Тайные полномочия - Антон Чиж

Зима завывала, стонала, бросаясь комьями мокрого снега и сотрясая водосточные трубы. Редкие прохожие кутали лица в воротники, чтобы идти навстречу ветру, еле переставляя ноги. Ночь выдалась штормовая. Городовые и те попрятались по дворницким и подворотням. Да и кому на ум придет заниматься нынче разбоем. Грабители тоже люди. Улицы и проспекты столицы были пусты, насколько хватал глаз. Словно весь город забился в тепло под одеяла дожидаться конца непогоды.

Но и в такой час нашлись те, кто исполнял свой долг. Закрытые кареты подъезжали к спящим домам. Агенты полиции будили дворников и швейцаров, требуя пропустить к жильцам. Они поднимались по лестницам и звонками будили сонную прислугу. Но в разговоры не вступали, требуя хозяев. Те, поднятые посреди ночи, не понимали, что происходит. Им сообщали радостную весть: господину Риберу удалось невозможное. Команде разрешена поездка в Грецию. Особый скорый поезд отправляется вне расписания в семь утра. На сборы не больше часа, велено доставить прямо к вагону. Сколько агентов ни уговаривали, убеждая, что сами доберутся, они были непреклонны, оставались в прихожей ждать. Еще и подгоняли, напоминая, как меньше и меньше остается времени. Наконец, когда члены команды, наспех одетые и кое-как причесанные, выходили с чемоданами, агенты подхватывали их и вели в карету. За спортсменами закрывалась дверца, карета трогалась и мчалась по пустым улицам. Она подъезжала к темному зданию Варшавского вокзала. Агенты помогали снять чемоданы и вели в дальний конец, где на запасных путях под парами уже стоял состав.

С первого взгляда становилось ясно, что Рибер обладает безграничными связями. Команде предоставили не только экстренный поезд, но поезд класса люкс. В таком мало кто ездил. В вагоне были купе с удобными диванами, креслами для чтения, туалетными уголками и столиками для завтраков. К пассажирскому был прицеплен вагон-ресторан, сверкавший нарядными окнами. За ним темнел багажный вагон, в который сложили чемоданы, ненужные в пути. Борясь с зевотой, члены команды осматривали поезд.

Ванзаров наблюдал за приезжавшими, держась в тени ближнего состава. Первым приехал генерал Бутовский. Оглядев вагон, он только хмыкнул и полез на подножку. За ним почти одновременно привезли Лидваля и Граве. Заходя в вагон, они огрызнулись друг на друга. Раннее пробуждение не смягчает нравы. Тут же подъехали князь Урусов и Немуров. Потомок царей воспринял роскошный состав как должное и легким прыжком взлетел по ступенькам. Немуров отказался расставаться с ружьем и заявил, что лучше не поедет, но в багаж его не сдаст. С ним спорить не стали. И он поднялся внутрь. Агент еле поспевал за Дюпре. У юного барона было всего два чемодана, но зато необъятного размера. Он нахохлился, руки спрятал в карманы пальто и молча забрался в теплый вагон. Наконец прибыла Звягинцева. Агенту, которому она досталась, выпала нелегкая участь. Липа не стеснялась в выражениях и требовала к себе Рибера, чтобы он объяснил, для чего устроил весь этот цирк. Еле-еле удалось ее уговорить пройти в вагон. Но и оттуда доносилось ее возмущение. Последней привезли Женечку. Она была молчалива, шла быстро, придерживая край юбки. Агенты несли за ней пять чемоданов. Барышня собралась в дорогу основательно. В окно коридора было видно, как она прошла мимо Липы, стараясь ее не замечать и не задеть. За что получила в спину взгляд не хуже удара кинжала.

На часах было без пяти семь. Агенты хоть и умучились, но справились блестяще. Господа спортсмены пока еще осваивались в купе. Подбежал начальник вокзала и на ходу отдал честь.

— Прикажете отправлять?

Ванзаров запрыгнул на ступеньку, поднялся в тамбур и опустил люк, который закрывал подъем лестницы.

— Отправляйте! — крикнул он.

Начальник махнул флажком. Поезд издал прощальный гудок, резко дернулся, затормозил и уже плавно и медленно стал набирать скорость. Ванзаров смотрел в темноту, где еле заметно виднелся контур вокзала. В тамбур вышел генерал.

— Родион Георгиевич, я что-то не понимаю, — сказал он, морщась от налетавшего ветра. — А где господин Рибер? Его нет ни в одном купе. Да и места свободного для него нет. Ему нельзя ехать в одном купе с Женечкой. Позвольте, кажется, поезд ход набирает? Что это значит?

— Рибера не отпустили срочные дела, он догонит нас в Одессе, — ответил Ванзаров, все еще вглядываясь в темноту.

Бутовский поверил безоговорочно. Раз у его будущего родственника такие связи, что добыл литерный поезд, значит, и к пароходу успеет.

— Не стойте, простудитесь, вам еще на соревнованиях выступать, — сказал он.

— Ничего, я люблю холод.

Генерал прислушался.

— Позвольте, кажется, крик чей-то? Вроде голос Паши… Неужели и его забыли?

Действительно, из темноты раздавался отчаянный вопль:

— Стойте! Забыли! Нельзя! Я с вами! Подождите!