Везет как рыжей - Елена Логунова

Перебегая через дорогу, он едва не угодил под машину. Со скрежетом затормозив, невесть откуда взявшийся автомобиль слегка поддал ему под зад бампером.

– Спятил, кретин?! – севшим голосом вскричал Вован, оборачиваясь к автомобилю.

Дверца открылась, к потирающему филей Вовану поспешно приблизилась темная фигура.

– О, сорри! – всплеснул руками Джереми Смит.

Вован взглянул на него и обомлел.

– Мама, – тихо сказал он. – Мамочка!

Версия о засилье негров в данном измерении подтверждалась!

Не даваясь в руки Смиту, Вован попятился. Секундой позже он уже бежал – по-прежнему задним ходом, но очень быстро. Еще через секунду Вованов зад пришел в соприкосновение с капотом патрульной машины ГИБДД, кравшейся под сенью придорожных кущ без опознавательных огней.

– Караул! – завопил затравленный Вован.

– Он самый! – браво отозвался патрульный Серега, выходя из машины. – Документики предъявите!

– А что я, я ничего, это все он! – зачастил Вован, указывая на Смита.

– На том же месте, в тот же час! – завидев Смита, удовлетворенно прокомментировал сержант и потер ладони.

Откупившись от патрульных очередной сотней баксов, Джереми Смит вынужденно покинул место происшествия. Чемоданчик с прослушивающим аппаратом на этот раз он даже не успел раскрыть.

– Живо переодеваемся, собираемся, завтракаем и шагом марш на работу, – сообщила я программу действий мужу, торопливо поднимаясь следом за ним по лестнице к двери нашей квартиры.

– На работу, на работу, – радостно запел Колян, бренча ключами. – Ты не поверишь, как я соскучился по работе!

– Очень даже поверю, – не согласилась я, взлетая по ступенькам. – Ты думаешь, мне самой не надоели бесконечные отгулы, прогулы и отпуска за свой счет? Открывай скорее!

– Есть! – Колян распахнул дверь.

Хлопнула оконная рама. Я заглянула в кухню и увидела, что сквозняком на улицу выдуло занавеску. Опять Колян перед уходом из дома форточку закрыть забыл!

Покачав головой, я прошла в прихожую, на ходу сбрасывая с себя одежды.

– Чур, в душ я первая!

– Только не задерживайся!

– Ага! – Я влетела в ванную, принюхалась: – А чем это у нас тут пахнет?

– А котом, чем же еще, – пожал плечами Колян. – Ты что, перед отъездом к Ирке за ним не убрала?

Я нахмурилась.

– Вроде убрала.

– Значит, он еще раз сходил, а ты не заметила, – с укором сказал Колян.

Я обернулась к нему, скрестила руки на груди:

– Ладно, положим, я не заметила и не убрала. А ты-то что? Ты же последним из дома уходил, уже после звонка Быкову! И что? Форточку не закрыл, за Тохой не убрал!

– Значит, и я не заметил, – Колян безропотно проследовал в ванную мыть кошачий тазик.

Еще возмущенно сопя, я прошла в кухню, налила себе сока, выпила, с грохотом поставила стакан на стол.

– Что ты сказал? – мне послышался какой-то звук.

– Ничего я не говорил. – Колян вышел из ванной, на ходу вытирая руки полотенцем. – Давай, ты в душ собиралась, путь свободен.

Я забрала у него полотенце, прошла в банно-прачечное помещение, щедро плеснула в ванну шампуня.

– Что ты сказала? – спросил Колян из кухни.

– Я ничего не говорила! – Я резко открыла кран, в днище гулко ударила тугая струя горячей воды, трубы загудели разноголосо и мощно, как соборный орган, и ванна затряслась.

Я поставила одну ногу в быстро прибывающую воду – ой, горячо, надо холодненькой добавить! – ванна слегка качнулась, и из-под нее, мазнув по второй моей ноге хвостом, стремглав выскочил пушистый белый кот.

– Что такое?!

Обомлев, я села в кипяток, заорала, выпрыгнула на шипастый резиновый коврик, промахнулась и наступила на прижавшегося к полу кота. Он тоже заорал и опрометью кинулся наутек. А куда бежать-то?

Широко распахнув дверь, в заполненное паром тесное помещение сунулся испуганный нашими криками Колян, с размаху придавил кота, и тот снова заорал, еще громче прежнего. Я со своей стороны поспешно дернула дверь, не давая Коляну совсем расплющить чертово животное о стену, но не рассчитала силы и придавила мужу руку. Колян взвыл и рефлекторно оттолкнул меня. Не удержавшись на мокром полу, я снова свалилась в ванну – вода холоднее не стала! – содрогнулась и с горячей пенистой волной рыбкой выбросилась на сушу – прямо на злосчастное животное!

Мокрый кот, весь в ляпах мыльной пены, придушенно вякнул, в полном обалдении полез на стену, но тут же закономерно шлепнулся вниз, оставив на краске глубокие борозды от когтей, и мимоходом оцарапал мне ногу. Я не завопила заново только потому, что, оказывается, вопить еще не прекращала, схватилась за раненую ногу, потеряла равновесие, сильно ударила локтем в живот Коляна, вышибла его вон из ванной, и мы оба рухнули на пол в прихожей.

Приливная волна перевалила через низкий порожек, коврик под нами намок, я дернулась, стремясь подняться, и тут по моей спине ощутимо проскакал кот, уже с меня, как с трамплина, прыжком влетевший в комнату.

– Низко пошел, – хрипло сказал придавленный моим телом Колян, искоса отследив кошачий полет. – Видать, к дождю!

– Да и без того уже достаточно мокро, – брюзгливо заметила я, кое-как поднимаясь на ноги со старческим кряхтеньем.

Оцарапанная нога кровоточила и болела, утрамбованная котом поясница ныла, да и ошпаренный филей не доставлял особого удовольствия.

– Кран заверни, – подсказал муж, не шевелясь. – И открой, пожалуйста, кингстоны.

Прихрамывая, я прошлепала в затопленный отсек, закрутила кран, открыла сливное отверстие и схватилась за тряпку. Колян поднялся, молча свернул подмоченный коврик, вынес и вывесил его за балконом на просушку. Я торопливо закончила осушение болота, повесила тряпку, вымыла руки с мылом, шипя, намазала царапину на ноге зеленкой, вышла из ванной и села рядом с мужем на диван, стараясь не озираться по сторонам.

– Ну? – шепотом сказал Колян, косясь на меня с великим подозрением. – Что это было?

– Ты о чем? – осторожно спросила я.

– Ты видела?

– Что я видела?

Колян вздохнул:

– Признавайся, ты тоже Тоху видела или это я один спятил?

– Не один, – призналась я.

Колян повертел головой, оглядываясь:

– Выходит, массовая галлюцинация?

Я тоже осмотрелась: вроде бы не видно никаких котов, все тихо, спокойно. И все же…

– Галлюцинации не царапаются, – напомнила я.

– Верно. Тогда пойду позвоню Ирке, – сказал Колян, на цыпочках удаляясь в кухню.