Охота на смотрящего - Евгений Сухов

Уже третий день Сержант пытался связаться с кем-нибудь из старых знакомых, чтобы выяснить обстановку в Питере. Ну и уточнить кое-что про арест Варяга. Но, как назло, все известные ему телефоны молчали. И только один раз он дозвонился по телефону до Сереги Харинова, давнего своего собутыльника еще по советским временам. Подошла какая-то бабка и прошамкала, что таких тут давно нет, «с год уж как съехали», а куда подевались, ей неизвестно.

Сержант крепко задумался. В этом городе его, Степана Юрьева, знали как облупленного: и в криминальном мире, и в горуправлении МВД. Все хорошо помнили неуловимого киллера, на счету которого числилось десятка два нашумевших заказных – пусть даже и недоказуемых – убийств. Имея столько врагов и недоброжелателей, лишний раз болтаться по улицам вряд ли было полезным для здоровья. Но иного пути, как пойти на разведку в открытую, у Сержанта не было. Ему срочно требовалось вступить в контакт с надежными, знающими людьми. С такими, которые дадут ему исчерпывающую информацию и не сдадут ментам, как сдали Варяга, и не продадут за тридцать сребреников питерским беспредельщикам.

В том, что Варяга сдали, Сержант ни секунды не сомневался. Ну не мог он поверить, чтобы такой опытный вор, как Варяг, попался в ментовскую засаду за конкретное дело – не глупый же он теленок, а матерый волчара, такого на хромой козе не объедешь. Чтобы взять Варяга, требовался изощренный, коварный план, в котором должны быть задействованы свои. Вернее, не свои – какие уж там свои, – а перевертыши, которые за ментовскую морковку готовы пойти на последнюю подлость. Удивительно, но Сержант, все эти годы храня в душе злобу на Варяга, теперь почему-то даже сокрушался о нем. Что-то свербело у него в душе, уж больно мерзко было ему от мысли, что смотрящего России предали свои. Коли так, то это смертный грех, за который не может быть прощения.

Он вспомнил, как еще в Америке читал в какой-то российской газете – он не запомнил названия, но не сомневался, что это была какая-то из новеньких «постсоветских» бойких разоблачительных газетенок, – о перерождении криминальной России, о подмене понятий в воровском сообществе. Новых законных воров якобы короновали теперь все, кому не лень, причем выбирали в законные даже зеленый молодняк, ребятишек, которые едва третий десяток разменяли, иногда даже «новые русские» бизнесмены покупали себе короны за бабки, пусть даже и за большие. Шутка ли – в прежнее время в год короновали пять-шесть человек, а теперь ежегодное пополнение исчислялось десятками. Строй законных теперь пополняли не испытанные жизнью, делом и тюрьмой воры, а бывшие спортсмены да уволенные в запас спецназовцы, занимавшиеся вооруженным разбоем да заказными убийствами. И среди тех, кто так вот по-легкому выбивался в авторитеты, процветали новые, неслыханные ранее нравы. Новоявленные законные могли самолично убивать, грабить – словом, заниматься работой, которую раньше выполняли только рядовые бойцы банд.

Сержант, прочитав тогда эту статейку, только усмехнулся и брезгливо отбросил газетенку. Но вот теперь, размышляя над странной судьбой Варяга, засомневался. Все, что произошло со смотрящим России, выглядело очень неправдоподобно. Впрочем, мудрый Сержант понимал, что правдоподобно в такой ситуации могло быть лишь то, что Варяг, сам того не подозревая, попал в самый эпицентр разборок между соперниками очень высокого уровня – возможно, даже не из криминальной среды. Что это была за разборка и как именно пострадал в ней Варяг, кто ему удружил путевку на зону – в этом Сержанту и хотелось теперь разобраться.

Его вчерашнее приключение в ресторане «Сенатор» стало не слишком удачным началом его розыскной деятельности. Стычка с мелкими бандитами, которая чуть не закончилась появлением милиции, едва не сломала Сержанту кайф от пребывания в любимом городе, по которому он так тосковал в далекой Калифорнии. Впрочем, к одному положительному результату драка в «Сенаторе» все же привела – к знакомству с Марианной.