Фигура легкого эпатажа - Дарья Донцова

Когда достроился просторный дом, организовалиновоселье, собрали приятелей, и Анна, встав с бокалом в руке, громковозвестила:

— Давайте выпьем за Валерия Сергеевича. Еслибы не он, не иметь нам особняка.

— Очень умный человек был, — вздохнула однагостья, — правильно деньги вложил — в произведения искусства. Теперь ценакартин во много раз возросла!

Анна окинула взглядом стены гостиной и слегким раздражением произнесла:

— Да, верно. Папа обладал редкостным умениемотыскивать шедевры, причем такие, которые искусствоведы давно считалипогибшими. Вон над камином висит Айвазовский — Валерий Сергеевич обнаружилполотно у полубезумной бабки, которая использовала его в качестве крышки длябочки с капустой. Жаль только, что скоро нам с этим произведением придетсярасстаться.

— Почему, мама? — вдруг спросила Лана.

Анна глянула на дочь.

— Мебель нужна, дом полупустой. Увы, намприходится продавать раритеты.

Последнюю фразу хозяйка произнесла с такойгоречью, что Мара даже пожалела ее. Михаил Петрович, очевидно, хорошозарабатывает, но построить дом — это полдела, обжить новое здание оченьнепросто, особняк постоянно требует немалых вложений. Купили диван и поняли: нехватает кресел, повесили люстру — потребовались бра… Обидно, наверное, Аннеспускать нажитое отцом, неприятно ощущать себя неудачницей, вынужденнойразбазаривать коллекцию…

Кстати, тут уместно упомянуть об однойстранности: все художественные произведения в доме висели очень высоко, почтипод самым потолком. Для того чтобы созерцать пейзажи, портреты и натюрморты,приходилось задирать голову. Столь необычное размещение полотен хозяйкаобъясняла так:

— Еще не дай бог испортит кто бесценную вещь.Скажем, споткнется, станет падать, схватится за полотно и порвет.

Марина, естественно, переместить холсты непредлагала. Да и какое она имела право обсуждать с хозяйкой подобные вопросы?Но потом произошел случай, поразивший прислугу до остолбенения.

В один из дней августа того года, когда семьяперебралась в Подмосковье, Марина проснулась посередине ночи от тихих шажков вкоридоре…

Тут следует пояснить. Мара спит, словно кошка,прикрыв лишь один глаз, ее способно разбудить легкое дуновение ветерка. Чтобыполноценно отдохнуть, ей требуется абсолютная тишина. Но о своих особенностяхдомработница хозяйке, само собой разумеется, не рассказывала. Одним словом,Марина почти всегда не высыпалась: то ночью кто-нибудь пойдет в своей ванне втуалет, нажмет на слив, и вода с ревом потечет в трубу, то Михаилу Петровичувзбредет в голову позавтракать, не дожидаясь рассвета, и хозяин начнет греметьпосудой на кухне, то Лана невесть по какой причине бегает по комнате до шестиутра. Марина мучилась, засовывала голову под подушку, покупала беруши, но сон кней не возвращался. Оставалось лишь тупо лежать в постели, нельзя же выйти изспальни и начать делать замечания людям, которые платят тебе деньги. Поэтомучаще всего Мара чувствовала себя по утрам разбитой.

Но вот в августе Марина надеялась взять реванш.Михаил Петрович уехал в командировку, Лана и Костя укатили на море, домаосталась одна Анна, а она укладывалась в постель около полуночи и никогда невставала раньше десяти утра. По особняку хозяйка на заре не бегала, охоту нахолодильник после полуночи не открывала, туалетом пользовалась лишь днем,поэтому Мара предвкушала крепкий, долгий сон.

И тут новость! Что за шаги среди ночи? Ну скакой радости Анне взбрело шататься по особняку?

Пока раздосадованная Мара пыталась зарыться вподушку, шаги стали отчетливее, и к ним неожиданно прибавился легкий стук. Тутдомработнице стало не по себе. Марина живо соскочила с постели и на цыпочкахподкралась к двери. Анна никогда до сих пор не разгуливала ночью по дому,может, сейчас домработница слышит не шаги хозяйки? Вдруг, узнав, что в зданиинаходятся всего две слабые женщины, в особняк проник вор?

Не на шутку перепугавшись, Марина, словновышедшая на охоту кошка, абсолютно беззвучно выбралась в коридор и увидела светв гостиной.

Полная дурных предчувствий, она стала крастьсявперед, прикидывая в уме свои дальнейшие действия. Если сейчас окажется, что вздании орудует грабитель, Марина примет кое-какие меры. Самостоятельно ей свором не справиться, поэтому она ловко и тихо закроет тяжелую, дубовую дверьпарадной комнаты, запрет ее на замок и помчится звонить охране. Вор не сможетсломать створку, сделанную из цельного массива дерева, и через окно, забранноерешеткой, ему тоже не вырваться. Попадется, голубчик, как миленький. Посадятего в тюрьму!

Мара достигла дверного проема, глянула вогромную комнату и едва удержалась от удивленного возгласа. Спиной ко входу, навысокой лестнице стояла одетая в спортивный костюм Анна. Женщина с видимымтрудом снимала со стены натюрморт — большое полотно в дорогой, резной раме.Имелась еще одна странность: несмотря на душную августовскую жару, в комнатевесело горел камин.

Заинтригованная происходящим, Мара,притаившись за косяком, наблюдала за Анной. А та с трудом спустилась состремянки, держа картину в руках, и принялась совершать совсем уж безумныедействия. Для начала хозяйка взяла нож и вырезала холст.

Марина удивилась, но не слишком. Наверное, уАнтоновых напряженка с деньгами, и Анна надумала продать натюрморт. Пару днейтому назад, проводив всех домашних, она вздохнула и сказала домработнице:

— Давай обойдемся без излишеств. Мне никакихразносолов не надо, желудок побаливает, да и сэкономим немного.

К тому же Мара слышала, что многие собирателикартин любят сами подбирать к ним рамы. Наверное, сейчас хозяйка аккуратноупакует холст, а оказавшийся ненужным багет спрячет в кладовку…

Но Анна повела себя дико: приблизилась ккамину и швырнула в огонь деревянную раму с причудливой резьбой. Не успела Мараосознать случившееся, как в пламя полетело и полотно. Домработница чуть невыскочила из укрытия с воплем: «Вы с ума сошли!»

Слава богу, Мара сумела остановить свой порыви осталась стоять за косяком. А хозяйка подождала, пока дрова прогорят ипревратятся в угли, разбила головешки кочергой и открыла окно, проветриваякомнату.

Наутро Анна вела себя обычно, только пустойкрюк в стене свидетельствовал о том, что Марине не приснился дурной сон.

Промучившись до вечера, Мара все же решиласьзавести с Анной беседу на интересующую тему. Часов около восьми она вошла вгостиную и, постаравшись использовать все свои актерские способности,воскликнула:

— Ой, картина!

— Что стряслось? — мирно поинтересоваласьАнна, шевеля спицами.

— Пропала, — принялась тыкать пальцем в стенуМара.

— О чем ведешь речь? — равнодушно отозваласьАнтонова.