Четвертый лишний - Владимир Колычев

Трофим удивленно смотрел ему вслед. Сейчас он точно был уверен в том, что видел профессора наяву.

– И что это было? – спросил Трофим, когда дверь закрылась.

– Профессор Шевелев собственной персоной, – улыбнулась Тая. И, немного подумав, так же весело добавила: – И в своем репертуаре.

– Какой-то неприветливый у него репертуар.

– Не нравишься ты ему, – развела руками молодая женщина.

– Я это уже понял.

– Я пыталась убедить его в том, что ты вовсе не такой плохой, как Слава…

– Но все-таки плохой.

– Но все-таки плохой, – вздохнула Тая. – Для Шевелева, для Аврамовых… И совсем чуточку для меня.

– Плохой, если меня хотят убить.

– Профессор тоже так думает, – согласилась она.

– Да неужели? – встрепенулся Трофим.

Он действительно стал подниматься с кровати, голова закружилась, но совсем чуть-чуть. Тая подалась к нему, взяла его за плечи, чтобы удержать.

– Куда тебя понесло?

Трофим сел, руками упираясь в матрас койки. Головокружение проходило.

– Что профессор думает?

– Да с Робиком не все гладко. Он ведь и вправду мог.

– Это ваш профессор так считает?

– Считает, – призналась Тая.

– Мог бы сказать мне об этом. – В голосе Трофима звучала обида.

– Такой уж он человек. Ты для него всего лишь статистика. Первый случай в его практике, когда пациент покушается на жизнь своего обидчика… Нет, спонтанные нападения были, но так чтобы спланированно, продуманно…

– И кто же пациент? Неужели Робик? – с мрачной иронией спросил Трофим. Что-то не верилось, что профессор мог пойти против его мамочки. Впрочем, Шевелев такой человек, что мог и пойти. Он – мог.

– Может, и Робик, а может, тот, кто тебя ударил.

– Костя?

– Шевелев его не исключает. Он так Полыхаеву и сказал.

– Полыхаеву, – кивнул Трофим.

Не привиделся ему майор Полыхаев. И на Таю он грешил в бреду напрасно. Он отдавал себе в этом отчет, но не каялся. Больное воображение, что с него взять?

– Полыхаев сказал, что не удалось установить точное время смерти. Ты мог застрелить Славу, а потом вызвать полицию.

– Это Полыхаев так сказал?

Вне себя от возмущения, Трофим стал подниматься с кровати. Голова опять закружилась. Тая взяла его за плечи, удерживая. Он хотел встать на ноги, но снова сел.

– Есть такое предположение, – кивнула она.

– А куда я пистолет дел?

– Именно такой вопрос Шевелев и задал.

– Шевелев. Полыхаеву?! – Трофим не мог поверить своим ушам.

– Ты сомневаешься в аналитических способностях нашего профессора? – весело удивилась Тая.

– Я сомневаюсь в его человеческих способностях.

– Да нет, это он сомневается в твоих человеческих способностях.

Тая вдруг подошла к окну, но к Трофиму не повернулась. Пошатываясь, он все же поднялся на ноги.

– Когда это все было?… Да и было ли?

Не трогал он Робика, точно не трогал. Да и Таю не травил, ну, поприсутствовал один раз на медкомиссии.

– Я не об этом.

– А о чем?

– Не об этом, – повторила Тая, давая понять, что больше ничего не скажет.

– Ты не должна молчать, – заявил он. – Между нами сейчас не должно быть недоговоренностей. Если сказала «а» – говори «б»!

– Шевелев не хочет, чтобы мы встречались, – тихо сказала молодая женщина.

– Та-ак!.. Он к тебе не ровно дышит? – язвительно спросил Трофим.

Тая резко развернулась к нему и с осуждением посмотрела в глаза.

– Что ты такое говоришь?

– Не такой уж он и старый!

– Не такой уж ты и умный!.. Неужели ты не понимаешь, что профессор Шевелев

– образец… Эталон… Эталон профессионализма! И профессиональной этики!..

– Ну да, хамит он этично!

– А это потому, что он тебе не верит. И считает тебя проходимцем.

– Да мне как-то все равно, что он там думает!

– Он думает, что ты используешь меня. И этот роман между нами… Или это даже не роман?! – разволновалась Тая.

– А вот это уже не все равно!.. – покачал головой Трофим.

– Так роман или не роман?

– С моей стороны – да! С моей стороны самый настоящий роман!

– И ты мною не пользуешься?

– Как я тобой могу пользоваться? Я бы и без тебя на Робика вышел… А поводом – да, я воспользовался. Может, я давно хотел тебя найти!

– Может?

– Не может, а нашел!.. И хочу быть с тобой всегда!

Трофим подошел к Тае, обнял ее, с силой прижал к себе.

– И только смерть разлучит нас? – растроганно спросил она.

В этот момент дверь открылась, и Трофим замер как статуя в ожидании выстрела. Неужели смерть разлучит их прямо сейчас?

– И что это значит? – звонко, с возмущением спросила Алла.

Трофим с облегчением выдохнул. Не убийца это, хотя и близко к тому. Стрелять Алла точно не станет, а в остальном он ее не боялся.

С невозмутимым видом Трофим развернулся к своей бывшей жене. Алла, как обычно, выглядела, что называется, лучше всех, но это не произвело на него никакого впечатления, ну, если только отталкивающее.

– А мне сказали, что ты здесь умираешь! – Алла вызывающе смотрела на Таю.

– А красота, она не только мир спасает, но и людей воскрешает, – нашелся Трофим.

– Это, что ли, красота? – скривилась Алла.

Тая смотрела на нее настороженно, с опаской, и пугливо жалась к Трофиму – он должен был ее защитить от злых жалящих слов.

– Если ты не сбавишь тон, я попрошу, чтобы тебя выставили за дверь, – пригрозил Трофим.

– А ведь я знаю, кто ты! – глядя на Таю, сказала Алла. – Полыхаев говорил!..

– Что еще говорил тебе Полыхаев? – Трофим рад был увести разговор от Таи.

– Да вот, говорит, что это ты мог убить Славу!

– Закон сточного правосудия – следствие идет по пути наименьшего сопротивления, – усмехнулся Крупицын.

А еще следствие могло идти через постель таких вот неумных дамочек, как Алла. Возможно, она действительно спелась с майором Полыхаевым, даже сошлась с ним. Может, он и посоветовал ей провести ночь с Трофимом, чтобы хитростью выманить у него признание в убийстве. Если так, то следующую ночь она могла провести с самим Полыхаевым. Или даже провела.