Траектория падения. Стеклянная тень - изнанка - Михаил Март

Два битых часа Бессонов просидел в ресторане, пытаясь пообедать, но так ничего и не съел, зато трижды заказывал водку по двести граммов. Водка его не брала, он ломал голову, пытаясь найти изъяны в рассказах Анны, и не находил. Так гладко врать, не подготовившись к встрече, почти невозможно, однако, правда ему тоже не нравилась. К Егору Требушкину из зоны он хорошо относился, знал, что у него есть дочь, но старый хрыч с тремя побегами за спиной оставался загадкой. Почему ему было известно о каждом все и во всех подробностях? В течение недели вместе с Коротковым из зоны освободилось человек десять, на роль сыщика подходили кандидатуры получше Эдика, а если уж совсем честно, Коротков был худшим из десятка, и Требушкин это прекрасно понимал. Но если Анна искала простофилю, то выбор сделан правильно. Эдик – добрая одинокая душа без царя в голове. Почему она сразу не сделала ему паспорт на имя Сергея Хруничева, в то время как неизвестному зеку Бессонову тут же предложила роль своего мужа и партнера? Хочет приглушить его бдительность? Может быть. Добровольно от таких женщин не отказываются. Вряд ли появление Яши могло напугать Анну. Она здесь уже освоилась, имеет друзей в ментовке, если он исчезнет, никто не хватится. Человека со справкой об освобождении и не зарегистрированного ни в одной точке планеты искать не будут. Последний раз его видели в Краснодаре, когда он пытался найти свою бывшую жену. Был да сплыл.

Что делать? На этот вопрос имелось множество ответов, но выбрать надо один-единственный.

К Анне он пошел пешком, чтобы лучше изучить город. В центре стояли старые постройки сталинских времен, крепкие, добротные, сделанные на века. Каждый двор – проходной, каждый подъезд – сквозной, удобно заметать следы и уходить от слежки.

Анна жила в скромной двухкомнатной квартире. Похоже, к встрече она готовилась. На ней была облегающая короткая юбка, белая блузка с жабо, туфли на высоких каблуках. Яков догадался, что не было нижнего белья – соски едва не прокалывали блузку. Женщине лет тридцать семь, а выглядит отлично. Нет, Коротков ей не пара, тут говорить не о чем. Парня использовали, а потом скинули в канаву.

Анна встретила Бессонова накрытым столом: водочка, закусочка, пироги. Он понял, как проголодался, так и не пообедав в ресторане.

– Перекусишь?

– С удовольствием.

Яков передал Анне фотографии, которые сделал для паспорта.

– С документами волокиты не будет?

– Не думаю. Вообще-то тебя не ждали. Лида разговаривала со своим отцом, ему позволяют иногда звонить из колонии, так вот он сказал, что ты поедешь домой, а мне в помощники подобран другой парень. Скоро освобождается.

– Это кто же?

– Не помню точно, кажется, его фамилия Забелин.

– Андрюша? Стоящая кандидатура. Умный мужик. Мы с ним вместе работали. Отличный сыскарь. Шутили, что Андрей может даже в Москве найти честного человека. Опер от бога. Вот он в ваших проблемах разобрался бы за нескольких часов.

– Это не очень большой плюс, Яша. Такие люди здесь быстро обрастают врагами, как дно корабля ракушками. В нашей ментовке умных людей хватает, но никто не выпячивается и не ищет правды, она никому не нужна. Знать и понимать можно многое, но кричать об этом на каждом углу не нужно. Садись за стол.

Анна сменила тему, говорила о перспективах детективного агентства, минусах и плюсах такого бизнеса. По ее словам, работа, конечно, не сахар, но за риск можно получать приличные деньги. Бессонов ничего не знал о частном сыске, когда угодил за решетку, подобных контор еще не существовало. Лицензия вроде бы означает для сыщика свободу действия, на самом деле милиция приобретает бесплатных стукачей, так как необходимо сообщать в органы обо всех случаях, связанных с серьезными статьями уголовного кодекса. Это касается убийств, наркотиков, терроризма, экономических преступлений и еще много чего. Агентствам оставалось пропавших собачек искать или сопровождать вип-персон в поездках. Но была у медали оборотная сторона – нарушение всех этих правил. То, что Анна называла риском, кончилось гибелью ее партнеров, а если нарушены условия лицензии, на помощь звать никого не станешь. Сам вляпался, сам и выкручивайся. Но если ты прирожденный сыскарь, тебе важна такая работа, да и делать ты больше ничего не умеешь. Но что могло зацепить Анну, женщину, не связанную с сыском и криминалом? Почему она держится за эту контору, как за манну небесную? Такая женщина может найти себе более подходящее место, тихое, спокойное, с хорошей зарплатой. Бессонов сделал для себя неожиданный вывод: сыскное бюро нужно не ей, а кому-то другому. Контора – прикрытие для человека, на которого она работает. Бессонов начал пьянеть, хозяйка нравилась ему все больше и больше. «Так можно угодить в то же болото, что и Эдик», – решил он и встал.