Шоколадное пугало - Дарья Донцова

Марфа скомкала салфетку.

– Представляете?

– Не очень приятная ситуация, – заметила я. – И как поступил Игорь?

Марфа поморщилась.

– Он был слишком деликатен, до идиотизма, Гарик бросился к ней, снял истеричку с подоконника, потом стал покорно есть ненужные ему завтраки. Я его предупреждала: «Гарик, с Юлей так нельзя. Она, как Аги, непременно своего добьется, станет твоей женой». Он рассмеялся: «Марфинька, это невозможно. У меня к Сазоновой нет никаких чувств, кроме жалости». Спустя несколько месяцев Игорь мне позвонил, попросил срочно о встрече и сообщил: «Юля беременна!» Я ахнула:

– От тебя?

Игорь смутился:

– Ну… она так говорит! Я не помню.

И рассказал дивную историю. В конце августа Сазонова пригласила Игоря на свой день рождения. Он попытался отвертеться, но она стала плакать, говорила:

– Ну почему все отказываются?

Актер, как всегда, пожалел ее, приехал к ней домой и оказался единственным гостем. Стол был накрыт на десять человек, а явился один Гарик. Он видел, как расстроена хозяйка, поэтому постарался изо всех сил развлечь ее. За все годы нашего знакомства я ни разу не видела, чтобы Игорек больше пары глотков вина выпил. И он никогда не пьянел. Но в тот вечер его капитально развезло.

Утром он проснулся от громкого незнакомого голоса. И не сразу понял, что находится в кровати Юли. Она лежала рядом, на пороге комнаты стояла ее соседка, она пришла поздравить Сазонову с днем рождения. Гарик оторопел, а тетка заахала:

– Простите. Не хотела вам помешать! Юлечка пригласила меня выпить с ней кофейку в десять. Дверь к ней в квартиру была не заперта, я решила, что она ее открытой для меня оставила, вот и вперлась…

– Праздник вчера был, – возразила Юля.

– Да нет, – заспорила соседка, – у меня записано: двадцатое число.

– Ты ошиблась! – рявкнула Юля.

Тетка убежала. Игорь запаниковал, дождался, пока Юля уйдет в ванную, и унесся, забыв надеть ботинки. Шел по улице зимой в домашних тапках. А теперь известие о беременности.

– У вас что-то было? – напрямую спросила Марфа.

– Не помню, – признался Игорь, – но уверен, что нет!

– Как ты так надрался! – возмутилась Неписайкина.

– Всего-то пригубил белого вина, – оправдывался артист, – я не любитель горячительного.

– Она врет! – отрезала Марфа.

– У нее есть справка от гинеколога.

– Купила.

– Зачем?

– Чтобы ты на ней женился!

– Нет-нет. Зачем я ей? – пробормотал Парамонов.

Через неделю о том, что Юля ждет ребенка от артиста, знал весь город. Игоря стали поздравлять… Понимаете, чем все завершилось?

– Свадьбой, – вздохнула я.

– Угадали, – поморщилась Марфа. – Ребенок так и не родился, у Юли случился выкидыш. Брак моему другу детства на пользу не пошел. Гарик превратился в тень, похудел, побледнел, осунулся. Не один год он мучился. Со мной он почти не общался, потом вдруг позвонил: «Еду в Москву. Николай предлагает устроить меня в столичный театр. Но квартиру не дают, только общежитие. Коммуналка на три семьи. Нам досталась одна комната, десять метров. Сомневаюсь, что Юлия согласится ехать в столицу на таких условиях. Я предложу ей такой вариант: временно еду один, зарабатываю денег, снимаю приличные апартаменты, и тогда она перебирается в Москву». Я сразу поняла: Игорь хочет наконец-то избавиться от жены.

– Проще было развестись, – удивилась я, – убегать из города, где у тебя прекрасная работа, любовь зрителей, хорошая квартира, приличная зарплата, в столицу, где придется жить в крохотной комнатенке в общаге… И в театре небось главных ролей не дадут, в Москве своих звезд хватает.

– С Юлией разорвать отношения невозможно, – поморщилась Марфа, – ну поставят им штампы в паспорта. И что? Сазонова из квартиры Гарика никогда не уедет. Она в него вцепилась акулой, обманом на себе женила. Разве такая его отпустит? Но я полностью с вами согласна, поэтому уговорила Игоря, прежде чем говорить с женой, побеседовать с Николаем подробно, выяснить, что предлагают ему в столице. Ну и попросить мужа сестры на первых порах помочь нормальное жилье Игорю снять. Олигарху это раз плюнуть, капля в его денежном море. Приятель внял голосу разума и один подался в Москву. Юле ничего не сказал, не хотел, чтобы она за ним увязалась. Ну и все!