Лес повешенных лисиц - Арто Паасилинна

"Будет где Наске плескаться", – подумал майор, сам пораженный собственной щедростью.

По своей жене он знал, что женщинам для того, чтобы помыться, нужно во много раз больше воды, нежели мужчинам, и кроме того, вода должна быть теплой. Впредь Наске не придется подмываться из тазика. Вырабатываемого генератором электричества вполне хватило бы для нагрева бойлера, и в это же время можно было еще и смотреть телевизор и включать электроплиту. Майору стало совсем хорошо, когда он представил, как старуха саамка Наска Мошникофф будет дремать в горячей воде ванны, окутанная пеной.

Майор купил также дорогие рождественские подарки для Ойвы Юнтунена и Наски. Раз пошла такая пьянка, режь последний огурец!

К вечеру в хмельной голове майора возникла забытая мысль о Стиккане и веселых девицах из Стокгольма, о которых, несмотря на заказ, в Куопсуваре так ничего и не было слышно. Он справился об этом у руководства отеля, но его заверили, что описанные им женщины в Рованиеми не появлялись, по крайней мере до настоящего времени. Оставленные майором инструкции о том, как проехать, конечно же сохранились. Господину Ремесу нет причин сомневаться в готовности отеля "Похьянхови" оказать услугу.

Майор принялся названивать в Стокгольм. Дозвонившись до Стиккана, он стал кричать в трубку: "Черт побери, Стиккан, где эти бляди застряли?"

Стиккан заверил, что дело на мази. Нужно лишь немного подождать. Свободных девочек по вызову в это время года очень сложно найти, особенно учитывая высокие требования заказчика к качеству. Но уже в самом скором времени все будет в порядке.

Так что этот вопрос решен. Майор гулял на всю катушку. Раздвижные двери номера были окончательно выведены из строя. Шампанское рекой лилось в хрустальные сосуды. Майор пил за Родину, за мир, за Рождество и просто за все хорошее. Вырезка из оленины исчезала в голодных желудках, официанты сбивались с ног, подавая пломбир и клюквенное мороженое. Ремес праздновал, распоряжался и наслаждался.

Утром отяжелевшие полушария головного мозга никак не хотели вспоминать события предыдущего дня. Из магазина сантехники позвонили чудовищно рано и сообщили, что ванна и водопроводные причиндалы загружены в машину и что расписаться в их получении можно подойти в любое время. Это известие весьма удивило майора, ибо он не помнил, чтобы покупал водопроводные трубы и ванну. Все это, оказывается, было уже и оплачено.

Всю первую половину дня в номер майора то и дело несли всякую всячину. Одних только рождественских подарков было несколько охапок, и все в красочной упаковочной бумаге. Были елочные украшения, звезда на верхушку елки, свечи...

– Вот черт. Неужели я все это купил? –– спросил Ремес у рассыльного из супермаркета.

Завтрак майор заказал в номер. Не очень-то хотелось идти в город, так как могли еще что-нибудь принести. Майор хотел только, чтобы среди покупок не оказалось ничего совсем уж дикого.

Товарный поток не иссякал. Постельное белье, лыжные ботинки, ветровки, несколько пар лыж с лыжными палками, электробритва, какие-то диковинные ножницы со звуковым сигналом, электрическая зубная щетка...

В полдень в дверь постучал менеджер из магазина, торгующего техническим оборудованием.

– Ваши мотонарты во дворе. И стальные сани, как и договаривались.

Снегоход был загружен в прицеп, который стоял за полноприводным автовездеходом. Еще не оправившийся от похмелья майор приказал ехать в Оунасвару, где мотонарты и опробовали. Хорошо же они шли по снежной целине, что майор и отметил. Но и стоили они прилично, хотя это не имело никакого значения. Содержимого золотой бутылочки Юнтунена хватало и на то, и на это.

Обкатав покупку, майор предложил менеджеру пообедать, после чего поехали к складу магазина сантехники, где мотонарты и прицеп были погружены на платформу грузовика вместе с бойлером для горячей воды и прочим барахлом. Туда же загрузили и прихватили веревками рождественские подарки, лыжное снаряжение и все прочее, что накупил майор. Ремес приказал водителю грузовика ехать в Пулью, куда сам он прибудет на такси.

Счет за проживание в отеле "Похьянхови" был четырехзначный. Рука Ремеса чуть дрогнула, когда он его оплачивал. Отдельный кабинет, музицирование и всякие там ужины были вписаны в счет. Неудивительно, что Ремес даже не запомнил кошмарную цифру с нулями .

Затем последовала чертовски быстрая езда до Пулью. По пути такси обогнало грузовик из магазина водопроводного оборудования, на платформе которого качалась огромная пузатая ванна.

Таксист заметил:

– Есть ведь дураки. В наше время ванну покупать не стоит. Душ более экономичен.

– Ванна – признак уровня жизни, – буркнул майор. – Бедные под дождем моются. Как и лесные звери.

В Пулью Ремес прождал больше часа, прежде чем грузовик добрался туда. Вместе с водителем они выгрузили все и загрузили в сани мотонарты. Сверху привязали ванну.

– Что с такой штукой делать в тайге? –– поинтересовался водитель. Майор Ремес разговор поддерживать не стал, а сердито завел мотонарты. Вместе с тяжелым грузом он направился прямо к угрюмому распадку. Уже наступил вечер. Нужно было поторапливаться, чтобы засветло успеть в Куопсувару.

Мощные мотонарты с широкой гусеницей еле справлялись с внушительным грузом. Ванна предательски покачивалась сверху. В районе Исо Айхкисельки она упала: веревки ослабли. Послышался громкий гул, будто ударили в колокол в церкви Кемиярви, когда ванна стукнулась о крепкую сосну. Майор от души выругался.

Два раза он привязывал ванну на место, однако идиотская махина каждый раз опрокидывалась в снег, стоило лишь повысить скорость. Разозленный майор остановил мотонарты. Он раздумывал, нужно ли вообще эту дуру тащить в лес.

Может быть, закопать ее к лешему в Юха-Вайнан Ма и забыть, как страшный сон?

– И дернул же меня черт накупить всякого дерьма, – раскаивался Ремес.

Наконец майор догадался привязать со стороны крана веревку, другой конец которой он завязал узлом в задней части саней. Так ванна превратилась в своеобразную кережку. Майор положил туда рождественские подарки и продукты, и теперь ехать стало легче. Снегоход тащил сани, а за санями неслась эмалированная ванна.

– Голь на выдумки хитра, – ухмылялся довольный майор.

Ванна была более удобным и просторным прицепом, нежели используемая лапландцами кережка. Майор подумал, что на юге страны, когда ремонтируют ванные и меняют ванны на душ, могли бы заработать, если бы догадались продавать использованные ванны лапландцам вместо их кережек.

Навстречу лихо неслись другие мотонарты. Их яркая передняя фара заставила майора очнуться от ванных мечтаний. Прибывший оказался полицейским по имени Хурскайнен, который выслеживал тех, кто крадет оленей. Он был одет в теплый, специально для водителей мотонарт разработанный комбинезон и подбитый мехом шлем. Полицейская кокарда в виде меча придавала всему облику Хурскайнена сугубо официальный оттенок.