумать?

– А чем не философия?

– Сказка ложь, да в ней намек.

– Намек – это и есть философия. А философские талмуды – это для тугодумов.

– И что там у нас про сказочных злодеев написано?

– Да ходят они по земле.

– Мешают нормальным людям добро творить?

– Я зла никому не делала, если это в меня камень.

– А Наташа Протасова?

– Бес попутал. Я, наверное, больше не буду… добро творить, – проговорила Варвара и натянуто улыбнулась.

– Тогда тебе уехать надо.

– Куда?

– Туда, где тебя не знают.

– Ну да, я думала об этом. А как же наше сотрудничество?

Похоже, этот вопрос волновал ее не на шутку, иначе она не решилась бы его задать.

– Если ты решила взяться за ум, то я не стану тебя отговаривать, – сказал Степан.

– Ой, я же даже чаю гостю не предложила!

Варвара унеслась на кухню, а Степан опустился в кресло, и глаза его закрылись сами по себе. На улице тепло, но в комнате прохладно. Мало того что северная сторона, так еще и кроны деревьев окна закрывают. Хорошо в доме, уютно. Часы мягко тикают, убаюкивают. Трудно поверить, что стены этой комнаты видели самые натуральные оргии с участием Варвары.

И еще здесь был Пантелей. Степан дернулся, подумав об этом. Он резко поднялся, на ходу вынимая пистолет, прошел на кухню. Но увидел там только Варвару, которая бросала кубики сахара в чашку с чаем.

– Что с тобой? – спросила она, глянув на него.

– А что со мной?

– Бледный ты какой-то.

– Хронический недосып.

– А это что? – Она взглядом показала на пистолет.

– Значит, Пантелей все-таки помер, – в шутку, но с надеждой на удачный прогноз сказал Степан.

– Отчего он помер?

– Да вроде бы ранили его.

– Вчера?

– Почему вчера?

– Ну… – Варвара хотела что-то сказать, но передумала. – Если он умер, то что?

– Привидение к тебе заглянуло, меня увидело и убежало. А что вчера было?

Степан искал и Пантелея, и Агнессу, поэтому не смог отказать себе в удовольствии заглянуть к Варваре.

– Ну, вчера много чего было.

– Например?

– В мире?

– Варвара, ты все еще продолжаешь работать на меня.

– Ну, я не знаю.

– Что ты не знаешь?

– Мне кажется, Агнесса в курсе.

– Насчет чего?

– Она знает, что мы с тобой… что у нас договор.

– Она была у тебя?

– Нет, Сафрон ее… – Варвара осеклась. – Печенье будешь?

– Лучше варенье. Из правды. Где Агнесса?

Степан подходил к Варваре медленно, но в угол зажал ее быстро. Он мягко улыбался, но при этом нависал над ней как дамоклов меч.

– Сафрон ее в каком-то доме держит. На цепи. Как собаку. Говорят, лаять заставляет.

– Кто говорит?

– Есть одна…

– Кто?

– Сонька. Она все знает.

– Что знает?

– Ну, что Агнесса меня подозревает.

– А вчера что было?

– Сафрон Пантелея нашел.

– Вчера?

– Сонька сначала проговорилась, а потом клятву с меня взяла, что я тебе не скажу. Агнесса меня подозревает.

– Варвара, ты держишь меня в напряжении.

– Сафрон Пантелея нашел, но тот вывернулся. Там, говорят, столько трупов было!..

– Где там?

– Там, откуда Пантелей ушел. Сонька, конечно, и соврать могла. Но скорее всего, правду говорила. Там действительно что-то очень серьезное было.

– И трупы были?

– Ну да.

– И куда они делись?

– Вроде как Сафрон велел с собой их увезти.

– Как покойников хоронить будут? Как собак?