Он бы отдал жизнь - Ольга Володарская

Фильм уже кончился. Диана выключила плеер. Спать все еще не хотелось, поэтому она решила посмотреть телевизор. Прощелкала каналы. С удивлением обнаружила русский. Но не остановилась на нем, там показывали какой-то долгоиграющий сериал. Оставила один из португальских. Их было аж три. Спортивный, развлекательный и новостной. Выбор Дианы пал на последний. По нему шли какие-то местные новости, но с субтитрами на английском языке.

– Только что поступило сообщение о чудовищном преступлении, совершенном в городе Порто, – говорил ведущий, а Диана читала. – Убиты двое туристов из России. Оба, а это двое мужчин, были зарезаны. Убийца скрылся с места преступления, не оставив никаких следов. Полиция пока комментариев не дает.

Пульт выпал из рук Дианы.

Еще одно совпадение!

Дэвид полетел в Португалию и…

Там произошло убийство!

Она тряхнула головой. Нет, этого не может быть! Дэвид и… убийца? Он такой спокойный, приятный и… совсем, совсем не злой. Диана от него не слышала ни одного плохого слова. Она себе позволяла о ком-то отзываться негативно, а он никогда.

Диана вытащила пузырек со снотворным, достала таблетку и сунула в рот. Ей нужно уснуть. Отключиться. Завтра будет новый день и новые мысли. А еще, похоже, пришла пора переходить на новый этап отношений. А именно: делиться друг с другом своими тайнами. Тогда появится хоть какое-то доверие. Диана решила завтра же рассказать Дэвиду о своем горе и правду о разводе. И даже если он не ответит на ее откровенность тем же, все равно ей станет легче и она почувствует себя ближе к нему.

Таблетка еще не начала действовать, но Диана знала, что через пятнадцать минут она точно будет спать. Надо выключать телевизор и ложиться. Она поискала пульт на кровати, но не нашла. Вспомнив, что он упал с грохотом на пол, она свесила голову вниз. Пульт валялся на полу рядом с ножкой кровати. Диана потянулась к нему и тут увидела коробку из-под ноутбука (значит, все же у Дэвида есть компьютер, и он взял его с собой), она стояла под кроватью.

Она выдвинула ее. Думала, она будет пыльной, но нет. Диана открыла крышку и заглянула внутрь…

В коробке лежал пистолет с глушителем!

Сознание поплыло. То ли от шока, то ли стало действовать снотворное.

Диана задвинула коробку под кровать, легла. Мысли неслись каруселью. Она не успевала ухватиться ни за одну. А еще было очень страшно… очень-очень.

Диана вскочила. Она не хотела… нет, не могла оставаться в этом доме. Быстро одевшись, она выбежала вон. Сад, такой красивый при дневном свете, сейчас казался зловещим. Возможно, включи она освещение, все было бы иначе, но Диана передвигалась в темноте. Наконец она добралась до ворот, открыла их, выскользнула на улицу.

Сразу стало спокойнее.

Она шла по безлюдной улице в сторону приморского бульвара. Ей хотелось побыть среди людей. Хотя бы минут пятнадцать. А потом можно и спать…

Диана прошла треть пути, когда заметила, что за ней идет человек. Ей в босоножку попал камешек, она наклонилась, чтобы вытащить его, и тут обнаружила… слежку! Именно слежку, потому что тот, кто шел за ней на расстоянии пяти-семи метров, остановился сразу, как только затормозила Диана, и шмыгнул в тень пальмы. Ему не хватило пары секунд, чтобы скрыться и остаться незамеченным. Преследователь немного замешкался, и Диана его увидела.

Еле живая от страха, она пошла дальше. Хотелось бежать и кричать «помогите!». Но она решила, что умнее сделать вид, будто она ни о чем не догадывается. Хотел бы убить, давно бы это сделал, успокоила себя Диана. И постаралась вести себя естественно.

Наконец показались огни набережной. Диана ускорила шаг. Вдруг…

Кто-то схватил ее за руку!

С испуганным вскриком Диана обернулась.

Савва!

– Так это ты за мной все время шел?

Савва неопределенно пожал плечами и спросил:

– Ты от Дэйва?

– Да.

– Он остался дома?

– Его нет.

– А где он?

– Уехал. А что ты хотел?

– От него ничего. Я искал тебя. Даже домой к тебе ходил, но никто не открыл.

– Откуда ты знаешь, в какой квартире я живу?

– Ну, я же видел, когда тебя провожал, в каком окне зажегся свет. Не так трудно вычислить номер квартиры.

– Что ты хотел?

– Поговорить. Пойдем где-нибудь сядем. Не в кафе, а просто на лавке.

У Дианы давно кружилась голова. Теперь ей стало ясно, что это не от страха. Снотворное. Оно действовало.

– Извини, Савва, но я сейчас не в состоянии разговаривать, – сказала Диана, и ей казалось, что у нее язык ватный, а слова звучат не так, как обычно.

– Да хватит уже ломаться. Не заигрывать я с тобой собираюсь.

– Я умираю, как хочу спать.

– Ты постоянно хочешь спать, – огрызнулся он. – Можешь хотя бы десять минут потерпеть?

– Нет.

– Какая же ты дура!

Она махнула на него рукой и пошла. С каждой минутой ей становилось все хуже. Сон накрывал ее. Диана боялась просто упасть на улице. До этого она держалась только благодаря стрессу. Ей было так страшно, что она ничего больше не чувствовала, в том числе сонливости. Но теперь, расслабившись, поплыла…

– Я кое-что узнал о Дэйве, – услышала она как сквозь вату. – Он точно не тот, за кого себя выдает…

– Ты уже это говорил, – промямлила Диана.

– Тогда я только предполагал, теперь уверен.

Он шел за ней. Не отставал.

– Да остановись ты хоть на минуту! – прикрикнул Савва. – Терпеть не могу разговаривать на ходу.

Но Диана знала: если остановится, упадет. Таблетка оказалась очень сильной. Она сама принимала снотворное, но ее так убойно не действовало.

– Его зовут не Дэвид!

– Знаю. Его зовут Давид.

– Да нет же! Его имя Кирилл. Кирилл Исаев. И он русский.

– Да?

– Да, да, черт возьми! Ты пьяная, что ли, или под кайфом?

– Я просто хочу спать.

– Он убийца, Диана. Слышишь меня? Убийца! Держись от него подальше. А лучше – беги…

Она уже видела свой дом. Дверь подъездную. И шла к ней.

– Завтра же уезжай. До его возвращения. Тут скоро такое начнется! – Он схватил ее за руку. – Ты понимаешь, о чем я? Вали отсюда. Ты слишком молода и прекрасна, чтобы погибнуть. А если останешься рядом с ним, то можешь пропасть ни за грош. Поняла?

Она кивнула, лишь бы Савва отстал. И, высвободившись, потрусила к двери.

Поднявшись в квартиру, она упала на кровать прямо в одежде и мгновенно уснула.