Охота на крылатого льва - Елена Михалкова

1

К «Эдему» отправили троих. По словам осведомителя, русский был невысок, худощав и не производил впечатления могучего бойца. Паоло ухитрился незаметно щелкнуть обоих на камеру телефона и переслал снимки Папе. Все хорошенько рассмотрели фото светловолосого парня и его коренастого низкорослого приятеля и слегка расслабились. Похоже, проблем с этими дурнями не будет.

Успокоился и Папа, ожидавший худшего.

– Совсем нас за людей не держат, – покачал он головой. – Думают, кто угодно может приехать в Венецию и обделывать свои делишки, будто нас тут и не существует. Франко, если ты слегка прищемишь яйца этому молодому козлу, я не буду на тебя в обиде.

Франко, назначенный старшим, кивнул с понимающей улыбкой. В глубине души его беспокоила мысль о том, что Папа планирует делать с пленником, которого они захватят. Он работал с Папой много лет и за это время научился определять его настроение. Босс был в ярости, а в таком состоянии он становился очень опасен.

Если лет двадцать назад по его приказу Франко без всяких угрызений совести грохнул бы русского и забыл об этом, то теперь ему было не по себе. Он не желал заниматься грязными делами и пачкать руки в крови. Совесть здесь была ни при чем, просто вместе с возрастом к Франко пришла уверенность, что его услуги стоят денег.

А главное – с годами терялся кураж. Франко любил ощущение власти, которое давала ему работа в полиции. Оказавшись у Папы, он испытал еще более пьянящее чувство вседозволенности. Папа умело дергал за нужные струны, но Франко понял это лишь много лет спустя. А впрочем, думал он, что с того! Из полиции его могли выгнать, а то и посадить за злоупотребления. Взять тот случай, когда задержанный сначала требовал врача, а потом чуть не удавился в камере собственными подтяжками… Нет, конечно, в конце концов все утряслось, но именно тогда Франко ощутил, что ходит по краю.

Тут-то его и прибрал к рукам Папа.

Вовремя, что и говорить.

Франко ухмыльнулся, вспоминая, как давал себе волю в первые годы… Не то чтобы он был садистом – нет, боже упаси! Пожалуй, он даже мог сказать о себе, что любит человечество. Но вот считаться с желаниями его отдельных представителей (например, оставить в целости и сохранности все конечности) у Франко не было ни малейшего желания.

Он жалел о том, что эти веселые времена для него остались в прошлом. Никто не молодеет, и его уже коснулось дыхание зрелости.

Украсть перстень – всегда пожалуйста.

Завалить кого-то за этот перстень – спасибо, нет, лучше без Франко. Во всяком случае, пока за это не платят, а Папа о премии ни словом не обмолвился.

Но выбора не было. Поэтому Франко, стараясь заглушить внутреннего червячка сомнений, в эту минуту стоял неподалеку от входа в отель и профессионально внимательным взглядом бывшего полицейского ощупывал проходящих мимо.

Второй помощник Папы, Малыш Дэни, прислонился к стене в десяти шагах от него и курил. Третий, брат Малыша по прозвищу Красавчик, ждал в лодке, готовый в любой момент завести мотор и сорваться с места.

План был прост. Как только русский появляется в поле видимости, Франко дает знак, и они с Дэни выдвигаются ему навстречу. Захват был многократно отработан. Собственно, сам же Франко и научил ему мальчуганов (он называл их так по привычке, следом за Папой, хотя младшему было больше двадцати, а старшему – немногим меньше, чем ему самому).

Но на всякий случай в кармане Малыша лежал шприц. Франко всегда отличался предусмотрительностью. Если что-то пойдет не так, одна инъекция кетамина избавит их от дальнейших хлопот и членовредительства, а клиента – от ненужных страданий. Но обычно шприц не требовался. Руки у Франко были как у хорошего массажиста: чуткие и сильные.

Итак: вырубить русского, дотащить до лодки, хохоча над якобы подвыпившим товарищем, сгрузить и доставить к Папе. Людей в переулке немного, в основном сюда сворачивали с ближайшей улицы лишь постояльцы отеля, так что проблем со свидетелями не предвиделось.

Разложив предстоящую операцию по полочкам, Франко понял, что ему уже не терпится увидеть «клиента». Охотничий зуд заставил его даже забыть об опасениях по поводу дальнейшей судьбы русского уголовника. «Давай, дружок, давай!» – мысленно подгонял его Франко, с нетерпением поглядывая в сторону улицы, откуда время от времени появлялись пешеходы.

Он так ясно представил себе облик их жертвы, так настроился на него, что, когда парень и в самом деле возник в переулке, Франко непроизвольно шагнул назад и уперся в стену.

Это был русский. Только не тот, кого они ждали.

Темноволосый стриженый мужик вывернул из-за угла и быстро направился к отелю. Рядом с ним мельтешил один из людей Рафаэля, хлипкий очкарик, очевидно, взятый в качестве переводчика. Но его Франко в первый момент вовсе не заметил. Взгляд его был устремлен на того, кого им предстояло схватить и запихать в лодку.

Тысячу, нет, десять тысяч проклятий наслал Франко на идиота-осведомителя вместе с его камерой. Паршивый снимок исказил все, что только можно! Словесное описание, обычное словесное описание, дьявол раздери кретина! – и его оказалось бы достаточно, чтобы они подготовились к появлению русского хотя бы морально.

Широкоплечий громила бесшумно приближался к ним. Франко слышал, как пыхтит и семенит по асфальту его тщедушный провожатый.

Малыш Дэни выронил сигарету. Святой Марк!..

Громила был уже в пяти шагах. Франко должен был принять решение, и оно далось ему легко: бывший полицейский остался на месте. Двери отеля раздвинулись, русский, скользнув по ним безразличным взглядом, зашел внутрь, и его мелкий спутник просочился за ним.

Только тогда Франко осознал, что все это время стоял, затаив дыхание.

– Порка мадонна… – ошеломленно протянул Малыш, отлепляясь от стены. – Это что еще за шутка?

– Это наш русский.

– А тебе не кажется, что он малость подрос?

– Говорят, русским подходит наш климат, – мрачно пошутил Франко. – Они тут расцветают.

– Да он убийца какой-то! – не мог успокоиться Дэни. – Это казак! Я читал про них. Они едят сырого цыпленка на завтрак.

Франко начал сердиться.

– А матрешку на обед они не едят? Успокойся!

– А если у него оружие?! Он нас всех перебьет! Что нам делать?

– Эй! Эй! – толстяк положил руку парню на плечо. – Делать то, что и должны. Помнишь – у нас есть план?

– Что-то я не заметил, чтобы мы ему следовали!

– Я растерялся, – признал Франко. – Не ожидал увидеть такого здоровяка. Но большой не значит сильный. К тому же у нас есть шприц.

– А что с переводчиком?