Летучий самозванец - Дарья Донцова

Бортникова никак не отреагировала на это заявление,продолжив:

– И при всем этом я видела ангела! Не верите?

– Как он выглядел? – спросила я.

Алина развела руки в стороны:

– Очень худой, лицо длинное, с бородой, волосы падаютна плечи, тело укутано в белый хитон, сзади два крыла, что на ногах – незаметила, материя ниспадала до земли.

– Это мог быть кто-то из жителей Козловска, –сказала я. – Человек не уехал из зоны отчуждения, остался в родном доме,живет в изоляции, одежда истрепалась.

Бортникова обхватила себя руками за плечи:

– И у него крылья отросли? Я не кликуша, которая бьетсяв истерике на сеансе у медиума, а медик с соответствующим образованием. Ноангела я видела!

– Линочка, душенька, тебе требуется отдых, –попыталась купировать ситуацию Аня. – Нельзя работать сутками, расслабься,позагорай на палубе.

– Он был, он не плод моей больной фантазии! –повысила голос Бортникова.

– Хорошо, хорошо, – закивала Манана.

– Над головой у него светился нимб, – выдаласледующую порцию воспоминаний диетолог. – А главное… он знал про Дениса!Ладно, будь по-вашему, я столкнулась с аборигеном, у которого нет бритвы иденег на рубашку с брюками, перья к лопаткам он прикрепил ради смеха, где взяли как пристроил светящийся круг над головой – не знаю. Но почему он в курсемоих личных дел?

Я схватила Юру под столом за руку. Хороший вопрос: разумногоответа на него не найти.

– Алина, попытайся рассказать все спокойно, –попросил Леонид, – без эмоций, просто изложи факты.

– Давно пытаюсь это сделать, но вы мне не даете, –укорила всех диетолог. – Перебиваете.

– Ты встретила ангела. Что он сказал? – спросилВасилий Олегович.

Бортникова скрестила руки на груди.

– Сначала передал привет от Дениса, а затем протянулкоробку, вон ту, что стоит на столе, и заявил: «Денис мечтает о встрече сматерью, мальчик в раю, там обитают невинные души. Он каждый день молится за??аму, надеется, что его обращение к ГОСПОДУ поможет твоей душе попасть в садыбессмертия. Но, увы, ты слишком погрязла в грехах. Если хочешь переместиться современем к сыну, то посвяти свою дальнейшую жизнь праведным делам. Чтобызамолить тобой содеянное, понадобится не одно десятилетие, поэтому Денис решилтебе помочь. В этой укладке лежат дозы «омолодителя», съешь одну и обретешькрепкое здоровье на долгие годы. Денис не имеет права вмешиваться в земныедела, но он готов на все, чтобы мама, в конце концов, оказалась рядом. Я лишьпередаю тебе послание от сына. Для собственных нужд тебе хватит одной пилюли, ав коробке их много. Раздай остальные достойным людям, но помни: те, ктоупотребит лекарство, проживут на земле очень долго, а это не всегда во благо!»

Все уперлись взглядами в коробку.

– Это смахивает на бред, – высказался Юра.

Я тоже не удержалась от критического замечания:

– Нелогично выходит. Если мальчик мечтает увидеть мать,то почему он посылает ей средство для рекордного продления жизни? Откладываетсвидание?

Юра довольно сильно пнул меня под столом, я ойкнула, аМанана торжественно произнесла:

– У вечности свои законы, сто лет там секунда. Денисхочет, чтобы мать очутилась с ним в раю, Алине необходимо время для замаливаниягрехов, если она умрет до того, как очистит душу, то окажется в аду. Вот тогдаим никогда не встретиться.

Леонид взял со стола бокал вина, сделал большой глоток иподнял руку:

– Дайте слово ученому! Жара, стресс, испытанный Алинойпри сообщении про карантин, – все вместе дало эффект галлюцинации!

– Мама! Красивая коробочка, – заверещалаТина, – можно посмотреть? Дай!

– Если ангел – фантом, то откуда здесь этот железныйбокс? – спросил Никита Редька.

– Дай! Дай! Дай! – монотонно повторяла девушка,пытаясь дотянуться до середины стола.

Алина выпрямилась:

– Слушайте. Денис умирал долго. Я надеялась, что найдумощное средство, панацею и сын проживет еще пару лет, а за это время наукашагнет вперед, создаст волшебное лекарство.

– Бедняжка, – прошептала Манана, – как я тебяпонимаю.

– Довольно часто рассеянный склероз удается загнать встадию ремиссии, – всхлипнула Алина, – но наш случай оказался злым.Сначала у Дени упало зрение, начались проблемы с ногами, руками, потомпоявилась инвалидная коляска, и, в конце концов, мальчик слег окончательно.

– Ужасно! – прошептала Манана.

Алина округлила глаза:

– Что ты знаешь об ужасе? Да, у тебя не совсем нормальнаядочь, но Тина ходит, ест, смотрит телевизор, сама одевается. Ну, не получит онадиплом об окончании университета, и фиг с ним! У тебя не кошмар, а вариантнормы. Денис же лежал пластом, одни глаза двигались.

– Для такого больного смерть – избавление отмучений, – растерянно обронила Аня. – Простите, пожалуйста, этослучайно вырвалось.

– И никто из врачей не мог сказать, когда Денис меняпокинет, – звенящим голосом перебила ее диетолог. – Я потеряланадежду, осталась лишь безысходность, каждое утро я спрашивала себя: может, этослучится сегодня? Тридцать первого декабря я села к Дене на кровать и спросила:«Котенька, Дед Мороз принес тебе подарки, но, может, ты хочешь чего-тоособенного?»

Странно обращаться к полностью парализованному и душевноумершему человеку. Денис давно не общался со мной. Доктора утверждали: он неспособен оценивать действительность адекватно. Я все равно вела с Деней беседы,не надеясь на ответ. Мальчик обычно не реагировал. Но в тот день он вдругпосмотрел на меня так пронзительно остро, с мольбой. И я поняла егоневысказанное желание. Взяла морфий…

– Нет, – затрясла головой Манана, – нерассказывай! Не надо!

– Мама! Мама! Конфетки! Красивые! – нудила Тина,но присутствующие не обращали на нее ни малейшего внимания.

Василий Олегович схватился за грудь.

– Лина! Ты никогда не рассказывала о… о… о…

– О том, что убила Дениса? – с вызовом вскинулаголову диетолог.

– Мы друзья, – залепетала Катя. – Могли тебепомочь.