Девушка с чеширским зонтиком - Дарья Калинина

– Кушать, – повторила усатая дама. – Ам-ам! Ты – нести!

Саша сообразил, что эта женщина хочет, чтобы он покормил собак.

– Я готовить!

И женщина немного отодвинулась, показывая Саше, что от него требуется. Теперь Саша видел, что он находится на еще одной кухне. Впрочем, в таком большом доме могло быть и две, и три, и еще большее количество кухонь. Плита тут имелась. Но и посуда, и обстановка были грубоваты и простоваты. На той кухне, где ему уже довелось побывать, все было обставлено с куда большим изяществом. Из любопытства Саша все же заглянул в кастрюлю, на которую ему указывала незнакомка. От вида неаппетитного, какого-то серого варева, а еще больше от исходящего от него запаха Сашу чуть не вывернуло.

– Вкусно! – прогудела повариха и одобрительно хлопнула парня по спине, отчего тот едва не упал. – Собачки любят.

Саша удивился. Собаки это едят? Вот эту мерзость? Разве что под угрозой электрошокера согласятся они попробовать это варево. Но зачем мучить собак, если на его глазах Викентий сыпал им сухой корм и те с удовольствием его ели? Псы имели прекрасную сбалансированную по всем основным параметрам, витаминам и микроэлементам кормежку. Зачем пичкать их этой бурдой?

– Кушать! – повторила великанша, которая заметно нервничала. – Кушать!

Потом ткнула пальцем Саше в грудь, и он подумал, что там наверняка останется синяк.

– Ты! Нести!

Было ясно, что тетка невеликого ума. Похоже, в детстве она перенесла какую-то болезнь, которая затормозила ее умственное развитие, зато в избытке развила физическое тело. Громадина выглядела миролюбивой. И, как ни странно, ее облик показался Саше знакомым, хотя он готов был поклясться, что никогда прежде ее не встречал. Если бы встретился, то уж не забыл бы. Скорей всего, дело было в том, что дама напоминала ему кого-то знакомого. Но кого?

И Саша решил на всякий случай познакомиться:

– Тебя как зовут?

– Филя.

– А что ты тут делаешь?

– Нарзан… Просил… Готовить! Ам-ам!

Ясно. Очевидно, что это была какая-то дальняя родственница, которую Нарзан взял из жалости к себе в дом, а потом не придумал ничего лучшего, как поручить ей кашеварить. Понятное дело, кормить такой стряпней людей было нельзя, вот и придумали отдавать несъедобное варево собакам.

– Кушать! Собачки! Любят!

По узкому лбу Фили пошли морщины. Она явно была чем-то взволнована. То и дело указывала на кастрюлю и нервно переступала с ноги на ногу, отчего все предметы в кухне шатались и подскакивали.

– Забрать. Быстро. Испортится. Плохое будет.

На взгляд Саши, испортить это блюдо не смогла бы даже атомная бомба, случайно плюхнувшаяся в кастрюлю. Выглядело месиво до того гадко, а воняло так отвратно, что парень не знал, что ему и делать. Но спорить с великаншей было невозможно. Она не желала ничего слушать. И не отпускала Сашу, пока тот не взялся за ручки кастрюли.

– Кушать! Собачки! – повторяла Филя, подталкивая Сашу в спину.

Конечно, толкала она его совсем слегка, но Саша все равно боялся, что он не удержится на ногах. Да еще эта тяжелая кастрюля мешала сохранить равновесие.

Кухня находилась внизу, Филя не слышала, что делается во дворе. Не могла она знать о том, что собачкам сейчас было не до ее стряпни, что собачки были озабочены тем, как бы полакомиться плотью кого-нибудь из своих мучителей. И, честное слово, Саша понимал животных куда лучше, чем прежде. Если собак каждый день пичкали этой дрянью, то неудивительно, что они теперь хотели отомстить.

Парень покладисто подхватил кастрюлю и поволок ее к выходу.

– Быстро! – волновалась Филя. – Быстро!

– Порядок.

Саша показал ей большой палец в знак того, что приказание будет выполнено в рекордные сроки. Но стоило ему оказаться наверху, как он тут же запихнул кастрюлю в какой-то угол и попытался пробраться на второй этаж. Но тут его снова отвлекли. На сей раз это был парень из охраны, он видел борьбу несчастного Викентия с озверевшей собакой, увидел Сашу и потребовал, чтобы тот срочно предпринял какие-то меры для спасения Викентия.

И что было делать Саше? Отцепиться от настырного парня он не мог при всем своем желании. Пришлось отправляться во двор и разгонять собак. А потом уже было не до того, чтобы проникнуть на второй этаж. С появлением хозяина всех не слишком приближенных к телу слуг выдворили из дома вовсе. Саша оказался на псарне, где ему вскоре было сообщено, что Викентий слишком сильно пострадал от клыков собаки и вечером работать не сможет.

– Значит, ты и повезешь собак. У тебя с ними ловко получается обходиться. Ты их уже кормил?

– Да.

Охранник присмотрелся.

– А чего это у них в мисках?

– Корм.

У некоторых собак и впрямь оставались кусочки сухого корма.

– Не понял. Ты зачем их еще раз кормил?

– В смысле – еще раз? Один раз мы их с Викентием и кормили.

– А каша? – разволновался охранник. – Тебе разве Викентий не приказывал их еще той кашей накормить, которую ему Филя дает?

– Не знаю. Викентий сперва уехал, а потом в собачий капкан попал.

– Блин! – еще больше встревожился охранник. – Плохо будет, если хозяин дознается, что ты собак вовремя не накормил. Он почему-то всегда лично проверяет, как собачки ту кашу поели.

Саша вспомнил про огромную кастрюлю, которую ему настойчиво пихала в руки повариха, и понял, что совершил оплошность. Не по своей воле, но совершил. А судя по тому, что он слышал про Нарзана, шутить тот не будет. И разбираться, кто прав, а кто виноват, тоже не станет. Вытурит провинившегося работника, и вся недолга. А Саше никак нельзя было оставлять Ниночку одну. Так что он опрометью выскочил из псарни, метнулся в дом, нашел кастрюлю, приволок ее назад и под одобрительное ворчание собак не разложил, а разметал им по мискам кашу.

Он был уверен, что собаки тут же забьются в угол клетки, подальше от неаппетитной каши. Но, к Сашиному удивлению, собаки набрасывались на это жутко воняющее варево с таким довольным урчанием, словно никогда в жизни не ели ничего вкуснее. И поглощали они его так быстро, что не успевал Саша метнуть один половник в собачью миску и отвернуться к другой, как первая миска уже оказывалась вылизанной дочиста.

– Чудеса!

– Собаки эту стряпню любят. Прямо дрожат, если чуют, что им ее несут.

Тем не менее с лица охранника не сходило озабоченное выражение, которое чуть раньше Саша подсмотрел на лице гигантши Фили.

– Конечно, это не мое дело, но раньше собакам эту бурду в теплом виде давали. Она пожиже была. А сейчас, мне кажется, она какая-то слишком густая. Ты уверен, что все правильно сделал?

– Какую сварили, такую и даю.