У жены под кроватью - Людмила Милевская

Шеф цыкнул:

— Сгинь отсюда, Вован, не пугай девушку. Видишь, она и безтебя еле живая стоит. Ты не бойся, дивчина, — уже ласково обратился он кЛипочке. — Это с виду мои пацаны чистые бандюганы, а на самом деле народ всекультурный.

Он строго посмотрел на “перебинтованного”, на головореза,дежурившего у входа и заверил:

— Приставать к тебе, дивчина, не будут. Лично за этимпрослежу. Как тебя зовут?

— Ада! — без запинки выпалила Липочка, в общем-то не солгав.Ведь Олимпиада — это и Липа и Ада.

Шеф просиял:

— Ада. Значит Аделаида.

Разубеждать его Липочка не стала, лишь молча кивнула.

— А я Сан Саныч, — представился шеф. — Начальник в этойконторе. За каждую уборку отдельно и хорошо заплачу, но чтобы здесь чисто было.Очень я, Ада, люблю чистоту. Так что, по рукам?

Липочка растерялась.

— Не знаю, — пролепетала она. — У меня нет трудовой книжки.Точнее есть, но на другой работе она. И убирать я могу только днем. Вечерамидежурю.

Сан Саныч отнесся с пониманием.

— Мужа нет? — спросил он.

Липочка отрицательно потрясла головой:

— Нет.

— И на руках ребенок…

— Да, — согласилась Липочка. — Он сейчас в деревне живет убабушки.

— И на двух работах горбатишься.

Она обреченно кивнула.

— Ясно, — с грустью констатировал Сан Саныч. — Совсем каккогда-то моя маманя. Нагоревалась, бедная, пока меня вырастила. Короче так,Ада, обещаю: не будет у тебя проблем. Убирай, когда тебе удобно. Это мне всеравно, лишь бы в офисе чисто было. И трудовая мне твоя ни к чему. У меня тутвсе запросто, без бюрократии: ты мне услугу, я тебе оплату. Приступай!

— Как? Сейчас? — удивилась Липочка.

— Конечно, — усмехнулся Сан Саныч. — Слышь, Леха, —обратился он к головорезу, — открой девушке кабинеты да инвентарь выдай. Чтотам есть у тебя?

— Все есть, — доложил Леха. — И швабры, и совки, и веники.Даже лопаты.

— Лопаты ей ни к чему, а остальное давай, — скомандовал шефи вернулся в свой кабинет, на этот раз плотно прикрыв дверь за собою.

Таким образом, Липочка и опомнится не успела, как оказаласьв рабочем халате со шваброй в руках.

“Вот помою тут все, почищу, — строила она планы,добросовестно отдирая слои грязи от стен, — и поминай как звали. И ногой сюдане ступлю. Слишком опасно. А с Ваней знаю как поступить. Сама не стану емуничего рассказывать, просто на пейджер сообщение пришлю, мол замышляют противтебя нехорошее. И “доброжелатель” подпишусь. Или что-нибудь в этом роде.Короче, посоветуюсь с Романом как сочинить получше. А в эту фирму больше ни ногой,слишком опасно. И пускай не обижается Роман,” — окончательно решила Липочка.

Решить-то она решила, да вышло все по-другому. Когда двакабинета были уже вычищены и усталая Липочка выбралась в холл, к ней обратилсяСан Саныч.

— Молодец, Ада, хорошо работаешь, — похвалил он и спросил: —Притомилась думаю?

— Немножко, — кивнула Липочка.

— Еще бы, — усмехнулся он. — Мои орлы месяца два над этимпомещением старались, а ты хочешь за один день авгиевы конюшни вычистить.Сворачивайся, дивчина, хватит на сегодня. Остальное завтра докуешь. Слышь,Леха, — крикнул он головорезу, — с девушкой по-доброму расплатись да с поклономее проводи. Посторонних здесь быть не должно: клиент к нам едет.

И Сан Саныч скрылся в своем кабинете. Подошел Леха, сунулкупюру Липочке в кулачок и буркнул:

— Собирайся по-быстрому.

Липочка медлить не стала, именно так и собралась:по-быстрому. Хотела улепетнуть по-английски, не прощаясь, да не удалось,окликнул бог знает откуда взявшийся шеф.

— Ада, завтра приходи в это же самое время, — приказал он.

— Хорошо, приду, — пискнула Липочка и подумала: “Как же,держи карман шире. Дура я, что ли, так рисковать”.

Домой она возвращалась по всем правилам конспирации: долгопетляла по городу, запутывая следы — береженого бог бережет. На душе тяжкимгрузом лежала тревога за Ваню: в какую беду он попал?

И еще занимал Липочку другой вопрос: можно ли доверитьсяРоману? Он хоть и не совсем чужой, но все же человек незнакомый.