Завтра началось вчера - Марина Серова

Игорь отмахнулся от неприятных мыслей и продолжал свое занятие — тупо, ни о чем не думая, смотреть в стену напротив, автоматически прихлебывая пиво из увесистой кружки.

В три часа дня Беляков почувствовал себя совсем уверенно и тогда пошел к бару, в котором у него с Самойловым была назначена встреча.

Обследовав ближайшие подворотни, он выбрал для засады удобную арку в десяти метрах от бара. В ней стояли мусорные баки, за которыми можно было в случае чего спрятаться и дождаться, когда Самойлов выйдет из бара. Игорь решил заодно найти и ход для отступления — дворами, но спросить было не у кого, все окрестные жители чертовски напились, не в состоянии толком и двух слов связать.

После некоторых поисков Беляков нашел наконец трезвого человека — глухую бабку, гревшуюся на солнышке. За объяснение пути наглая бабка, которая, как оказалось, лишь придуривалась глухой, содрала с него двести пятьдесят рублей, но путь указала верный.

Затем Беляков забрел в другой внутренний дворик, на Вольской: ему нужна была машина. Игорь заплатил одному старичку триста двадцать долларов за то, чтобы тот написал на него доверенность на право вождения его старенького «Запорожца». Беляков обещал вернуть машину на следующий день, но старичок сказал, что за эти деньги он может оставить машину себе насовсем.

Игорь долго мотался на этом «Запорожце» вдоль Вольской в поисках места для парковки, и только через полчаса он смог отыскать его.

Однокомнатную квартиру он снял давно, воспользовавшись объявлением в газете, и жил преимущественно в ней, так как не мог долго находиться в своей трехкомнатной, где произошло убийство жены. По официальной версии, Марина считалась пропавшей без вести. А свою квартиру в престижном доме Беляков использовал лишь для того, чтобы, непонятно зачем, прятать там компрометирующие его документы.

Он сидел в однокомнатной квартире, пил «Black Lable» и курил «LM», постоянно вспоминая Марину и изредка Сапера.

Без десяти двенадцать вечера Беляков вышел из дома и направился на улицу Вольскую, откуда дворами пробрался к арке с мусорными баками. Там он прятался почти целый час, совсем одурев от мерзких зловонных запахов, исходящих из баков.

Около часа ночи в подворотню вошли двое подвыпивших мужчин в белых рубашках. В зеленом свете прибора ночного видения Игорь сразу узнал одного — это был Самойлов, второго мужчину Беляков видел впервые.

«Вот это удача, — подумал Игорь, — есть на кого свалить убийство, а самому остаться ни при чем».

* * *

Рана Сергея оказалась неопасной, и через три дня я приехала в больницу, чтобы забрать его.

Ожидая в холле, когда он спустится, я бросила кости на журнальный столик: 31+3+20 — «Он влюблен в вас без памяти. Не отвергайте эту любовь».

Я улыбнулась. Кости разрешали мне встречаться с Сергеем не как с другом, а как с любовником.

— Здравствуй, — поздоровался Сергей с измученным видом.

— Привет, — улыбнулась я.

Мы пошли к моей машине. Кстати, в благодарность за мое содействие в деле Кирсанов через своих людей в ГИБДД помог вернуть мне мои права.

— Домой? — спросил Сергей, когда мы выехали за ограждение больницы.

— Домой? Ты спятил? — возмутилась я.

— А что?

— Сергей, мы победили, а победу нужно праздновать, и праздновать на широкую ногу.

— Но у меня деньги остались дома, заедем?

— Забудь! Я сегодня угощаю, у меня появилась неожиданно большая прибыль, которую я просто жажду уменьшить.

— Я весь в твоем распоряжении.

— А я в твоем.

Мы поехали в самый дорогой ресторан города, и празднование нашей победы растянулось на три дня.