Жертвы Плещеева озера - Анна Князева

К Панкратовым Дайнека приехала вечером. Чтобы она могла посмотреть работы Сергея, Ольге пришлось постучаться в комнату к Ядвиге Калистратовне. Старуха смотрела телевизор и не сразу открыла. После трех или четырех попыток они услышали, как звук телевизора стих.

– Что вы хотите, Ольга? – спросила она из-за двери.

– Ядвига Калистратовна, Людмила Дайнека приехала, хочет с вами поздороваться, – ответила Ольга.

Присутствие Дайнеки старуху обрадовало, она тут же открыла дверь.

– Как поживаете, Ядвига Калистратовна? – спросила Дайнека с улыбкой и повела взглядом по стенам.

– В новостях сегодня сказали: против нас ввели новые санкции, – принялась жаловаться старуха. – Дожди идут на Москву, синоптики обещают плюс пять – плюс четыре. Сериал «Предательство и любовь» кончился, бородатого фотографа жалко – любовь так и не нашел.

– Возможно, будет продолжение, – обнадежила Дайнека.

– Вот хорошо бы! Да ты садись, Людочка.

– Какая красота! – Дайнека подошла к небольшой картине. – Кто автор?

– Мой сын Сережа.

– И подпись тоже его?

– Глупый вопрос! Если картину он написал, отчего же кто-то другой должен расписываться?

– Действительно, глупо… – Дайнека обернулась к Ольге.

– Ну что, пойдем чай пить? – спросила та.

– Куда ты ее уводишь?! – вскинулась Ядвига Калистратовна. – А поговорить?

– Давайте вместе чаю попьем, – предложила Ольга. – Приходите на кухню.

– Я новый сериал смотрю, – ответила старуха.

– Мы еще зайдем к вам. Попозже, – пообещала Дайнека и вслед за Ольгой вышла из комнаты.

Едва они зашли на кухню, Ольга спросила:

– Что случилось? Где ты была весь день?

– Ездила в Озерск.

– Есть новости?

– Валентина Петрова дважды приходила в себя. Врачи говорят, поправится, – сказала Дайнека.

– Откуда ты узнала?

– Была у нее дома, с матерью говорила. И вот – самое главное… – Дайнека выдержала паузу и замолчала, потом эффектно продолжила: – У них в комнате висит картина Сергея.

– Какого Сергея? – спросила Ольга, оторопев.

– Мужа твоего – Сергея Панкратова, – усмехнулась Дайнека.

– Не может быть! Как она попала в дом Петровой?

– В то, что он был в Озерске и встречался с Петровой, ты поверила сразу, а в то, что его картина висит в ее доме, тебе кажется маловероятным? – В тоне и словах Дайнеки угадывался явный подтекст – не будь такой дурой.

– Ты уверена?

– В чем?

– В том, что это Сережина работа? – Ольга все еще сомневалась.

– Только что убедилась: подписи на той и на этой картинах идентичны.

– И что это значит?

– Это не я тебе, а ты мне должна рассказать.

– Не понимаю.

– Давай искать точки соприкосновения. Тетя Лида, мать Валентины, сказала, что картину ее дочери подарил университетский преподаватель, который вел живопись. Сергей преподавал живопись?

– Два или три года он работал в университете Косыгина, – ответила Ольга.

– Это текстильный университет?

– Текстильный.

– Вот, все и сложилось! – воскликнула Дайнека. – Теперь мы знаем, где они познакомились и что их связывает. Сергей – преподаватель, Валентина – его студентка.

– Никогда не поверю, что он и она… – начала Ольга.

– Совсем не обязательно, что у них были близкие отношения, – прервала подругу Дайнека. – Есть много другого: совместная работа, общность интересов, любовь к искусству. Когда Сергей стал реставратором?

– Реставратором он был всегда. А в университете брал подработку.

– Значит, к тому времени он уже реставрировал иконы?

– Только этим и занимался.

– Он хороший специалист? Как его характеризуют знатоки этого дела, знаешь?

– Сережа был лучшим! – заверила Ольга. – Я знаю, что он брался за самые сложные заказы, от которых другие отказывались.

– Но ведь согласись… Дело-то скользкое. Иконы дорогие, спрос на них большой. Кто обеспечивал сохранность?

– Руководство конторы, в которой Сережа работал.

– Значит, даже если бы он захотел, он бы не сумел ничего взять?

– К чему ты клонишь, Дайнека? – возмущенно спросила Ольга. – Мой Сережа – честный человек. Он тюбика масляной краски с работы не принес. Наоборот, все, что-то нужно для работы – сам покупал.

– Прости, Оля. Я не хотела.

Подруги замолчали, Ольга некоторое время изучающее смотрела на Дайнеку и вдруг сказала:

– Мне кажется, ты что-то от меня скрываешь… Ты что-то узнала про Сережу? Что?

– Узнала, но не про Сережу, – призналась Дайнека. – То есть не совсем о нем. – Она вздохнула и решительно сказала: – Я только что была в Следственном управлении у Шафрана.

– Кто это? – удивилась Ольга.

– Следователь, который проводил опознание.

– Ах, этот… – Ольга опустила глаза. – Я даже вспоминать тот день не хочу!

– Ту женщину из морга наконец опознали, – продолжила Дайнека.

– Ну, слава богу.

– Ее зовут Светлана Корчинская.

– Постой! Но ведь это та самая – из гостиницы, где Анжелика видела Сережу. Выходит, ее убили?

– Сбросили с Лужнецкого моста. Помнишь, нам Ядвига Калистратовна об этом случае рассказала?

– Я не понимаю, что происходит! – Ольга схватилась за голову. – Может, ты объяснишь?

– Я тоже не понимаю, – вздохнула Дайнека. – И вот главная загадка в этой истории. Корчинская – ближайшая родственница Ядвиги Калистратовны. Судя по проценту соответствия ДНК, она – ее дочь. Сколько у старухи детей?

– Всего двое. Сережа и его старшая сестра Галина. Но Галя давно погибла. Может быть, Корчинская – племянница Ядвиги Калистратовны или дальняя родственница?

– Тогда процент соответствия был бы намного ниже, никак не девяносто девять процентов. Скажем, шестьдесят или тридцать.

– Может, ошибка?

– Никакой ошибки. Следователь сказал, тест провели повторно. Второй тест подтвердил родство.

– Боже мой! Я скоро сойду с ума! – Ольга подошла к мойке и плеснула в лицо холодной водой.

– Расскажи мне, при каких обстоятельствах погибла сестра Сергея, – попросила Дайнека.

– Я почти ничего не знаю, Сережа не любит говорить об этом. Когда Галина погибла, ему было лет десять.