Он бы отдал жизнь - Ольга Володарская

В тот же день Кир в сопровождения юристов и охраны вылетел в Архангельск, родной город Шалимова и Борисова, что называется, на разведку.

И спустя два дня вернулся с хорошими вестями. Раньше, чем планировал. Как приземлился, сразу начал звонить партнеру, да тот был вне зоны действия сети.

– Не переживайте за него, – сказал Киру Борис. – Он в последнее время с охраной ходит. Наверняка сейчас кто-то при нем.

– Как твоя дочка, Борь? Поправляется?

– Уже совсем здоровенькая. Спасибо вам огромное. Я в неоплатном перед вами долгу.

– Боря, перестань!

Дочка Бориса болела лейкозом. Ей требовалась срочная операция за рубежом. Стоила она немыслимых для семьи Бориса денег. У него было еще двое пацанов-близняшек. Жена не работала, ухаживала за дочкой. Денег взять было негде. И Борис обратился к Киру. Просил дать ему какой-нибудь кредит через фирму под любые проценты. Вечером того же дня на счет Бориса перечислили нужную сумму. Когда тот бросился благодарить, уверять, что вернет все до копейки, спрашивать, сколько у него будут вычитать из зарплаты, Кир ответил:

– Без отдачи. Мы давно решили выделять средства на благотворительность. Считай, твоя дочка будет первой, кому помогла наша фирма.

Много позже Боря узнал, что больше половина суммы босс выложил из своего кармана.

– Приехали, – сообщил он, припарковавшись возле дома Кирилла.

– Подожди меня в машине, – бросил Кир ему, толкая дверь авто. – Я только приму душ и переоденусь.

– Может, мне лучше подняться с вами?

– Не стоит. Если что, у меня есть это. – Он хлопнул себя по карману. В нем лежал пистолет. Кир приобрел его до того, как начались неприятности. Ему нравилось оружие. Он любил стрелять. Регулярно посещал тир. Иногда выезжал на охоту. Кир не думал, что сможет применить оружие против человека, но пистолет придавал ему уверенность в себе.

Кир вошел в подъезд, пожелал приятного аппетита жующему огромный гамбургер консьержу и проследовал к лифту. Была среда. В этот день Леся обычно посещала спа. Уходила утром, возвращалась вечером. Кир даже не стал ей звонить. Знал, что, когда она в салоне, ее аппарат отключен.

Кирилл поднялся на свой этаж, открыл дверь.

В квартире негромко играла музыка. Он подумал, что Леся оставила включенным телевизор или музыкальный центр, но услышал голоса.

– Они нас опрокинут.

– Уверен?

– На все сто. У этих ребят такие бандитские связи, что нам и не снились…

Кир узнал голоса Леси и Гены. Он немного удивился тому, что они вот так запросто беседуют, тем более о делах. Эти двое вообще мало общались, и он никогда бы не подумал, что Гена будет делиться проблемами с его женщиной, а она ими интересоваться. Кир хотел уже рассекретить свое присутствие и крикнуть, что все не так страшно. Он нашел зацепки, и война может быть выиграна ими, как услышал следующее:

– И что же делать? – спросила Леся.

– Выход один – отдать им фирму на растерзание.

– В смысле продать?

– На это Кир не согласится. К тому же ее у нас никто покупать по нормальной цене не собирается. Смысл рейдерства в поглощении предприятия против воли собственников. Способов – множество. От законных: акционер лишается своих акций за долги – до незаконных – подделки долговых обязательств, к примеру. Но, на мой взгляд, самый лучший вариант – это подкуп генерального директора (то есть меня) с формированием фиктивной задолженности. Доказать что-то в этом случае будет крайне трудно.

– Ты хочешь дать себя подкупить?

– Уже дал. Это единственный способ не остаться на бобах. Я тебе больше скажу, дело уже сделано. Гонорар я должен получить сегодня до конца дня. Его переведут на счет моего сына Витьки.

– Постой… А как же Кир?

Молчание.

– То есть он останется ни с чем?

– Ты предпочла бы, чтоб ни с чем остались мы оба?

– Я не знаю… – беспомощно выдохнула она.

– Да не волнуйся, не пропадет он. В случае чего я помогу.

– А что, если он в Архангельске нашел способ все исправить?

– Да не смеши! Кир отличный парень, я его обожаю, но он не борец.

Кирилл не верил своим ушам. Он не ошибся? Это говорит Гена, его лучший друг?

А сердце бухало так, что Киру казалось, будто он на стройке рядом с работающим перфоратором…

– А ты не боишься, – вновь послышался голос Леси, – что я передам ему наш с тобой разговор?

– Нет.

– Ты так мне доверяешь?

– Я никому не доверю, детка. Но я знаю тебя. Ты не из тех женщин, что согласны на рай в шалаше.

– Мне не так много надо денег для счастья.

– Да брось! Теперь много, ты к ним привыкла. А еще тебе необходима свобода. Кир же тебя ее лишил. Со мной ты будешь вольной как птица. Я тащусь от тебя. Я хочу тебя. И мне не нужна жена. Сын у меня уже есть. Да, он большой дуралей, но других не надо. А Кир мечтает о полноценной семье и рано или поздно поставит тебя перед выбором…

– Я это знаю, – выдавила она из себя.

– Тогда чего мне бояться? И кстати… – Его голос стал вкрадчивым. – Я сразу понял, что тебе нравятся мужики постарше… Это как-то связано с тем, что тебя воспитывала одна мать… Ведь я прав?

Леся ничего не ответила. Кир слышал только музыку. И вдруг…

Тихий стон. Кирилл не спутал бы его ни с одним другим. Так стонала возбужденная Леся.

Кир пересек прихожую, прошел через арку в гостиную. В углу стоял большой диван из белой кожи. На нем лежала обнаженная Леся. На ней – Гена. Тоже голый. Их одежда вперемешку валялась на полу. Они разделись не сейчас, а давным-давно…

Мозг как будто взорвался. Душа растрескалась и рассыпалась на мелкие кусочки. Кир на мгновение не только ослеп, оглох, онемел, он как будто умер. Секунда небытия и… Волна боли, дикой ненависти, ярости…

Он сам не понял, как в его руке оказался пистолет. Кир нацелил его…

Рука дрожала в такт прыгающим ягодицам Гены.

И тут Леся снова застонала. Протяжно, страстно. Как могла только она…

И запрокинула голову. Отвела ее так далеко назад, что ее тонкая шея выгнулась дугой.

Кир выстрелил… По этой шее, которую обожал целовать…

Кровь брызнула фонтаном, залив лицо Гены. Тот закричал, отшатнулся.

Кир выстрелил еще раз.

Гена рухнул на бьющуюся в конвульсиях Лесю.

Страшнее этого зрелища ничего не могло быть. Два окровавленных агонизирующих человека сплелись в объятиях. И если бы не чудовищные раны, можно было подумать, что они продолжают заниматься сексом.

Чтобы не видеть их, Кир развернулся и, шатаясь, вышел прочь. Пистолет бросил на пол – от него потела рука.