Утраченный рай - Марина Серова

Вот и закончился наконец этот немыслимо долгий и сложный день. День, принесший столько загадок, разгадок и новых загадок. За окнами стемнело. Мы с Максимом сидели в глубоких креслах гостиной и допивали бутылку французского коньяка. Туся мирно спала у себя в комнате. Я напоила ее успокоительным и уложила в постель часа три назад. Она хотела во всем разобраться, но я сказала, что на сегодня с нее хватит, и пообещала объяснить все завтра. Надо признать, что весь день бедная девочка держалась на удивление мужественно. Слегка очухавшись после того, как провела несколько ужасных минут под дулом пистолета, она горячо и увлеченно рассказала оперативникам, а потом и прибывшим следом сотрудникам ФСБ все подробности таинственного нападения. А потом у нее нашлись еще силы кокетничать с Папазяном, который, разумеется, тоже примчался вскоре после моего звонка. А вот бедняга Виталий, которому досталось больше всех остальных, чувствовал себя неважно. Мы опасались, нет ли у него сотрясения. Поэтому, после того как он дал показания, один из сотрудников милиции по просьбе Максима отвез его в больницу. Правда, через пару часов Виталий позвонил и сказал, что сотрясения не обнаружили, и он отправился к себе домой отлеживаться и приходить в чувство.

Мне, уже который раз за сегодняшние сутки, пришлось давать показания. Причем не только о сегодняшнем покушении, но и пересказывать события вчерашнего вечера — теперь для сотрудников ФСБ.

С Алексеева сняли подозрение в убийстве жены, поскольку у него было стопроцентное алиби на момент ее кончины. Всех, с кем он был на даче, обзвонили. Они подтвердили, что Максим находился там неотлучно. Кроме того, он не подпадал под описание соседки-свидетельницы. Правда, Гарик сказал мне, что пока не полностью отброшена еще одна версия. Ведь Алексеев мог нанять киллеров для убийства Доры. Но в связи с сегодняшним происшествием, придававшим всему делу несколько иной аспект, Максима решили пока не задерживать. Он только дал подписку о невыезде до полного выяснения обстоятельств гибели его жены. Но, разумеется, Гарик попросил меня проследить за ним, а еще попытаться вызвать Алексеева на откровенный разговор и что-нибудь выведать. Я обещала, поскольку это входило и в мои планы. Потом попросила рассказать, как, со слов опрошенных, выглядела картина преступления. Оказывается, дело было так. Алексеев сидел в своем кабинете. К нему зашла Туся и принесла кофе. Уже собиралась уходить, как вдруг в дверях кабинета столкнулась с человеком в маске, держащим пистолет. Он замер на секунду. Потом толкнул ее на пол и велел Алексееву сесть рядом с ней. У Максима в письменном столе было оружие, но он не успел его достать. Поэтому он выполнил приказание. Еще через мгновение в кабинет вошел Виталий. Он был в своей комнате и заметил, что кто-то прошел по коридору в сторону кабинета. Он решил посмотреть, кто пришел. Человек в маске втолкнул его в кабинет и тоже усадил на пол. Потом, угрожая пистолетом, стал требовать у Алексеева ключи от сейфа и от хранилища картин. И тут появилась я.

Интересное получалось кино. Только что-то в нем было не так. Что-то не укладывалось в рамки сюжета…

Когда суматоха наконец закончилась, все разъехались и я уложила Тусю спать, ко мне подошел Максим.

— Таня, не хочешь выпить коньяку? Думаю, сейчас это самое то, что надо. И ты еще обещала поговорить со мной. А то у меня что-то голова идет кругом. Я ничего не понимаю.

— Хорошо, Максим. Я думаю, нам обоим есть что сказать друг другу.

Наша беседа за коньяком растянулась на три часа. Я, для почина, начала первой. Но быть искренней до конца я не могла. Не в моих правилах предавать интересы клиента. Поэтому я не призналась, что работаю на Завадского. Пришлось все представить немного иначе, хотя и близко к истине.

— Самое первое, что я должна тебе сказать, — я частный детектив. Ты сегодня, наверное, о чем-то подобном уже и сам догадался. В течение последнего времени я помогаю ФСБ проводить расследование о контрабандном вывозе предметов искусства за рубеж. Они подозревают тебя в причастности к этому делу.

Максим удрученно покачал головой и спросил:

— А ты? Не удивлюсь, если и ты подозреваешь меня. Особенно после того, как я втянул тебя в эту нелепую авантюру — изображать мою жену. Ты, наверное, думаешь обо мне бог знает что.

— Я действительно пока мало что понимаю в этой истории. Может быть, ты мне объяснишь, что творится на самом деле? Я ведь знаю, что твоя жена вовсе не находилась ни в какой клинике. Что между вами произошло? Если ты ни в чем не виноват, помоги мне во всем разобраться. И не бойся быть откровенным со мной. Я частный детектив и поэтому не обязана отчитываться ни перед кем. Поэтому если не сочту нужным, то не стану никому передавать полученную от тебя информацию.

— Да, пожалуй, настала пора хоть кому-то рассказать всю правду. Я ведь действительно ни в чем не виноват. Конечно, о покойниках или хорошо, или ничего. Но это именно из-за Доры я попал в столь дурацкую ситуацию. Из-за нее на меня пали подозрения в причастности к контрабанде. И я почти уверен, что сегодняшний киллер нанят ею. Но кто убил ее — для меня непостижимая загадка.

— Максим, давай-ка ты расскажешь мне все последовательно и подробно. И если это в моих силах, я помогу тебе избежать неприятностей.