Клуб избранных - Александр Овчаренко

– Мы пробовали отследить маршруты передвижения выпускников этой «Альпийской академии», но после пересечения польской границы они растворяются без следа: очень хорошая оперативная подготовка. Возможно наличие перевалочных баз на территории самой Польши. Одно могу сказать определённо: все движутся в сторону нашей западной границы. Вероятней всего, под видом добропорядочных граждан оседают на территории нашей бескрайней Родины.

– Павел Станиславович, а кто финансирует всю организацию? Это ведь очень дорогое удовольствие!

– Они сами себя финансируют. Для этого существует коммерческая служба, которая организует фирмы по всем направлениям коммерческой деятельности – начиная от торговли антиквариатом до участия в крупных исследовательских проектах. Кроме того, все материальные ценности и деньги, добытые агентурой в ходе оперативной деятельности, поступают в кассу службы материального обеспечения. Вся агентура работает или служит на российской территории, причём, как мы предполагаем, на хорошо оплачиваемых должностях. Человек с такой подготовкой просто не может прозябать, где-нибудь в ЖЭКе сантехником.

– Получается, что мы, государство, содержим весь оперативный состав ЗГС?

– К сожалению, не только оперативный, но и руководящий тоже.

– Какие цели преследует руководство ЗГС?

– Исходя из анализа информации, которую удаётся добыть, и направлениям их оперативной работы – защита государственных интересов и конституционного строя.

– Если не ошибаюсь, уважаемый Павел Станиславович эти функции возложены на вашу службу.

– Совершенно верно, господин Президент, но если Вы хотите узнать, почему они этим занимаются, ответить точно я не смогу. Лично я им свои полномочия не делегировал. Могу предположить, что костяк ЗГС составляют люди, для которых защита государства не работа, а смысл жизни. Они рискуют не за зарплату и не в угоду какому-либо политическому лидеру. Если хотите, они санитары нашего общества…

– Вы их защищаете? Может, Вы с ними и сотрудничаете? – перебил Ромодановского Президент.

– Нет, господин Президент. В тесном контакте мы не находимся, но иногда на сайт ФСБ приходят целые блоки закодированной очень ценной информации, которая является для нас хорошим подспорьем. Причём закодированы нашими кодами, а это значит, что…

– Это значит, что в вашей службе завёлся «крот»[35], и возможно, не один! – вновь перебил Президент. – Павел Станиславович, Вам не страшно? В стране свободно действует подпольная организация, состоящая из высококлассных специалистов, с огромным бюджетом, которая никому не подчиняется и которая контролирует все государственные структуры, включая ФСБ. И вы лично и вся ваша служба ничего не делаете для её нейтрализации.

– Так не было команды, господин Президент. Ваш предшественник относился к ЗГС лояльно.

– Тогда было другое время, уважаемый Павел Станиславович – обвал рынка, дефолт, разруха, обнищание народных масс, и как следствие, обострение криминальной обстановки и сепаратистских настроений. «Силовики» не справлялись, поэтому и перекладывали на сотрудников ЗГС часть своей работы. Сейчас с «партизанщиной» надо кончать: или ЗГС работает под государственным контролем, или… Вы меня поняли? У меня здесь не дурдом, и санитары мне не требуются. Для начала предложите им пойти на открытый контакт. В случае удачи проведите переговоры. Можете обещать, что весь командный состав останется на своих местах. Пока останется.… Потом проведём реорганизацию и легализуем их, создав новую спецслужбу, которая будет подчиняться непосредственно Президенту. Вернее, только Президенту.

– Я Вас понял, господин Президент. Разрешите действовать?

– Действуйте!

Ромодановский живо поднялся из-за стола. Было видно, что начать действовать он собирается немедленно.

– Павел Станиславович, куда Вы?… А на посошок?

Ромодановский взглянул на Президента и протрезвел: за стёклами модных очков плавали две колючие льдинки.