Над пропастью не ржи! - Татьяна Луганцева

– Так вы с ним все никак не настроитесь на общую волну? – спросил у Фроси Вацлав, располагаясь рядом. И скомандовал молодому парнишке-водителю: – В социальный приют у реки.

– Понял, шеф, – кивнул тот.

– Извини, свое жилье предложить не могу, – продолжил разговор с пассажиркой помощник комиссара. – Некуда особо, да и жена не пустит.

– Если я у Светлова в хоромах не осталась, у вас уж точно не стала бы жить, – фыркнула Фрося, у которой до сих пор стучало сердце от прощального взгляда Влада.

– Условия-то в приюте не очень, – покачал головой Вацлав.

– Мне все равно! Я домой хочу!

– Постараемся помочь. – Бельских закурил, приоткрыв окно.

На минуту Фрося залюбовалась вечерним Краковом.

– Только мне вещи кое-какие купили, и опять я без всего… – грустно вздохнула девушка. – Покупки у Влада остались.

– Думаю, тебе их передадут. Вряд ли Владиславу нужны женские шмотки, – хмыкнул Вацлав.

– Подарит своей подружке, – отвернулась она к темному окну, в котором отразился овал ее уставшего лица.

Именно в этот момент Вацлав допил остатки коньяка из своей портативной фляжки.

– Да что же вы такое делаете?! – не сдержалась девушка, увидев в стекле и его отражение.

– А что? Дело к ночи, я уже не на работе.

– Вас послушать, а еще лучше увидеть, так можно подумать, что вы все время не на работе, – фыркнула Фрося.

– У меня свободный график, – уклончиво ответил полицейский.

– Это же государственная служба! – не поверила Кактусова.

Вацлав наклонился к ее уху и тихо прошептал:

– Ну, хорошо, твоя взяла. Мой шеф знает о моей болезни, то есть слабости… Он дал мне отпуск, выходные, отгулы, как угодно назови. Меня не хотят увольнять окончательно, потому что я – ценный кадр. Мне дают шанс.

– Но отгулы когда-нибудь закончатся, да и шанс не всегда могут предоставить, – серьезно сказала Фрося.

– Я знаю. Но пока моя пагубная привычка побеждает меня.

– Да уж. Мы вас оставили в совершенно отключенном состоянии в парке.

– Пришлось включиться. Потому что позвонил шеф и сообщил об этом зверском двойном убийстве. Из ряда вон выходящий случай для нашего спокойного города.

– Понятно… А все же странно, что те люди, которых следовало заподозрить первыми, вам не пришли в голову.

– Ты про себя с Владом? Мне это действительно даже в страшном сне в голову бы не пришло.

– Нет, я вовсе не о нас с Владом! – воскликнула Ефросинья.

– Тише, не кричи, не привлекай внимания посторонних, – помощник комиссара улыбнулся водителю.

– Мне надоело, что меня подозревают в том, чего я не делала!

– Это были всего лишь слова, я же шутил. Кстати, подозрения могут быть у каждого.

– Так вот, если бы вы спросили каждого, то еще и меня тоже. А я бы подозревала Василия!

– Да кто он такой? – не понял Вацлав. – Ты помешалась, что ли, на каком-то Василии?

Ефросинье пришлось рассказать полицейскому грустную историю о двух супружеских парах акробатах, исполнявших смертельно опасные трюки без страховки ради заработка, и о том, что одна молодая женщина действительно погибла.

– Теперь вы понимаете, почему Вася вполне мог бы оказаться убийцей?

– В данном случае совершенно ясно – действовал профессионал.

– Или заказчиком, – не сдавалась Фрося. – Мало того, что мои попутчики-«молодожены» втянули Василия и его жену Анжелу в опасное и незаконное предприятие, так еще и получается, Игорь фактически убил партнершу. Можно думать, что Вася смирился, но ведь можно и предположить, что он затаил обиду, злость и решил отомстить Игорю с Таней.