Множественные ушибы - Саймон Бекетт

— Что тут творится? — Голос был властный и низкий.

Хватая воздух ртом, я поднял голову и увидел, как кто-то отшвырнул моего обидчика. Все еще не в силах разогнуться, я рассмотрел только чей-то комбинезон. А когда немного распрямился, узнал крепкого мужчину из придорожного бара, кого Матильда назвала Жан-Клодом. За ним, держась в отдалении, стоял игрок в петанк, который до этого разговаривал по телефону. А Жан-Клод надвигался на троих хулиганов.

— Я спрашиваю, что тут происходит?

— Ничего, — мрачно ответил Дидье.

— Филипп в курсе, что его механик свалил с работы и вытворяет на площади вот такое «ничего»?

— Не лезь не в свое дело, Жан-Клод!

— Почему? Чтобы такая мразь, как ты, могла лупить первого встречного в центре города?

— Тебя это не касается.

— А кого тогда касается? Тебя?

— Он работает на Арно. У него нет права здесь находиться.

— А у тебя есть? — Небритое лицо Жан-Клода потемнело. — Ладно. Если тебе хочется кого-нибудь побить, начинай с меня.

— Жан-Клод…

— Ну, чего тянешь? — Он развел руки, которыми мог легко разметать всех троих молодцов. — Начинай, я жду.

Дидье потупился.

— Расхотелось? — Жан-Клод презрительно усмехнулся. — Тогда мотайте отсюда! Живо!

Никто не двинулся с места.

— Я что сказал?

Хулиганы начали расходиться. Дольше всех задержался Дидье и посмотрел на меня.

— Не думай, что на этом все закончилось.

Жан-Клод повернулся ко мне:

— Ты в порядке?

Я кивнул, но вынужден был прислониться к фонтану, чтобы скрыть дрожь. Болела скула, было муторно в желудке, но в остальном — ничего серьезного.

Признательно помахав рукой старику, который направился к своим товарищам по игре, я подобрал трость и, распрямившись, взглянул в лицо своему спасителю. Не удивительно, что мои обидчики разбежались. Жан-Клод был примерно моего роста, но в нем чувствовались основательность и крепость скалы, а могучие руки настолько загрубели, что, казалось, их невозможно порезать до крови.

— Спасибо, — произнес я.

— Не за что. Это я должен извиняться. — Он сокрушенно покачал головой. — Дидье — мой двоюродный брат. Когда он что-нибудь вытворяет, это бьет по семье.

— Все равно я признателен. — Я выловил из фонтана пакет с круассанами. Из него текли потоки воды, и выпечку пришлось бросить в урну. — Что за проблемы с Арно?

Жан-Клод окинул взглядом мой комбинезон и спросил:

— Ремонтируешь дом?

— Да, приехал за материалами.

Я заметил, что он не захотел ответить на мой вопрос. Впервые мне пришло в голову, что если мое предположение верно и он отец Мишеля, то я отнял у него работу. Но следующая его фраза это опровергла.

— Я управляю строительным двором, а тебя как-то проглядел. — Жан-Клод снова присмотрелся к моему комбинезону. — Как тебя занесло к Арно?

— Путешествовал автостопом и повредил в их лесу ногу. Матильда меня подлечила.

— По-моему, ты говорил, что наступил на гвоздь?

Настала моя очередь уклониться от ответа. Я не хотел лгать, но и нарываться на неприятности мне было ни к чему. Я не стал ничего объяснять и произнес:

— Почему все так возмущаются по поводу Арно? Что он такого сделал?

Жан-Клод сразу замкнулся.

— Ничего, что бы касалось тебя.

— Дидье так не считает.

— Он придурок. Но если хочешь совет, держись от города подальше. А еще лучше, найди себе другую работу.

— Почему? Объясни! Ведь я ничего не знаю! — попросил я, видя, что он собирается уходить.

Секунду или две Жан-Клод колебался, потирал подбородок и что-то обдумывал. Потом покачал головой и сказал:

— Передай Матильде, что Жан-Клод спрашивал, как поживает его племянник.

Он оставил меня у фонтана и ушел с площади.