Демоны прошлой жизни - Екатерина Островская

Утром он уходил из дома, когда Вика была еще в постели. Перед расставанием он подошел и поцеловал ее, сказал, что вечером принесет шампанского. А теперь он вернется с шампанским, они его откроют, начнут радоваться, а он будет улыбаться и бояться проговориться, что знает о ее лжи.

Навстречу шел молодой священник с девушкой, волосы которой были спрятаны под черный платок. Вероятно, это и были отец Петр с женой. Они оба остановились, когда Францев с Павлом поравнялись с ними. Остановились, как будто хотели поговорить о чем-то.

Францев поздоровался, и Кудеяров сделал то же самое.

— Добрый день, дети мои, — приветливо улыбаясь, произнес священник, а его жена совсем неслышно прошептала что-то.

— Вы к Ашимову направляетесь? — полюбопытствовал участковый, хотя было и так понятно, куда идет эта пара.

— Да, — опять улыбнулся отец Петр. — Хотим выразить ему наше сочувствие и нашу скорбь. Потерять единственного сына — горе для каждого родителя.

— Вы правы, — согласился Павел. — Но это поймет лишь тот, кто сам имеет детей. Если господь приказал людям плодиться и размножаться, то величайший грех для человека — не следовать этому.

Молодая женщина порозовела.

А Кудеяров продолжал:

— Отец наш небесный благословляет каждый союз детьми не только за любовь к себе самому, но и за любовь земную…

— Вы кто, чтобы говорить это? — негромко и с обидой в голосе произнесла наконец молодая женщина.

— Я тот, кто всегда рядом, и если вы с батюшкой не можете выкорчевать грехи человеческие, как сорняки с грядок, я прихожу и устраняю вашу недоработку. Первородный грех не в том, что Адам с Евой согрешили, а в том, что Адам солгал, когда Господь спросил его. Первый человек ответил, что яблоко ему дала женщина. Вместо того чтобы взять вину на себя, Адам показал на другого. А потому Спаситель принял смерть на кресте, взяв на себя вину всего человечества.

— Зачем вы нам все это говорите? — уже без улыбки спросил отец Петр.

— Пытаюсь вернуть вас к Богу. Если вы любите отца нашего небесного, если вы любите вашу жену, то Бог даст вам много детей, рожденных в благолепии — в величественной красоте промысла Божьего. Ступайте с миром.

Павел поклонился и, подхватив под руку онемевшего Францева, потащил его дальше.

Потом отпустил его, и участковый обернулся.

— Стоят, — шепнул он и посмотрел на Кудеярова. — Я каждый день узнаю вас с новой стороны, товарищ майор юстиции. Откуда в вас это?

— У меня не было дедушки, умер до моего рождения, а вот прадед был. И я проводил каждое лето у него в деревне, где он был настоятелем сельской церкви — видимо, что-то он все-таки смог мне передать. Прадед умер во время службы. Почувствовал себя плохо, встал на колени перед ликом Богородицы и попросил принять его грешную душу. Я при этом присутствовал. Но ты особенно не расслабляйся, Коля. Еще более давний мой предок был разбойничьим атаманом… А вообще хорошо, что мы со здешним батюшкой встретились, теперь можно считать, что пообщались со всеми подозреваемыми.

— Ты и отца Петра подозревал?

— Не особо, но ведь мы же почти наверняка уверены, что убийца живет на этой улице.

— Я бы не утверждал так категорично.

За разговором они дошли до рынка, участковый заскочил в магазин автозапчастей. И почти сразу оттуда вышел Уманский.

— С вашей машиной что-то случилось? — обратился к нему Кудеяров.

— Масляный фильтр решил поменять, — объяснил Леонид Владимирович и тут же задал свой вопрос: — Как у вас со временем? А то в прошлый раз не успели посидеть.

— Да и повод грустный был. Работы много, но я забегу. На днях.

— Давайте сегодня.

— Хорошо, постараюсь зайти сегодня, но только ненадолго.

Кудеяров смотрел вслед этому человеку, как он идет, как двигается — не быстро и не медленно и не крутя головой по сторонам, но, очевидно, замечая все, что происходит вокруг. Уманский, не сбавляя шага, обернулся, чтобы увидеть, куда смотрит майор, улыбнулся понимающе и помахал ему рукой. Павел ответил кивком. Рядом остановилась немолодая цыганка, она посмотрела, кому кивнул Кудеяров, а потом удивилась непонятно чему:

— Ну вы даете, ребята!

Из дверей магазина вышел участковый и показал моток кевларового троса.

— Нашли для меня. А предыдущий продали три месяца назад. Точно не помнят, кому, но утверждают, что мужику.

Пока возвращались в опорный пункт, Францев заскочил еще в магазин «Тысяча мелочей». Заскочил, не собираясь ничего покупать, пре-дупредив, что хочет просто посмотреть.

День пока еще только начинался. И что он принесет, было неизвестно.