Незнакомка с тысячью лиц - Галина Владимировна Романова

– Нет, не прятались. – Егор посмотрел на него, как на дурачка. – Я просто не видел их. Просто не заходил в спальню. А когда зашел и увидел, то вызвал вас. Вернее, полицию.

И Егор с мольбой поглядел в сторону высокого и молчаливого следователя, не отходившего от окон.

Воронин поправку воспринял как личное оскорбление. Побелел, надулся, сразу начал сыпать угрозами:

– Ага! Со стола все убрал, посуду выбросил, костюм почти за штуку баксов в мусор, душ принял. А потом полицию вызвал. Ты кого тут ломаешь, урод?!

– Стас! – вдруг подал голос высокий с оружейной фамилией. – Подойди сюда.

Тот подошел к нему. Макаров заставил его посмотреть в окно и о чем-то долго с ним разговаривал вполголоса. Но, видимо, не убедил. Потому что гадкий толстый следователь продолжил над Егором измываться:

– Почему вы выбросили всю посуду, которая стояла на столе?

– Потому что там было мясо… жареное…

– А должно быть вареным, что ли?

– Нет, просто так жарил только Леня.

– Леня – это? – Толстые пальчики потыкали в сторону Егоровой спальни. – Наша жертва?

– Да, Леня – это наша жертва и мой бывший друг.

– Почему бывший?

Врать и изворачиваться смысла не было. Они все равно обо всем узнают от Лениной сестры, которой уже сообщили о гибели брата.

– Потому что какое-то время назад он сбежал с моей девушкой. Мы собирались пожениться, а они меня предали и сбежали.

Егор зажмурился от внезапной боли, прострелившей сердце. Господи, ребят-то больше нет! Их просто нет больше и никогда не будет! Леньки, с его беспечностью и веселостью, не будет больше никогда. Ленки – красивой, милой, немного бестолковой – тоже не будет.

– Так… А девушка – это, как я понял, тоже наша жертва? – И снова толстые пальцы указали на спальню, хотя ребят оттуда давно вынесли в черном пластике.

– Да, это Лена, моя бывшая девушка.

– А как она снова у вас оказалась, если она сбежала с вашим другом? – подал голос Макаров.

– Она вернулась несколько дней назад. Пару недель назад, – уточнил Егор. – Сказала, что с Леней она рассталась. Что любит только меня и…

Он замолчал, поймав на себе насмешливый взгляд Воронина и сочувствующий – Макарова.

– Что, все так плохо, да? – обратился он исключительно к Макарову.

Но отвечать снова взялся толстяк:

– А ты как думаешь, гражданин Муратов?! Твой друг и твоя девушка тебя предают, сбегают. Ты переболел. Переболел ведь, так?

– Да, я давно успокоился, – признался Егор.

– А тут она вдруг снова нарисовалась. Бросилась в ноги, попросила прощения, – начал фантазировать Воронин. – Ты ее простил, принял обратно в свои объятия и свою постель. Все у вас наладилось. Но в один прекрасный момент, вернувшись с работы, ты застаешь голубков снова вместе. Может, они и не в постели были. И не ты их одел, экспертиза покажет. Но!.. Но сам факт того, что твой бывший друг и прощенная тобой девушка снова вместе, пусть даже и обедают, а не занимаются сексом, способствовал тому, что ты сорвался с катушек! Что скажешь?

– Можете мне не «тыкать»?

Егор вдруг понял, что режет ему слух, и сморщился. Сначала это были щелчки фотокамер, потом визг застегиваемой молнии на черных пакетах, а теперь вот это отвратительное «тыканье». Так гадко! Какой-то толстый неряшливый следователь вдруг решил, что он с ним запанибрата. Почему? Только потому, что Егор не вовремя вернулся с работы?

– Могу и не «тыкать». – Толстые щеки Воронина вздулись и опали, как осаженное тесто. – Так что скажете, гражданин Муратов? Все так было? Вы застали за своим столом обедающих предателей. Они ели и пили из вашей посуды, за вашим столом и…

– И именно поэтому, поняв, кто и что делал, я и выбросил все. Несколько раз позвал ее по имени, она не отозвалась. Я понял, что они снова предали меня, сбежали, и начал все убирать. Потом отнес мусор на свалку. Вымылся. Пошел в спальню, а там… – Егор всхлипнул. – Я просто… Это сумасшествие какое-то! Я был уверен, что они снова подались в бега! Леня, он… он авантюрист был. Ему делом чести казалось не просто увести мою девушку, а увезти ее непременно куда-нибудь подальше, чтобы я не нашел и не стал устраивать с ней разборок. Хотя я и разборки – это несовместимо. Все, что я хотел в прошлый раз, – это поговорить. А он и этого меня лишил тогда. Они просто удрали, и все!

– И поэтому сегодня, поняв, что они снова вместе, вы решили отрезать им все пути к отступлению? – продолжил гнуть свою линию Воронин. – Вы просто решили не позволить им удрать и хладнокровно зарезали сначала свою девушку, а потом ее… вашего друга. Так?

– Нет, не так.

Егор сидел на стуле в центре собственной гостиной, которую обустраивал с удовольствием и любовью, но родные стены сейчас казались ему чужими и враждебными. Они тоже предавали его, потому что не могли свидетельствовать. Они не могли помочь ему, не могли, не могли, не могли… Никто не мог. Разве что только…

Он поднял полный мольбы и боли взгляд на Макарова:

– Помогите мне, пожалуйста! Я понимаю, что все выглядит ужасно, все против меня, но я не виноват! Я не убивал их! Может, экспертиза докажет, что они умерли днем, а? Может, можно что-то сделать, а?! Может…

Неожиданная мысль поразила его настолько, что он замер с открытым ртом, продолжая таращиться на Макарова.

– Может, что? – тот тронул Егора за плечо.

– Может, Леньку перепутали со мной, а? Может, хотели убить меня, а?! Господи! – Егор прижал обе ладони ко рту, пытаясь подавить крик, рвущийся наружу.

– Почему вас хотели убить? У вас были враги? Кто мог желать вам смерти?

– Тот… – Его начало трясти так сильно, что слова еле проползали сквозь судорожно сжимавшееся горло. – Тот, кто их убил, шел убивать меня! Он просто перепутал, потому что он не знал меня в лицо. Он…

– Так! Стоп! – Воронин замахал крест-накрест пухлыми руками. – Хватит тут огород городить! Кто ваш враг?! Зачем он шел вас убивать?! Уж простите, позволю себе грубость в ваш адрес… Кому вы нужны-то, чтобы вас убивать?!

Воронин злился. Он ведь уже успел доложить полковнику, что дело банальное. Убийца схвачен. Дает показания. И тут начинается! Макаров этот еще нарисовался! Сидел бы в отпуске и сидел. Нет же! Как узнал, что двойное убийство по соседству с Проклятым домом, так сразу прискакал. А какая тут может быть связь?! Какая?! Что орудие убийства нож? И что?

– Так кому вы нужны, чтобы вас убивать? – повторил Воронин, стараясь нависать над Муратовым, хотя его подбородок оказался чуть выше плеча сидящего на стуле Егора.

– Егор!

Подошел Макаров, присел перед парнем на корточки, глянул проникновенно. Тоже еще психолог!

– Егор, постарайтесь вспомнить. Или… может, вы в самом деле кого-то подозреваете? С чего вы решили, что вашего друга убили вместо вас?