Наш маленький грязный секрет - Люся Лютикова

– Ничего, пусть поработает, – с завистливой злобойогрызнулась Нинель Митрофановна. – А то привык, понимаешь, жить какбуржуй. Денежки-то каждый месяц капают! Я слышала, что он за свою квартируполтыщи долларов берет. А налоги небось не платит! Нет, все-таки пора поставитьв известность налоговую инспекцию!

– Да какие полтыщи долларов! Окститесь,голубушка! – заспорила Ольга Сергеевна. – За такие халупы, как у нас,никто больше двухсот не даст. А у Петровича, сами знаете, какая ситуация: ужены инсульт, да еще дочь без мужа двоих сыновей поднимает. Вот и крутитсямужик как может, каждую копейку экономит.

Из дальнейшего разговора, постоянно грозящего перейти всклоку, я поняла, что Рустам не владелец квартиры, а только ее арендатор. А вотнеизвестный Петрович, приехавший сегодня, как раз и есть хозяин жилплощади.Рустам поселился здесь семь месяцев назад. Нинель Митрофановна даже точнопомнила, когда это произошло, – в тот день ей поставили новый зубнойпротез, который с непривычки немного резал. Как зовут молодого человека, никтоне знал: с соседями он не общался и вообще жил тихо и мирно. Правда, былзамечен в порочащих его связях – по крайней мере один раз из его квартиры вышладевушка характерного внешнего вида: в короткой оранжевой юбчонке, едваприкрывающей трусики, и лифе ядовито-зеленого цвета. Впрочем, сошлись во мнениистарушки, сейчас молодые так одеваются, что не поймешь, где проститутки, а гдепорядочные девушки.

Затем разговор почему-то опять перескочил на Петровича. Яузнала, что у него есть пес по имени Рауль, который, выходя гулять во двор,пугал кошку Нинель Митрофановны, отчего у бедного животного случались нервныеколики. Правда, Ольга Сергеевна высказала предположение, что причина коликзаключается не в Рауле, а в новом сухом корме для кошек, широкая рекламакоторого идет по телевизору. Рассуждения старушек о телевизионной рекламе я ужене стала слушать, поднялась со скамейки и вошла в подъезд.

Я позвонила в знакомую светло-серую дверь. Ее открыл мужчинав старых вытянутых трениках и майке далеко не первой свежести. Судя по внешнемувиду, Петрович если не миновал шестидесятилетие, то скоро уже долженпраздновать этот юбилей. В одной руке мужчина держал совок для мусора, в другой– веник.

– Вам кого?

– Я к вам насчет аренды квартиры. Меня прислала НинельМитрофановна, ваша соседка. – Я сообразила, что Петрович ни за какиековрижки не пойдет узнавать у вредной старушонки, правда ли это.

Мужчина несколько секунд что-то прикидывал в уме, а потомраспахнул дверь пошире:

– Проходите.

Я с опаской зашла в коридор. Хозяин уже успел навести здесьпорядок: вещи не валялись на полу, как в прошлый раз, шкаф и тумбочка былиплотно прикрыты. Я скосила глаза на кухонную дверь – остались ли там кровавыепятна? Вроде бы уже нет.

– Мне сказали, что предыдущий жилец умер в квартире. Акак это произошло?

– Сердечный приступ, – ответил Петрович,старательно избегая смотреть мне в глаза.

– Зачем же вы обманываете? – мягко упрекнула яПетровича. – Нинель Митрофановна сказала мне, что его убили. Вы знаете, ячеловек не суеверный, все равно не откажусь снимать квартиру, уж больноситуация у меня критическая. Живу в одной квартире со свекровью и тремя еекошками – представляете себе? Она, кстати, чем-то на Нинель Митрофановнусмахивает…

Сама я, конечно, ничего не имею против трех кошек. НоПетрович, как заядлый собачник, наверняка держит на них зуб. Да и на НинельМитрофановну тоже. Моя догадка оказалась верной: в ответ мужчинамногозначительно крякнул и кивнул: понимаю, мол, и сочувствую.

– Кстати, а вас как зовут? Мне сказали только отчество– Петрович.

– Да так меня и зовите, – улыбнулся мужчина.

– А я – Анжела, – на всякий случай соврала я икивнула на веник, который Петрович продолжал держать в руках: – Может быть, вампомочь?

– Да я уже почти все закончил. Вот только решил мусор сбалкона вымести. Не возражаете, если я продолжу? А вы пока можете к квартиреприсмотреться.

Мы прошли на балкон, где я примостилась на колченогуютабуретку. Подметал Петрович довольно неумело, зато энергично. Пыль так илетела в мою сторону.

– Вы знаете, честно говоря, это преступление менязаинтриговало, – закинула я удочку. – Ужас как любопытно, кто былэтот человек и за что его убили!

Петрович выпрямился и бросил на меня быстрый взгляд. Но он,очевидно, тоже был не прочь немного поболтать.

– Ну, я уже рассказал свои соображения, когда менявызвали к следователю на Петровку. Не знаю, правда, насколько они пригодились,я так понял, что у милиции уже была какая-то своя версия. В любом случаеизвестно мне немного, и все со слов самого жильца. За что купил, за то ипродаю.

Он замолк и принялся выгребать из угла комок грязи. Наконец,когда мое терпение уже было на пределе, Петрович продолжил:

– Когда он пришел по моему объявлению насчет квартиры,я сразу понял, что тут что-то не так. Странно как-то: такой приличный,обеспеченный мужчина – и польстился на мои хоромы. Мне показалось, что онвполне может позволить себе квартиру получше. И знаете, я не ошибся. Первымделом он попросил меня не привлекать к сделке риелторское агентство. Они ведьобязаны регистрировать данные всех, кто снимает квартиры. Он сказал, что хочетспрятаться от своих баб: жены, любовницы и еще одной женщины из Твери. Говорит,достали своим нытьем и скандалами. Каждая тянет одеяло на себя, требует полногоподчинения, а он с радостью вернул бы то время, когда ходил в холостяках. Вот ирешил съехать ото всех.

– Но как бы эти бабы узнали, где он живет? – Помоему мнению, историю жилец рассказал довольно неправдоподобную.

– Ну, во-первых, жена у него работает в Регистрационнойпалате, по знакомству можно поднять какой угодно документ в любом министерстве.А во-вторых, сегодня за взятку можно узнать все, что хочешь, хоть дату концасвета. А деньги у его баб наверняка водились.

– А вы паспорт-то его видели?

– Конечно, посмотрел. И фамилию с именем запомнил, ужбольно красиво звучит – Арнольд Борисович Краснянский. Постоянная прописка умужика была в Москве, все честь по чести.

Хм, интересно. У мошенника был паспорт на имя, которым онпредставлялся обманутым соискательницам. Неужели его на самом деле так звали?Или, что вероятней, он пользовался чужим паспортом?

– А где он был прописан?

– Ну, этого я уже не помню. Но сразу было видно –человек приличный. Заплатил за полгода вперед, даже не торговался. А может,чайку выпьем? – внезапно решил проявить гостеприимство хозяин.

Я непроизвольно дернулась, вспомнив о луже крови на кухне.

– Нет, давайте лучше здесь, на свежем воздухе, посидим.Кстати, а вам не страшно на полгода оставлять квартиру на незнакомого человека,да еще без договора об аренде? А вдруг это мошенник, перепишет вашу жилплощадьна себя, а?