Незнакомка с тысячью лиц - Галина Владимировна Романова

– Потому что тот, кто хотел меня убить, не видел моего лица, – прошептал Егор, едва шевеля синими губами.

– В какой момент, когда он не видел вашего лица?

– В тот самый, когда я его видел.

– А когда вы его видели? Вы ведь имеете в виду убийцу, так?

– Так, – мотнул он головой, поражаясь, что она еще держится у него на плечах.

– Когда вы видели убийцу вашей девушки?

– Когда он убивал! – выпалил Егор с надрывом. – Я видел! Видел, когда он убивал!

– Опять двадцать пять! – шлепнул себя по бокам Воронин, раздражаясь все сильнее. – То он не сразу обнаружил труп своей девушки и своего друга. Теперь оказывается, он видел, как убийца их убивает! Парень, ты чего? Уж прости мне мою фамильярность, но ты малость того… переусердствовал в сочинительстве!

– Вы мне верите?! – Егор протянул руки к Макарову, присевшему перед ним на корточки. Тронул его за плечи: – Вы мне верите, Виталий Сергеевич?! Я видел… Я видел, как он их убил!

Макаров смотрел серьезно. И по его виду нельзя было заподозрить, что он тоже считает Егора сумасшедшим. Недопонимание читалось в его глазах, но не злость и не недоверие.

– Кто это был? – спросил Макаров.

– Я не знаю. Я не видел.

– Вот! Вот! А я о чем?! – радостно осклабился Воронин. И шлепнул Егора по плечу: – Собирай, парень, теплые вещи. В камере прохладно!

– Как он выглядел? – Макаров и не думал подниматься, продолжая смотреть Егору прямо в глаза.

– Было темно. Он был весь в черном. Черный костюм, черная маска, черная шапочка. – Егор зажмурился, прищемил ладони коленями. – Свет… Оба раза отключали свет. Академик был со свечой. И я увидел прядь рыжих волос и подумал тогда на девушку. Но… Потом подумал… Нет, она ниже. Много ниже Академика. А тот, кто пришел его убивать, был почти одного с ним роста. Почти…

– Что было потом, Егор?!

У Макарова свело ноги, но он не поднимался. Он понял сразу, как увидел изрезанные тела девушки и парня, что хозяин квартиры вряд ли причастен к убийству. На его одежде, которую притащили из мусорных контейнеров в мусорных пакетах, не было и пятнышка крови. Был жир, пережаренные кусочки муки, даже луковое колечко обнаружилось, но ни капельки крови. Посуда, одежда, пол – все оказалось чистым. Он что же, разделся догола, чтобы их убивать? Так убитый был сильнее, выше, крепче мускулатурой. Он бы запросто справился с соперником.

Нет, тут было что-то другое. Он все ходил и ходил по квартире кругами, пока Воронин пластал парня на все лады. А потом выглянул в кухонное окно, и его как ударило.

Вот же оно! Вот объяснение! Проклятый дом, в котором произошло двойное убийство, был как на ладони. Даже неосвещенные окна великолепно просматривались. А в освещенном окне семейства Зотовых, которые спешно паковали вещи, поскольку их завтра обещали переселить в более удобное место, было видно все, как на экране кинотеатра. Вот Коля разложил деньги на столе и, пересчитывая, теперь раскладывал их по стопочкам. Младший сын застыл рядом с открытым ртом. Старший помогает матери вязать узлы.

И если этот парень, на которого Воронин уже заранее повесил обвинение в двойном убийстве, любил посмотреть в окошко, то он мог многое видеть.

– Потом он несколько раз ударил его ножом, я закричал, – нехотя вспоминал Егор. – И перед тем, как Академик выронил свечу, я увидал рыжую прядь волос. И подумал на Рыжую, что жила на первом этаже.

– Почему не заявили, что видели?! – заорал Воронин.

– Так вы ее и так арестовали. Чего еще-то? – Егор равнодушно пожал плечами.

– Что потом, Егор? – Макаров поднялся, ноги уже кололо, подтянул поближе второй стул, сел, касаясь коленями коленей Егора. – Вы видели второе убийство?

Егор всхлипнул, зажмурился, отвернул лицо в сторону.

– Отвечай, тварь! – заорал Воронин, хватая парня за подбородок и разворачивая его лицо на Макарова. Он был зол, как никогда. Кажется, он опять поторопился с докладом. – Ну, слякоть!

– Видел, – кивнул Егор.

– Как это произошло?

– Женщина сильно закричала. Я проснулся от ее крика, встал, подошел к окну, а она… – Егор заплакал. – Она отбивалась. Она боролась и кричала. Кричала и боролась. А он прыгал вокруг нее с ножом. Это было… Это было ужасно!

– Почему же ты снова промолчал?! – взвизгнул Воронин.

И тут же подумал, что Рыжую придется завтра отпускать. А так жаль! Он ее еще ни разу не допросил по-человечески. Он даже звука ее голоса не слышал, а так хотелось! Эта белокожая девка его возбуждала.

– Потому что я боялся за свою жизнь, – прохныкал Егор. – Мне казалось в последние дни, что за мной кто-то следит.

«Следить мог как убийца, так и бывший друг, – тут же подумал Макаров. – Следил, чтобы выждать удобный момент и проведать подружку, нажарить ей мяса и…

Ерунда какая-то! Егор мог в любой момент вернуться. Не стал бы бывший друг, однажды предавший, являться в дом, жарить мясо, накрывать на стол, рассиживаться. Свидание было бы стремительным, наспех. Нет, тут что-то не то.

Надо будет как следует поговорить с сестрой погибшего. Может, она знала, зачем явился в дом своего бывшего друга погибший?»

– Ладно, Егор. Тебе придется проехать с нами, – подвел черту Макаров, поднимаясь и убирая стул на место. – В самом деле, оденься теплее.

– Но зачем? Почему?!

Он вскочил и суетливо заметался между Ворониным, довольным, что его хоть сейчас поддержали, и Макаровым, которому, если честно, парень был неприятен. Потом как-то разом сник, сходил в спальню, достал из шкафа самый толстый и теплый джемпер, зимнюю куртку, оделся и встал перед Макаровым с заведенными назад руками.

– Так? Я правильно сделал?

– Это лишнее. – Виталий снова подошел к окну гостиной, глянул на погрузившийся во тьму дом напротив. И вдруг вспомнил: – Скажите, Егор, а вы всех жильцов хорошо рассмотрели, когда наблюдали? Вы ведь наблюдали за ними, так? Я заметил табурет, перемещенный от барной стойки к подоконнику кухни.

– Да.

– Всех видели?

– Да.

– А того, кто живет рядом с Зотовыми? Его ведь никто не видел никогда. Шаги слышали, свет в окне видели, а самого человека – нет. А вы, Егор? Вы его видели?

– Всего раз. Он просто случайно попался, – вяло пожал плечами Егор, он так и держал руки сцепленными за спиной. – Отключали свет, а потом резко включили. А у него шторы незанавешенными оказались. Я его и увидел. Всего один раз.

– Как он выглядел?

– Обычно. Высокий, крепкого телосложения. Да-же накачанный, я бы сказал. И это… – Егор выудил из-за спины левую руку и обмахнул ладонью свою голову. – Он совершенно лысый. Может, бритый?

Вот и все. Круг замкнулся. Макаров удовлетворенно улыбнулся и с облегчением выдохнул. Завтра, уже завтра будет составлен фоторобот человека, на чьи следы он постоянно натыкается.