Как трудно быть красивой - Марина Серова

— Ловко, — съязвил рекламщик. — А что это были за таблетки?

— Ты что, тоже собрался кого-то отравить? — с иронией спросила я. — Уж не меня ли, чтобы я не отнимала у тебя лишний кусок вкусной еды?

— Что ты, Женя, — испугался Стас, — тебя никогда. Но есть люди…

Он не договорил и погрозил пальцем кому-то невидимому.

— Ты смотри, а то загремишь под фанфары, — заметила тетушка.

Продолжение разговора в том же ключе показалось Стасу рискованным, и он решил сменить тему.

— А что стало с этой девочкой? — поинтересовался он.

— С Валерией? — улыбнулась я, вспоминая карамельно-золотистую красавицу. — О, с Валерией все в порядке! После того как арестовали Лимона, все индивидуалки разбежались кто куда, в том числе и Валерия. Она скопила немного денег и смогла поехать в Москву на прослушивание. Там ее углядел один довольно известный молодой продюсер, и сейчас Валерия участвует в очень дорогом проекте. Кстати, она мне прислала запись своей песни и поздравление с наступающими праздниками. Хочешь посмотреть?

— Спрашиваешь!

— Тогда пошли, — сказала я, вылезая из-за стола.

— Женя, ты не доела пирог, — спохватилась тетя Мила.

— Потом доем. А ты хочешь послушать?

— Конечно, послушаю. Вот только уберу со стола. — Тетя Мила быстро собрала тарелки и составила их в мойку. — Идите, я сейчас подойду!

Она включила воду, а мы со Стасом отправились ко мне в комнату.

— Ты сделала перестановку, — заметил рекламщик.

— Небольшую. Я переставила компьютер от окна. Там, в уголке, намного уютнее, и из форточки не дует.

Я включила настольную лампу и компьютер. Пока он загружался, мы с Климовым обсуждали достоинства перестановки, и он таки не удержался от едкого замечания:

— А еще здесь, вдали от окна, тебя не достанет пуля снайпера с соседней крыши.

Я посмотрела на рекламщика с язвительной улыбкой, но не сочла нужным отвечать.

— У вас уже все готово или еще нет?

Тетя Мила вошла, вытирая руки кухонным полотенцем, которое свисало у нее с плеча.

— Сейчас. Система уже загрузилась, сейчас я выйду в Интернет.

Я села за компьютер и кликнула сначала на одну, а потом на другую ссылку. Наконец открылось письмо с нужными файлами, и я запустила их. Первым был файл с песней. Золотая девочка в окружении танцовщиц пела про Новый год, про новые встречи, новых друзей и новую жизнь. Пела самозабвенно, потому что это касалось именно ее. Это у нее теперь новая, радостная жизнь, новые друзья, которые не подведут, новая любимая и такая желанная работа и, конечно же, новая любовь. При этой мысли у меня на глаза навернулись слезы.

Бедный Андрей! Я никогда не прощу себе, что сама отправила тебя на смерть! Если бы тогда у нас был выбор!

— Ты плачешь?

Стас вынул из кармана носовой платок и подал его мне. Я машинально взяла его и промокнула глаза. Песня закончилась. Я снова была здесь и сейчас, и нужно было развлекать гостя, а не хлюпать носом в его платок. Я открыла второй файл. На экране монитора появился текст, обрамленный еловыми ветками с шариками:

«Дорогая Женя!

Спасибо тебе за все, что ты сделала для меня и для нас всех. Поздравляю тебя с наступающим Новым годом! Пусть этот год будет для тебя самым счастливым, самым радостным и самым запоминающимся. Я хочу пожелать тебе успехов в твоей нелегкой, но такой нужной всем работе! Счастья тебе и радости, мира и покоя! С наступающим Новым годом тебя и всех твоих друзей.

Вечно благодарная Леда, в прошлом Валерия».

— Так Леда — это она?! — изумился Стас. — О ней пишут, что она самая перспективная молодая певица нашей эстрады! Это она работала у Лимона?! Как мог этот гад… Да его всю жизнь нужно держать под замком! Как жаль, что у нас отменили смертную казнь! Да я бы его…

— Уймись! — Я слегка повысила голос.

— Я что-то не так сказал?! — крикнул Стас с вызовом.

— Ты все правильно сказал. Но это уже в прошлом. Леда-Валерия на своем месте. А ты — на своем. И не нужно брать на себя миссию освободителя общества от подонков. Этим уже занимаются соответствующие органы. А ты занимайся рекламой. У тебя это здорово получается.

— Правда? — улыбнулся повеселевший Стас.

Как все творческие люди, он любил комплименты. Жаль, что ему их редко говорили.

— Правда! — совершенно чистосердечно ответила я. — Ты самый лучший из всех рекламщиков, которых я знаю. — И, подумав, добавила: — И самый лучший друг.