Как трудно быть красивой - Марина Серова

Ждать заказа пришлось недолго: комплексные обеды готовили заранее, чтобы клиенты, заглянувшие в ресторан в обеденный перерыв, не теряли драгоценное время. Когда на столе появились салаты, я принялась неспешно есть, обдумывая первую фразу, с которой начну разговор с Кравцовым. Мой клиент тоже никуда не спешил, поэтому у меня было время на раздумья. Наконец я поняла, что дальше молчать нельзя.

— Алексей Викторович, у меня к вам есть один вопрос.

— Какой? — улыбнулся Кравцов.

Я выдержала эффектную паузу, потом сказала:

— Вчера я ездила по объявлению о наборе в шоу «Виктория» и познакомилась с Игорем Анатольевичем по кличке Лимон. Очень колоритная личность.

В это время принесли первое, и я приняла у официанта тарелку с рассольником.

— Да? — неопределенно ответил Алексей.

Вероятно, он по-прежнему не очень хорошо представлял себе, что именно рассказала мне Кристина, и тем более не знал, как я отношусь ко всей этой истории. Нужно наконец четко обозначить свою позицию, чтобы можно было говорить более откровенно и рассчитывать на его доверие.

— Кристина говорила, что знакома с этим Лимоном. Она рассказала мне о своих злоключениях с самого начала. И я очень ей сочувствую и готова помогать вам во всем.

— Это радует, — сдержанно ответил Алексей, размешивая сметану в тарелке.

Я выдержала еще одну паузу и продолжала:

— Кристина не говорила, кто ей сообщил, что вы в больнице?

— Она сказала, что уже слышала этот голос.

Наконец-то я нашла, за что зацепиться!

— Алексей Викторович, а вам не приходило в голову, что когда бандиты поймут, что до Кристины им не добраться, они займутся вами?

Я попыталась посмотреть Кравцову в глаза, но он отвернулся к официанту, принимая из его рук второе.

— Я так не думаю, — наконец сказал он. — За жену я заплатил, этих денег должно хватить, чтобы они оставили ее в покое.

— Но они не оставляют.

Это был факт, с которым Кравцов не мог поспорить.

— Может, вы дали денег не тому человеку?

Алексей задумался. Он молча доел рассольник и отодвинул грязную тарелку, которую тотчас забрал официант.

— Кристине звонил человек, которого она не знает, — продолжала я. — Может, прежний сутенер отошел от дел? И если вы дали денег ему, он вполне мог их оставить себе, а «хозяин» так ничего и не получил…

Услышав слово «сутенер», Алексей вздрогнул и вскинул голову, словно от удара. Его глаза впились мне в лицо, а губы болезненно сжались.

— Я все отдам, чтобы вырвать Кристину из этой грязи! Она моя жена, мой единственный родной и близкий человек, и я не позволю каким-то лимонам… — Он не договорил и полез в карман за пачкой сигарет. — Я пойду покурю.

Он встал из-за стола, ища в кармане зажигалку.

— Я с вами, — предупредила я.

Мы вышли на улицу и спрятались в ближайшей подворотне. Алексей дал мне прикурить, и мы некоторое время молча пускали дым. Потом Кравцов сказал мне доверительным тоном:

— Если честно, я сам думал о том, что могут предпринять эти деятели.

— И что надумали?

— Ничего не надумал, — неожиданно резко ответил Алексей. — Может, у тебя есть какие-то соображения? Ты ведь опытный телохранитель, лучший в Тарасове! Подскажи бедному крестьянину, что великие люди делают в таких ситуациях?

Он яростно смял сигарету, пытаясь затушить ее о цементированную стену грязной подворотни, и исподлобья глянул в мою сторону. Я бросила окурок на асфальт и раздавила его ногой.

— Великие люди нанимают телохранителей, — внушительно ответила я.

Алексей помолчал немного, опустив голову, и уже своим обычным тоном предложил:

— Пошли доедать обед.

И мы вернулись за столик, куда официант уже поставил полагающийся нам компот. Выглядел этот компот очень аппетитно: в моем стакане плавали кусочек персика, долька мандарина и две виноградины. Я не удержалась и отхлебнула напиток, даже не присев за стол.

— Мой телохранитель всегда со мной, — прищурился Алексей. — Ты ведь намереваешься охранять меня, пока твой Андрей охраняет Кристину. Кстати, не могу понять, зачем он нужен в Волжских Далях? Бандиты не знают, куда увезли мою жену, и она может спать спокойно, пока я не разрулю все вопросы.

— Боюсь, что присутствие Андрея необходимо, — сказала я, принимаясь за второе. — Если эти деятели пронюхают, где Кристина, они могут ее просто украсть.

— Как это украсть?! — возмутился Алексей. — У нас что, Средние века? Это же противозаконно!

Последние слова он произнес так громко, что другие посетители стали на нас оборачиваться.

— Тише! — попросила я, показывая глазами на молодых людей за соседним столиком, которые раскрыли рты от изумления. — Вы полагаете, они не в курсе, что вообще занимаются противозаконной деятельностью? Проституцию у нас никто пока не легализовал. Их это как-то заботит? По-моему, нисколько. Значит, прикрытие у них хорошее, раз они так спокойно живут и продолжают заниматься своими грязными делами. И если они захотят похитить Кристину или напасть на вас — не думаю, что страх перед законом их остановит. Именно поэтому я считаю своей обязанностью охранять одновременно и ее, и вас.

— Меня-то зачем? Я сам со всем справлюсь.

— Вы очень самонадеянны, — заметила я и замолчала, доедая второе.

Алексей тоже молча занялся едой и до конца обеда не проронил больше ни слова. Лишь после того как официант принес счет, он решительно сказал:

— Ладно. Давай будем охранять и меня. Только с одним условием: ты будешь присутствовать только там, где я тебе скажу, и делать только то, что я сочту нужным.

Кравцов даже в этом проявил свой независимый характер. А чего было ждать от человека, который женился на ночной бабочке, наплевав на мнение окружающих?

Безусловно, его поступок заслуживает уважения. К тому же, говорят, из бывших проституток получаются самые лучшие жены. А Кристина еще и красавица. Так что им друг с другом невероятно повезло!

* * *

После того как Алексей дал свое согласие на то, чтобы я охраняла его самого, мне предстояло наведаться в городской отдел полиции к капитану Бодрову. Кто как не начальник отдела по борьбе с организованной преступностью мог дать мне дельный совет, если речь шла о противостоянии преступной группировке?

Городской отдел полиции находился довольно далеко от центра Тарасова, и такое расположение населению в целом нравилось. Не все тарасовцы вели себя как образцовые законопослушные граждане. К примеру, молодежь, особенно та, что приезжала учиться в местных вузах из деревенской глубинки, не отличалась пуританскими нравами. Молодые люди выпивали, приставали к девушкам, затевали потасовки, которые нередко заканчивались легкими телесными повреждениями, как обычно пишут в полицейских протоколах. А поскольку вся эта молодежь гуляла обычно по проспекту или в центральном городском саду Липки, едва ли ей было бы приятно ощущать на себе неусыпный надзор блюстителей порядка.