Дрессировщик русалок - Анна Ольховская

– А ты почему не гордилась этим? – напыжился МакКормик, старательно изображая божество.

Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно. И противно. Противно наблюдать, как ничтожество взахлеб упивается кайфом от ощущения собственного всесилия. От шевеления его мизинца зависела судьба человека. И, насколько я поняла, судьба всех соплеменников Лхары.

Кажется, я начала догадываться, откуда взялась Лхара и что происходит в амазонской сельве, в укромном, скрытом от посторонних, уголке. Не надо было быть гением дедукции Шерлоком Холмсом, чтобы сложить незатейливый пазл.

Вот сидит и лопается от собственного величия клоп по имени Стивен МакКормик, талантливый ученый и редкий мерзавец, любитель экспериментировать на живых людях. Перед ним стоит на коленях странное существо – помесь человека и рыбы. Добавьте к этому уединенность места, в которое мы плывем, нехилые возможности подельников МакКормика – неведомый Центр, в котором мгновенно собирают информацию на человека, частный самолет, эта плавучая калоша, наличие в походной аптечке дорогостоящих препаратов, легкость, с которой похитили нас и забрали из дельфинария Лхару, – все это требует наличия счетов с девятью нулями в хвостике. Как минимум.

А значит, где-то в непроходимых джунглях амазонского бассейна выстроен и успешно функционирует не один десяток лет (Лхаре явно не три годика) частный исследовательский центр, в котором в качестве подопытных кроликов используются окрестные племена. Эти уроды держат своих подопечных в страхе и поклонении. Поклонении им, богам, самым великим из величайших!

И экспериментируют всласть! Ведь для некоторых «истинных ученых» главное – наука, эксперимент, осуществление их «гениальнейших» замыслов, а последствия – что последствия? Да какая разница, что будет потом! Ведь это так интересно – проникнуть в замысел Творца, узнать, а как же Он все устроил? А может, и мы сможем, утрем нос Всевышнему? И вообще, научную мысль не остановить всяким там мракобесам! Военные? А что военные – славные ребята, всегда подкинут денежку на исследования.

А в укромных местечках появляются вот такие вот «Боги»…

Один из которых продолжал упиваться своей властью. Он уже раздулся, как пережравшая пиявка, но кайф затягивал:

– Ты ведь знаешь – не всем девушкам твоего племени выпадает счастье стать матерью Нового, только самым достойным.

– Самым здоровым, – глухо проговорила Лхара, не поднимая головы.

– Что? Ты смеешь перечить?! – может, лопнет, а? Хотя вряд ли, видно, что на самом деле божок совершенно не злится, ему плевать на мнение беглянки, но так сладок ее страх! – Вижу, Великий Отец поторопился пощадить тебя, ты недостойна милости! Ты сбежала тогда и продолжаешь огрызаться сейчас!

– Простите! – всхлипнула девушка. – Я сбежала потому… потому что хотела ребенка от любимого, обычного ребенка! Мне не нужен Новый, мне нужен мой, родной, обычный! Я надеялась отсидеться в реке, дождаться, пока вместо меня выберут другую девушку, а потом вернуться! Но меня поймали!

– От любимого, говоришь? – ухмыльнулся плюгавец. – Ишь ты, какие страсти в нашем аквариуме! И кто этот счастливец? Ну, говори?

– Никто, – прошептала Лхара. – Но он когда-нибудь появился бы.

– Не хочешь выдавать своего самца? Ладно, сами узнаем.

– Нет! Он тут ни при чем!

– Вот дура-то! – презрительно фыркнул МакКормик. – Купилась на простейшую провокацию! Все, иди в свою бочку, ты мне надоела!

– Но…

– Пошла вон, сказал! Тебе вообще никто не разрешал вылезать в присутствии гостей! Убирайся!

– Не кричи на нее! – Ника сжала кулачки и топнула ногой.

Девочка побледнела, ноздри ее раздувались, зрачки глаз расширились.

Опаньки, только не сейчас, только не здесь, малыш! Мы ведь не знаем, сколько соратников этого поганца на корабле, а показывать раньше времени, на что ты способна, не стоит. Иначе тебя изолируют по-взрослому.

Я подхватила дочку на руки и прижала лицом к себе, с трудом удерживая брыкающееся тельце.

– Неужели ваша звездочка понимает немецкий? – восхитился ушлепок. – Мама не говорит, а дочка…

– Дочка тоже пока не говорит, с нас хватит и английского, – устало проговорила я, покачивая на руках угомонившуюся малышку.

– Тогда почему она вступилась за Лхару?

– Потому что вы визжали на девушку, как взбесившийся бабуин. А Ника подружилась с ней, ей обидно стало за подругу, вот она и не выдержала.

– Ладно, извините за неприятную сцену. Просто эти дикари другого обращения не понимают, по-хорошему с ними нельзя. Никакого кнута и пряника, только кнут. И пожестче. Ну что же, – Мак Кормик отставил пустой бокал и поднялся, – вижу, вы совсем устали, да и девочка ваша тоже. Ника ведь давно проснулась, не держать же ее взаперти, вот я и выпустил малышку на свежий воздух. Они тут с новой подругой беседовали, забавно наблюдать было.

– Послушайте, – я действительно устала, недавний выброс адреналина, словно черная дыра, втянул в себя остатки сил, – пока мы не добрались до вашей суперсекретной норы, вам следует отпустить нас с Никой. Обещаю, мы не станем искать ваше убежище, мы постараемся убраться отсюда как можно скорее и забыть все это как страшный сон.

Ника возмущенно дернулась у меня на руках и попыталась что-то сказать, но я еще крепче прижала ее к груди, мысленно умоляя молчать.

А МакКормик сложил лапки на пузе и, вращая большими пальцами, насмешливо смотрел на нас сверху вниз, перекосив физиономию в ухмылке. Прямо Доктор Зло, ага.

Хотя это на самом деле был Доктор Зло. Настоящий, как бы нелепо он не выглядел.

Интересно, а если скорость вращения пальцев будет достаточно высокой, этот ушлепок взлетит или нет? Хорошо бы взлетел и – в воду, к анакондам. Сестрам по крови, так сказать.

Но увы, пальчики у Стиви слабенькие, не получится.

– Ну так как? – уточнила я. – Вы подумали? Далеко ближайшая деревня какая-нибудь, где есть телефон?

– Там, вверх по течению, в десяти милях, не только деревня, там целый городок имеется, пусть и небольшой, но спутниковая связь присутствует, – ухмылка стала еще гаже.

– Замечательно! – А я не буду реагировать на гримасы всяких кретинов. – Тогда высадите нас там, пожалуйста.

– Рад бы помочь, но увы – мы сворачиваем в приток Амазонки гораздо раньше, вон уже виден поворот. Так что придется вам все-таки посетить наш скромный уголок. Вам там понравится, вот увидите. А не понравится – что ж, привыкнете. Человек ко всему привыкает. Вам ведь теперь там жить.

– Мой вам совет – отвезите нас в городок, – холодно проговорила я. – Так будет лучше для всех.

– Мне показалось или вы мне угрожаете?

– Предупреждаю. Моей дочерью интересовались очень многие, похитить ее – тоже пытались. Вот только для похитителей все закончилось очень печально. Я никому не позволю причинить вред моему ребенку, слышите? Чего бы это не стоило! В общем, вам же спокойнее будет, поверьте. Вы ведь не девочку из рабочего квартала украли.