Мятежный дальнобойщик - Алексей Макеев

С регистрацией проблем не возникло. Им достался просторный трехместный номер с видом на чудесную березовую рощицу. Пожалуй, это была единственная достопримечательность «Мегасервиса». Ни сам номер, ни обслуживание на слово «мега» не тянули. Сонный дядечка, вместо компьютерных баз данных заполнявший по старинке толстенный амбарный журнал, первым делом объявил, что «жратвой тут не обеспечивают и за курение в номере взимают штраф в размере суточной оплаты». Гуров заверил, что не станет нарушать правила, установленные в гостинице, и своим товарищам этого не позволит. Ему показалось, что дядечку это заявление разочаровало.

В номере была всего одна комната. Три кровати, три тумбочки, старенький телевизор, стол у окна и три табурета с мягкими сиденьями. У стены скромно притулился узкий шкаф-пенал. По всей видимости, на долгое проживание клиентов тут не рассчитывали, отсюда и минимализм в обстановке. Оказавшись внутри, Яропольцев сел на крайнюю кровать, спиной оперся о стену и затих. Крячко выбрал место возле окна. Он шумно раздвинул занавески и тут же принялся восхищаться открывшимся видом, хотя в сельской темноте, не обремененной уличным освещением, разглядеть что-либо вряд ли мог. Гуров прошел в ванную комнату освежить лицо. После первых восторгов Крячко, оседлав табурет, уселся напротив Яропольцева и коротко произнес:

— Пришло время откровений, приятель.

Тот не прореагировал. Тогда Станислав довольно грубо ткнул мыском ботинка его ногу и повторил:

— Эй, приятель, не советую отмалчиваться!

Реакция Яропольцева на слабый тычок Стаса оказалась весьма своеобразной. Тело его завалилось на бок, подминая под себя плоскую гостиничную подушку. Он пробурчал нечто невнятное, подтянул ноги к груди, устраивая их на постели, подоткнул ладони под щеку и сладко захрапел. Крячко присвистнул и невесело рассмеялся.

— В честь чего веселье? — спросил Гуров, выходя из ванной комнаты.

— А вот полюбуйся, — указал Стас на Яропольцева. — В нашем царстве появилась Спящая красавица.

— Уснул? — ничуть не удивился Лев.

— Дрыхнет, как пожарник на смене, — выдал Крячко. — И как, скажи на милость, мы будем его допрашивать? С помощью гипноза?

— Оставь его. Он трое суток не спал. Пожалей человека.

— Меня бы кто пожалел, — ворчливо ответил Крячко, но табурет отодвинул. — Хороши сыщики: главного свидетеля заполучили, а воспользоваться этим не можем. Мы же гуманисты.

Последнее слово он произнес намеренно утрированно. Гуров улыбнулся. Стас никогда не отличался терпением, не был исключением и этот случай. «Надо бы парня разбудить. Хотя бы для того, чтобы обработать рану, — оглядывая импровизированную повязку на плече Яропольцева, подумал он. — Но уж больно сладко спит. Ладно, рискнем отложить процедуру. Авось пара-тройка лишних часов особого урона не нанесут. Парень молодой, организм крепкий». Пристроив второй табурет у стола, Лев поманил Крячко, предлагая присоединиться к нему.

— Давай, Стас, выкладывай свои соображения. Пусть мы и не можем срочным порядком получить информацию от Яропольцева, но ведь ту, что накопилась за последние сутки, разложить по полочкам нам ничто не мешает, верно?

— Было бы что раскладывать, — ворчливо пробурчал Крячко. — Сутки скачем, как сайгаки, гоняемся за призраками, а в итоге что? Как ничего не знали, так и не знаем.

— Не согласен. Поразмышлять есть над чем, — возразил Гуров. — Знаешь, а я даже рад, что Яропольцев уснул. Хочется до его откровений понять некоторые аспекты дела.