Леди и одинокий стрелок - Валерия Вербинина

– Знаю, – спокойно отозвался полковник. – Извините нас, Эмили. Этот Перси Белл – большой пройдоха, с ним надо держать ухо востро.

– Надо было сразу же выставить его отсюда, – решительно сказал Роберт, и тут до них донесся истошный вопль.

Кричала Чикита. С побелевшим от ужаса лицом она вбежала в столовую.

– О боже! О мадонна! Сеньор Ричардсон! Он мертвый, мертвый!

– Что такое? – проворчал полковник. – В чем дело?

Чикита опустила руки и уставилась на него. И заговорила чуть тише:

– Он мертвый! Я стучала, а он не отзывался… Я решила, что он не хочет, чтобы его беспокоили, но он не выходил. Я вошла и…

Глаза Амалии были прикованы к полу. Полковник и Роберт тоже посмотрели туда и увидели, что вбежавшая Чикита оставила на половицах алые следы. Служанка снова разразилась причитаниями.

– Хватит реветь, – оборвал ее полковник, поднимаясь с места. – Боб, пошли взглянем, в чем дело. Что-то у меня нехорошее предчувствие.

– Я с вами, – сказала Амалия, вскочив со стула.

Втроем они проследовали через гостиную и другую комнату, не имевшую названия. Подошли к двери, полковник толкнул ее, и она отворилась.

Перси Белл лежал на своей постели, и одна его рука свешивалась, касаясь пола. Горло Перси было перерезано от уха до уха, и вытекшая кровь впиталась в подушки, образовала большую лужу на полу. В нее-то и наступила Чикита, войдя в спальню гостя этим утром. Окно было приотворено, и легкий ветерок покачивал белые занавески.

– Надо сообщить о случившемся шерифу, – сказал полковник.

Амалия дала всхлипывающей Чиките свои успокоительные капли и отослала ее, а Джон отправился за представителем властей.

– Кто бы он ни был, – буркнул полковник, – он вошел через окно.

– А так как оно на первом этаже, то у него не было трудностей с проникновением в дом, – подхватила Амалия. – Что-нибудь пропало?

Роберт огляделся.

– Ничего. Странно…

– Что странно?

– Кому понадобилось убивать Перси? Конечно, он мошенник, но не до такой же степени…

– А где его вещи? – неожиданно спросила Амалия.

Из расспросов слуг выяснилось, что Перси явился вчера на ранчо пешком, неся на плече серую холщовую сумку.

– Ее нигде нет, – сказала Амалия после того, как они обыскали комнату. Мадам Дюпон даже не поленилась заглянуть под кровать.

Полковник свирепо фыркнул, подошел к постели, обойдя по краю кровавую лужу, и приподнял подушку, на которой лежала голова убитого. Из-под подушки он извлек сумку, больше похожую на бесформенный мешок.

– Вот его сумка, – сказал он удовлетворенно. – Перси никогда не стал бы с ней расставаться.

На сумке застыли бурые пятна крови. Амалию передернуло, но тем не менее она взяла ее в руки и распустила веревочку, стягивавшую верх.

– Эх, – вздохнул полковник и, протянув руку, закрыл покойнику глаза. – Скверно все это.

Внутри сумки обнаружились засаленная колода карт, замызганный мужской платок в коричневую клетку, которым слишком часто пользовались, и фотографическая карточка неизвестной женщины. Лицо женщины было трудно рассмотреть, так как на нем сидело кровавое пятно, но Амалия тем не менее заметила, что женщина хорошо сложена, у нее светло-русые волосы и задорные глаза. Еще в сумке были брошюра «Как стать богатым и избавиться от хлопот» и другая брошюра с объяснением двадцати с чем-то способов завязывать галстуки, кусочек мела, пакетик с солью, тупой нож, горсть патронов к револьверу 45-го калибра, катушка черных ниток с вдетой в нее иголкой, коробок спичек, засохший цветок магнолии, лошадиная подкова, большой плоский булыжник, покрытый засохшей грязью, рваный носок, программка какого-то театра в Монтерее и замысловатая железка подозрительного вида.

– Отмычка, – ответил с горечью полковник на безмолвный вопрос Амалии.

В сюртуке убитого обнаружились сто долларов, которые ему вчера дал дядя Чарли, заряженный «кольт», золотая монета достоинством в пять долларов и горсть мелочи.

Одним словом, это был тупик. Ни малейшей зацепки, никакого ключа к пониманию того, зачем кому-то понадобилось убивать беднягу, да еще таким зверским способом.

Зверским? Да нет… Выстрел бы наделал шуму и перебудил остальных. Нож в умелых руках куда предпочтительней. Когда у человека перерезано горло, он даже не может позвать на помощь… и смерть наступает за считаные секунды. Это, положим, ясно. Неясно, зачем понадобилось убивать его в такой спешке – рисковать, лезть в дом…

– Кто-нибудь знал, что Перси собирается к вам? – спросила Амалия.

– Не думаю, – ответил полковник. – Да он и не предупреждал о своем приезде никогда…

Может быть, за ним следили? Или кто-то все-таки прознал, куда он собирается? Амалия распахнула окно и высунулась наружу. Ага! Убийца тоже наступил в кровь. То-то на траве остались темные пятнышки…

Амалия бросила сумку и выскочила из дома как ошпаренная. Она изучала следы, когда ее нагнал полковник. В руках он держал ружье.

– Что-нибудь обнаружили, мэм?

Амалия вздохнула и покачала головой.

– Вряд ли… Здесь он заметил, что испачкался, остановился и вытер подошвы о траву. По-моему, это был мужчина, если судить по расстоянию между каблуком и носком. Не уверена, но, кажется, он позаботился о том, чтобы не оставлять следов. Видите? Вот эта полоса – песок. Здесь его ждала лошадь. Он мог бы срезать и пройти по песку, но предпочел сделать крюк по траве. Лошадь была привязана к дереву… Может, где-то остались клочья ее шерсти?

Полковник и Амалия осмотрели траву и кусты, но ничего не нашли.

– Скажите, сэр, где вы обычно селите гостей?

– У нас две комнаты: в одной теперь находитесь вы, она на втором этаже; другая – на первом, которую отвели Перси.

Амалия встряхнула кудрями.

– Уверена, этот человек бывал в вашем доме. Он знал, куда идти.

– А вот и шериф, – сказал полковник мрачно, поворачивая к дому.

Бандит Пит подъехал к крыльцу и спешился. С ним прибыли два его помощника. Вернулся и Джон, слуга Ричардсонов.

– Пит, – сказал полковник, – тут след, который оставил этот парень… Похоже, его еще не затоптали.

– Ясно, – сказал шериф и обратился к тому из своих помощников, у кого не было двух зубов в нижней челюсти. – Глен! Ты у нас вроде индейского следопыта… Займись-ка следами. Мне нужен этот сукин сын!

Войдя в комнату Перси, шериф поморщился.

– Грязная работа… Ничего не взято?

– Ничего, – отозвался Роберт Ричардсон.

Было заметно, что он изо всех сил старается держать себя в руках.

– Похоже, – спокойно подытожил Пит, – это было сведение счетов. Не сочтите за грубость, но, насколько я знаю, ваш кузен не пользовался всеобщей любовью. До меня долетали кое-какие слухи о его проделках…