Последний вечер встречи - Татьяна Бочарова

Вика окинула его недоуменным взглядом и пожала плечами.

– Никак я к ней не относилась. Ну… один раз, правда, позвала в гости.

– Вот, уже теплее, – обрадовался Женя. – Возможно, она запомнила это.

– Да господи, – с досадой сказала Вика, – я это сделала только потому, что у нее был новый шикарный рюкзак, который ее папа-флейтист привез с гастролей. Я надеялась обменять его на что-нибудь ненужное. На что этой дурынде такая классная вещь?

– Обменяла?

– Да! – с вызовом ответила Вика.

– На что, интересно?

– Не поверишь, – она усмехнулась. – На ноты!

– Какие еще ноты? Разве ты занималась музыкой?

– Представь себе, целых три года. Родичи пытали меня фортепиано. Но я оказалась совсем бесталанной и бросила это занятие. А ноты остались. Один сборник, который мне подарила учительница на окончание первого класса. Там всякие популярные мелодии были. Сонька увидела и как прилипла к этому сборнику. Все листала взад-вперед, напевала себе под нос. Ну я ей и предложила: ты мне рюкзак, а я тебе ноты.

– И она согласилась?

– С радостью. Я ж говорю, дура была конченая.

– Может, это не она, а ты была конченая дура? – не выдержал Женя. – Ты вообще книжки в школе читала какие-нибудь?

– Читала, – обиделась Вика. – «Робинзон Крузо».

– И все?

– Разве мало? Она вон какая толстенная.

– Эх, Вика, Вика… – Женя вздохнул и с улыбкой поглядел на хорошенькое личико племянницы. – С красотой у тебя полный порядок, а вот с интеллектом… – Он сделал выразительную паузу.

Вика, однако, не обиделась, из всего сказанного уловив лишь ту часть, где говорилось о ее красоте.

– Во всяком случае, – подытожил Евгений, – Антипова могла подумать, что ты относишься к ней лучше других. Она могла запомнить это.

– Могла, – согласилась Вика. – Ну что, мы идем?

– Погоди. – Женя зевнул и потянулся. – Я бы вздремнул часок-другой. Только и делаю, что мотаюсь в плацкарте туда-сюда.

– Ну спи, – согласилась Вика. – А я спортом займусь. Поделаю упражнения, а то совсем форму потеряла.

Женя взглянул на нее с невольным уважением. Самому ему было лень сделать даже утреннюю зарядку. Он прилег на диван, укрылся пледом и закрыл глаза. Однако то и дело через щелочку подглядывал за тем, что делает Вика. Она отошла на другой конец комнаты, постелила на пол резиновый коврик и принялась тянуться во все стороны. Ее гибкое и послушное тело гнулось, как гуттаперчевое. Женя смотрел на нее с восхищением, забыв о намерении вздремнуть.

– Что не спишь? – спросила Вика, заметив его интерес. – Я мешаю тебе? Что поделать, комната одна. А в кухне тесновато для тренировки.

– Продолжай, – разрешил Женя. – Мне нравится на тебя смотреть. Это лучше всякого сна.

– Вот встал бы и тоже поупражнялся, – насмешливо проговорила Вика. – Тебе бы пошло на пользу.

Женя поколебался и слез с дивана.

– Давай-давай, – подбадривала его она.

Он подошел ближе.

– Что я должен делать?

– Для начала поприседай. Двадцать пять раз. А лучше тридцать.

– Тридцать? – Евгений в ужасе закатил глаза. – Ты что! Я умру. Тем более после еды.

– Да ладно, что ты там ел! Жалкая яичница! Давай, не ленись.

Он начал приседать. Один, два, три… с трудом дойдя до десяти, он сдох. Дыхания не хватало, в висках пульсировала кровь, по спине бежали струйки пота.

– Все, не могу больше. – Евгений поднял руки кверху. – Сдаюсь. Мне никогда не стать таким, как ты.

– Ну мне тоже не стать такой, как ты, – с усмешкой проговорила Вика, носком ступни дотягиваясь до затылка. – Каждому свое. Но если ты не прекратишь обжираться и не начнешь двигаться, долго не протянешь.

– Знаю. – Женя опустил голову. – Надо брать себя в руки. Сидячий образ жизни до добра не доведет.

– Я в душ. – Вика закончила упражняться и, взяв полотенце, отправилась в ванную.

Женя хотел было снова завалиться на диван, но, повинуясь какому-то странному чувству, осторожно ступая, прошел в прихожую, на всякий случай подергал дверь, проверил замки. И лишь после этого вернулся в комнату. Викин телефон одиноко лежал на комоде. Женя посмотрел последнюю эсэмэску. Вика, конечно, права – абонента, отправившего сообщение, наверняка уже нет в помине. Симку использовали и выкинули. Ну конечно, они же не дураки. Вернее, она…

Евгений попытался представить себе Софью Антипову и даже влезть в ее шкуру. Каково это, когда у тебя отбирают скрипку – самое дорогое и ценное, что у тебя есть. Каково это – когда в портфеле находишь скользкого и холодного червяка! Наверное, такое сложно забыть. Но неужели за это убивать?

В ванной мерно текла вода, и Женя прилег на диван. Его моментально сморил сон. Проснулся он от ощущения, что кто-то пристально смотрит на него. Открыл глаза – рядом сидела Вика в махровом халате. На голове у нее был тюрбан из полотенца.

– Может, хватит дрыхнуть? – Она добродушно улыбнулась.

Ее мокрые ресницы казались неестественно длинными, бледные щеки порозовели от пара.

– А сколько я проспал? – Женя с трудом сел на диване.

– Да не меньше часу, а то и больше. Я в ванной минут сорок была, и сижу уже тут с полчаса. – Вика размотала тюрбан и потрясла влажными, блестящими волосами. – Вставай! Пора ехать к Антиповой. Вот сейчас высушусь, и вперед. – Она вытащила из шкафчика фен.

Женя поймал себя на том, что с трудом может оторвать от нее взгляд. Она напоминала ему лань – то же изящество, те же точеные черты, огромные широко расставленные детские глаза. Вика, казалось, почувствовала его мысли.

– Ты что? – спросила она с удивлением.

– Я ничего, – поспешно ответил Женя и отвел глаза. – А что такое?

– Да нет, просто показалось, ты смотришь на меня как-то… – Она замялась и принялась вставлять вилку от фена в розетку.

– Как смотрю? – нарочито будничным тоном поинтересовался Женя.

– Ну не знаю, странно как-то… – Вика тряхнула еще раз волосами и включила фен.

Под его жужжание Женя слез с дивана и пошел в ванную. Там было влажно и жарко, запотевшее зеркало покрылось мелкими каплями. Женя наскоро принял душ, побрился, привел себя в мало-мальски приличный вид и вернулся в комнату. Вика была уже полностью готова, джинсы, свободная блуза, на голове высокий хвост, в ушах яркие красные сережки в цвет ногтям.

– Ты нормально видишь? – спросил ее Женя.

– Не жалуюсь.

– Это хорошо.

– Почему? – удивилась Вика.

– Потому что тебе придется наблюдать за Соней и ее приятелями издалека. Иначе она тоже может тебя узнать.