Диета для трех поросят - Дарья Донцова

Так ничего и не узнав о нынешнем месте жительства Лиды, я медленно шла по улице в сторону метро. Теплая, почти летняя погода радовала, влезать в душный, набитый людьми микроавтобус совершенно не хотелось. На воздухе мне хорошо размышлялось.

Почему Ирина сбежала? Неужели ей, нигде не работающей и любящей выпить, было плохо в элитном поселке? Насколько я могу понять, ни Вера Петровна, ни Олег Михайлович ее не притесняли, при нашей встречи Ирина показалась мне вполне довольной жизнью. Никаких синяков, следов от битья или изможденности от отсутствия пищи я не заметила. Так по какой причине младшая сестра Ефремова пустилась в бега? Или она ему все же не родственница? Ох, похоже, я заварила еще ту кашу, посоветовав Ирине начать новую жизнь!

Я остановилась у входа в метро, потом решительно вытащила телефон. Пусть Вера Петровна считает меня бесцеремонной нахалкой, но мне просто необходимо заглянуть в комнату к Ирине. Вполне вероятно, я обнаружу там какие-нибудь зацепки…

Я очень хорошо понимаю, что вы сейчас подумали:

«Тело Олега Михайловича еще не предано земле, его вдова в слезах собирает вещи для похорон, а Татьяна лезет к ней со своими дурацкими разговорами».

Конечно, вы правы. Но Ирина может погибнуть! Она не приспособлена к жизни на улице, легко станет жертвой плохого человека, а мне очень некомфортно от мысли, что именно я подтолкнула ее к решительным действиям.

Вера Петровна опять не торопилась снять трубку. Хорошо, наберу ее мобильный номер, ведь речь идет о спасении человека, тут можно отбросить церемонии. У меня накопилось к вдове много вопросов, и первый из них звучит так: имеет ли Ирина похожую на нее родственницу по имени Лидия? И если нет, то каким образом Ефремова стала младшей сестрой Олега? Она, определенно, женщина с уголовным прошлым по фамилии Фомина.

«Набранный вами номер не зарегистрирован в сети», – прозвучал равнодушный голос. Я ошиблась при наборе, ткнула пальцем не в ту кнопку! Попробую еще раз. «…номер не зарегистрирован в сети». Опять то же самое! Но я не привыкла сдаваться. Итак, обратимся в справочную.

– Пятьдесят восьмая. Наталья. Слушаю.

– Скажите, номер, начинающийся с цифр пятьсот семнадцать, обслуживается вашей компанией?

– Да, – сухо ответила оператор.

– Девушка, – заныла я, – помогите! Моя подруга плохо себя чувствует, поэтому я названиваю ей по несколько раз в день. А сейчас слышу после набора цифр, что этот номер не зарегистрирован в сети. Что это значит?

– Что данный номер не зарегистрирован в сети!

– Но еще вчера я преспокойно соединялась по нему с Верой! – соврала я.

– И что? Сегодня она отказалась от наших услуг.

– Не может быть!

– Почему не может? – спокойно отреагировала девушка. – Разные бывают обстоятельства. Может, она сменила номер, обратилась в иную телефонную компанию, в конце концов, уехала за границу и решила там приобрести местную симку.

– Может, она выключила телефон? – с надеждой поинтересовалась я.

– На такой случай предусмотрено другое сообщение, – пояснила Наталья. – «Абонент находится вне зоны действия сети». Когда речь идет об отсутствии регистрации, это значит, что номера вообще нет.

– Господи, что могло случиться?

– Не волнуйтесь, – вдруг по-человечески сказала Наталья, – некоторые абоненты по пять номеров за год меняют.

– Наташа, милая, проверьте, какой номер теперь у Веры Петровны Ефремовой!

– Не имею права.

– Умоляю!

– Это невозможно, – отрубила оператор и отсоединилась.

Я топнула ногой и стала яростно тыкать пальцем в кнопки.

– Балакайте, – прогудело в ухо, – ваш личный джинн на связи.

– Мне нужен Дмитрий Коробков.

– О единственная и неповторимая Татьяна, слушаю и повинуюсь! – продолжал дурачиться парень.

– Вы меня узнали?

– Вижу лицо гурии и падаю ниц!

– Ты можешь говорить серьезно? – перешла я на свойский тон.

– И че те надо? – подхватил собеседник.

– Телефон проверить.

– Диктуй. Тэкс… Какую инфу хочешь получить?

– Владелец сменил номер, мне нужен ее новый сотовый.

– Чей?

– Веры Петровны Ефремовой.

– Ни фига подобного.

– Она не заключила новый контракт? – расстроилась я. – Может, сменила телефонную компанию?

– Можно везде проверить, – лениво протянул Дмитрий, – да токмо энта твоя Петровна ваще тем телефоном не владела. Ен на басурмана записан!

– На кого? – оторопела я.

Коробков противно заржал.

– На деда Пихто!

Вот тут я обозлилась:

– Роман Ильич сказал, что сведет меня со специалистом, который способен оказать помощь при получении не особо секретных сведений. Мне опять обратиться к телебоссу и попросить его дать другой контакт?

– Лучше меня в России никого нет, – вдруг с обидой заявил Дмитрий, – и любое желание Романа Ильича для меня закон.

– Тогда очень прошу, разговаривай нормально! Без ерничанья! При чем тут дед Пихто? Глупая шутка, в особенности если учесть, что речь идет о жизни человека! – вспылила я.

– Оно, конечно, звучит по-дурацки, – незлобливо согласился Дмитрий, – да только это правда. Озвученный тобой телефон записан на Пихто Бориса Гурьевича, тысяча девятьсот семнадцатого года рождения. И кто он, если не дед Пихто? Понимаешь, он типа существует. Остается лишь поверить в реальность коня в пальто. Прикольно!

– Что еще?

– У деда Пихто прописка по Анекдотической улице. Так в телефонной компании указано.

– В Москве есть такая?

– Прикинь, да! Район Хорошево-Мневники. Около шлюза.

– Спасибо, – бормотнула я. – Значит, дедуля отказался от номера.

– Помер, небось, – откликнулся Коробков. – За фигом жмурику мобила?

– Ты уверен в достоверности информации?

– Стопудово.

– Вдруг напутал?

– Я?

– Ты.

– Я? Напутал? Сие абсолютно невозможно! Я знаю все про всех! – Хвастливо воскликнул Дмитрий.

– Сомнительно, – буркнула я.

– Погодь! – велел Коробков.

Я замерла в ожидании. Сейчас этот павлин закричит: «О! Посмотрел не туда! Пихто не имеет ни малейшего отношения к Ефремовой».