Как трудно быть красивой - Марина Серова

— Женя, вставай! — Тетя Мила потрясла меня за плечо и попыталась сдернуть одеяло.

Я сопротивлялась до последнего, но в конце концов ей это удалось. Я нехотя встала с кровати и посмотрела на будильник — стрелки показывали без десяти девять. Нормально, я успеваю везде. Кроме тренировки, конечно. Будем считать, что сегодня у меня выходной. В конце концов, многие мои знакомые не утруждают себя ежедневными пробежками и выглядят не менее презентабельно. Хотя где-то в глубине души я чувствовала, что виновата. Нет, клиент здесь ни при чем — я виновата перед собой, перед своим телом, которое вследствие моей лени может потерять форму.

Я рывком встала с кровати и отправилась в ванную. Через десять минут, облаченная в мохнатый халат, я уже сидела на кухне и пила крепчайший бразильский кофе. Тетя Мила жарила мне творожники.

— Тебе с медом или со сметаной? — поинтересовалась она, накладывая горячие творожники мне на тарелку.

— Со сметаной, — сказала я, немного подумав.

Мед с утра лучше не есть: он хорош на ночь, с чаем, после него лучше спится. А дневная сонливость, путь даже легкая, мне ни к чему.

— Где ты бродила почти до утра? — словно между прочим поинтересовалась тетушка.

Я решила отмолчаться, но это оказалось не так-то просто.

— Когда ты приведешь его в дом? Я хочу с ним как следует познакомиться. — Тетя Мила успевала переворачивать на сковороде очередную порцию творожников и одновременно донимать меня неудобными вопросами.

— Скоро, — односложно ответила я.

— Я хочу знать, с кем ты встречаешься, — продолжала тетушка. — И не только знать его в лицо, но и быть уверенной в том, что он подходит тебе в качестве мужа.

Это просто какой-то кошмар! Да я сама пока сомневаюсь, подходит ли он мне в качестве спутника жизни. А что, если его мелкие хулиганские выходки вроде букетов с клумбы или эти милые шуточки скоро мне наскучат?

— Я еще не решила, хочу ли за него замуж, — ответила я, посмотрев тете Миле прямо в лицо.

Моя милая родственница по опыту знала, что означает такой взгляд, но упрямо не хотела переводить разговор в другое русло.

— Тебя смущает, что он некрасивый? — предположила она.

— Нормальный парень, — с вызовом ответила я.

— Он не наркоман? Не алкоголик? — встревожилась тетушка.

Я возмущенно бросила вилку и уставилась на нее. Неужели тетя Мила до сих пор считает меня маленькой глупой девочкой?

— Хорошо, больше не буду задавать тебе такие вопросы. Я просто хочу знать: он порядочный человек?

— Вполне.

— Тогда я спрошу тебя вот о чем. — Тетя Мила немного помолчала, видимо, собираясь с мыслями. — Ты сколько с ним встречаешься?

Она сняла со сковороды еще одну порцию творожников и выложила их себе на тарелку. Потом поставила кушанье на стол, а сама присела напротив меня и приготовилась слушать мои ответы.

— Вторую неделю, — ответила я, отправляя в рот последний кусок творожника.

— Может быть, все-таки нам пора с ним познакомиться? — с надеждой спросила тетя Мила.

Похоже, туманными отговорками я больше не отделаюсь.

— Познакомлю, только не сейчас.

— А когда?

— Когда закончу эту работу, — ответила я, подумав, допила кофе и поднялась с табуретки, чтобы идти к себе.

— Не забудь, — предупредила тетушка, — ты обещала.

— Хорошо, — бросила я через плечо и пошла собираться на работу.

Спустя четверть часа я уже ехала к Кравцовым, злясь на утренние пробки, возникающие в самых неожиданных местах. Вот и теперь я снова плелась в самом хвосте длиннющей змеи из разномастных машин, которые осторожно объезжали место аварии на улице Чапаева. Как жалко, что по Вольской только одностороннее движение, и не в ту сторону, в которую мне нужно! Наконец мы доползли до поворота, и я свернула за угол, чтобы быстро добраться до Горького, а потом по Рабочему переулку к «Тещиной роще».

Подъехав к дому, в котором жили Кравцовы, я припарковалась у них под окнами и, обойдя дом с фасада, вошла в подъезд вслед за курьером. Он попросил кого-то из жильцов открыть ему железную дверь, чтобы разбросать в почтовые ящики рекламную продукцию. Не обращая внимания на меня, молодой человек вынул пачку листовок и направился к ящикам, а я подошла к лифту.

Дверь в квартиру мне открыл Алексей. Он в это время как раз собирался уходить, поэтому поздоровался со мной довольно сухо. Я не стала обращать внимание на его настроение и прошла в большую комнату, которую супруги иногда называли гостиной. Вообще-то в усеченной до минимума квартире в «Березке» даже самую просторную комнату трудно было назвать полноценной гостиной. Нужно как-нибудь спросить у Кристины, почему они живут в скромной квартире, имея в собственности роскошный магазин шуб в самом центре города.