Небо в рублях - Дарья Донцова

– Экая ерунда! – воскликнула Ми. – Сейчас позвоню, к обедуприедут и вставят новое стекло.

– Вы не заболели? – спросила домработница.

– Нет. А почему ты спрашиваешь? – удивилась хозяйка.

– Синий халат надели, а ведь сколько раз повторяли, чтожаркий он очень, – пояснила Раиса. – Вот я и решила, знобит вас.

На лице Ми мелькнула некая растерянность.

– Да? Я такое говорила?

– Угу, – кивнула Рая. – Только позавчера сказали, что он зряместо в ванной занимает, не носите его, а деть никуда нельзя, потому что этотхалат Настя на Новый год подарила.

Милада кашлянула, потом шмыгнула носом.

– Да, правда, мне слегка неможется. Наверное, продуло.

– И бледная вы, – не успокаивалась Раиса.

– Не выспалась.

– Чего так?

– Дождь сильный шел, меня разбудил.

– Вы бы сейчас лучше розовый пеньюар надели, – продолжалазаботливые речи Рая.

– Мне и в этом хорошо.

– Нет, вся потная стоите, только хуже заболеете.

– Нормально.

– Давайте розовый принесу, переоденетесь, синий в ваннойповешу.

– Спасибо, нет необходимости.

– Мне не трудно наверх сгонять, – не унималась Рая.

– Успокойся.

– В розовом вам лучше станет. Я сейчас, секунду… – метнуласьк лестнице Рая.

– Погоди! – крикнула хозяйка, останавливая ее. – Я выбросиладругой халат.

– Розовый?

– Да.

– Когда?

– Только что.

– Почему? Он же новый.

Милада стала кашлять.

– Чуня его испортила, – наконец произнесла она. – Понос унее случился, кто-то сладкого печенья, наверное, дал. Измазала пеньюар, я егона пол у кровати бросила. Поеду в город, куплю новый, а ты пакет не раскрывай,запах пойдет.

Рая не усмотрела в ситуации ничего удивительного. Ми всегдарасшвыривает шмотки, а у Чуни случаются неполадки с желудком. Так вот почемуйоркшириха громко лаяла ночью, стоя у выхода на террасу, – просилась погулять.А домработница не поняла собачку, не пустила ту во двор и усугубила положение,угостив буянку сладким.

День пошел своим чередом, ближе к обеду Рая понесла мусор вотведенное для помойки место. Там она открыла мешок и вытащила пакет с грязнымхалатом. Ей захотелось посмотреть на пеньюар, может, его отстирать получится.Раиса не жадная, а просто экономная. Зачем выбрасывать хорошую вещь, этаксовсем без средств остаться можно, подумала домработница. Тем более что вслучившемся виновата она сама – сначала не поняла Чуню, а затем набила ей животлакомством.

Задержав дыхание, Раиса вынула халат и увидела, что тот весьизмят и покрыт темно-коричневыми пятнами. В пакете еще обнаружились и домашниетапочки в таком же ужасном состоянии. Поняв, что беде не помочь, Рая запихнулаиспорченные вещи назад в пакет и швырнула его в мусор…

– Ну и что? – удивленно спросила я, выслушав домработницу.

– Я только сейчас сообразила, не воняло из пакета. И потом,уж очень много грязи было, весь халат уделан. И тапки. Ну, не ходила же Миладапо дерьму? В общем, знаешь, что это было?

Я помотала головой.

– Глина, – пояснила Рая. – Теперь, когда Тетю Мотю нашли,все понятно: Ми ночью, под дождем, зарыла куклу, вот почему халат измазался, ашлепки в ничто превратились. Открыла дверь на террасу и поволокла куклу. Чуня кхозяйке рвалась, поэтому и орала. И окно в бане Ми разбила.

– Зачем?

– Так я же на террасу выглядывала, а потом дверь закрыла, –напомнила Раиса. – Как ей было снова в дом попасть?

– Право, странно, – пробормотала я. – С какой статиСмоляковой Тетю Мотю хоронить? Идиотская затея.

Рая одернула форменную одежду.

– Ты давно у людей служишь?

– Нет, впервые нанялась.

– Понятно. Значит, слушай меня внимательно, – велела Раиса.– Что, по какой причине, с кем, как долго хозяева делают, тебя не волнует. Нелезь в барские дела! Отчего Тетю Мотю Милада зарыла? Захотела. Не желаетхозяйка огласки? Наше дело молчать, рот захлопнуть и сидеть тихо. Говорливых далюбопытных не любят. Тебе деньги нужны?

– Да.

– Во! И мне. А количество рублей напрямую зависит отпреданности. Конечно, есть дурочки, которые у хозяйки в шкафу пороются, а потомв «Желтуху» бегут. Сдерут один раз сумму и чего? Место-то потеряли. А сейчасзнаешь какая конкуренция? Коли попала на хорошее место, служи верой и правдой,обязательно оценят и отблагодарят, уж поверь. Поэтому забудь про Тетю Мотю,держи рот на замке, если, конечно, опять на улице оказаться не хочешь. Усекла?

Я кивнула и спросила:

– А где Милада? Чего-то ее не видно.

Рая, не моргнув глазом, ответила:

– В командировку укатила. Еще насмотришься, наубираешься заней.

– Смолякова такая неаккуратная?

– Просто у нее времени мало, – встала на защиту хозяйкидомработница, – вот и разбрасывает шмотки.

– Но сейчас в комнате порядок.

– Милада перед отъездом прибралась.

– Понятно.

– Что тебе может быть понятно? – неожиданно обозлиласьРаиса. – Чего лентяйничаешь? Много еще мыть?

– Нет, только холл.

– Вот и ступай туда. Дотрешь – и уезжай, нечего тут подногами болтаться.

Я покорно схватилась за тряпку. Швабра елозила по плитке,руки машинально выполняли работу, но в голове бились мысли. По словам Насти,жизнь в их доме текла в последнее время, перед исчезновением Милады, какобычно, ничего особенного не происходило. Но мне удалось выяснить интереснуюдеталь: Смолякова по непонятной причине ночью, под проливным дождем похоронилав укромном уголке сада Тетю Мотю, а потом, желая сохранить тайну, выбросилаиспачканный халат и тапочки. Через неделю после этой, достаточно страннойцеремонии Ми исчезла. Как связаны два этих момента? Или никакой связи нет?

– Др-р-р, – понеслось над ухом.