Багдадская встреча - Агата Кристи

Виктория хотела заснуть, отложив все заботы на завтра, но,так как она уже выспалась после обеда, из этого намерения ничего не вышло. Онадолго лежала и безнадежно таращилась в темноту. Потом все-таки зажгла лампу,дочитала журнал, начатый еще в самолете; встала, заштопала старые чулки;примерила новые; набросала несколько разных объявлений о том, что ищет работу(завтра надо будет узнать, куда тут с этим обращаться); написала на пробуразные варианты письма миссис Гамильтон Клиппс, в каждом живописуя – однофантастичнее другого – непредвиденные обстоятельства, из-за которых она«застряла без гроша» в Багдаде; и даже попыталась составить телеграмму спросьбой о помощи, адресованную единственному здравствующему родственнику –малоприятному прижимистому старику, который проживал на севере Англии и сродуникому не помогал за всю свою долгую жизнь; примерила новую прическу и наконец,сладко зевнув, поняла, что, слава богу, умаялась и можно снова ложиться.

Именно в эту минуту дверь ее номера безо всякого предупрежденияприоткрылась, в щель проскользнул какой-то мужчина, повернул за собой ключ взамке и возбужденно попросил:

– Спрячьте меня куда-нибудь, ради бога, – скорее…

Виктория всегда отличалась быстротой реакции. Онамоментально приметила, что он трудно дышит, и говорит слабеющим голосом, исудорожно прижимает к груди скомканный красный вязаный шарф. И душа еенемедленно откликнулась на зов приключения.

В комнате и прятаться-то было особенно негде. Имелся шкаф, икомод, и стол посредине, и модный туалетный столик в углу. И еще имеласьширокая, почти двуспальная кровать. Воспоминания о детских играх в пряткипомогло Виктории сразу же сделать выбор.

– Быстро, – распорядилась она. Отбросила подушки, отвернулакрай одеяла. Гость лег поперек в головах кровати, Виктория накрыла его одеялом,взбила сверху подушки и сама уселась с краю.

Почти тотчас же раздался тихий, настойчивый стук в дверь.Виктория слабым, встревоженным голосом спросила:

– Кто там?

– Будьте добры, откройте, пожалуйста, – ответил из-за дверимужской бас. – Полиция.

Виктория протопала через комнату, на ходу запахивая халатик.В последнюю минуту она заметила на полу оброненный старый красный шарф,подобрала и сунула в ящик комода, а затем отперла дверь и выглянула в коридор ссамым испуганным видом.

За порогом стоял молодой брюнет в лиловом полосатом костюме,из-за его плеча выглядывал полицейский в форме.

– В чем дело? – осведомилась Виктория, и голос ее натуральнодрогнул.

Брюнет любезно улыбнулся и на вполне сносном английскомответил:

– Крайне сожалею, мисс, что тревожу вас в такое время. Носбежал преступник. Люди видели, как он вошел в эту гостиницу. Мы вынужденыосмотреть каждую комнату. Он очень опасен.

– Боже мой! – испуганно произнесла Виктория и отступила,широко раскрыв дверь. – Входите, пожалуйста, и поищите получше. Какой ужас! Вванной, в ванной посмотрите. Да, и в шкафу. И потом… вас не затруднит заглянутьпод кровать? Вдруг он прячется там с вечера?

Осмотр был произведен в кратчайший срок.

– Нет, здесь его нет.

– Вы уверены, что он не прячется под кроватью? Впрочем,какая я глупая. Неоткуда ему здесь взяться, ведь я заперла дверь, когдаложилась.

– Благодарю вас, мисс, спокойной ночи.

Молодой брюнет поклонился и вышел вместе со своим напарникомв полицейской форме.

Виктория, провожая его до самой двери, пролепетала:

– Мне лучше снова запереться на всякий случай, правда же?

– Да, мисс, так, разумеется, будет лучше всего. Благодарювас.

Она заперла за ними дверь и несколько минут еще постояла,прислушиваясь. Было слышно, как они постучали в дверь на другой сторонекоридора, им открыли, последовал обмен теми же репликами, раздался возмущенныйсиплый голос миссис Кардью Тренч, и дверь захлопнулась. А немного погодя, когдашаги полицейских отдалились, отворилась опять. Стучали уже в конце коридора.

Виктория подошла к кровати. Ей только теперь стало понятно,как глупо она себя вела. Поддалась своим романтическим склонностям, как толькоуслышала родную английскую речь, бросилась сдуру помогать опасному преступнику.Эта манера всегда становиться на сторону гонимого чревата самыми неприятнымипоследствиями. «Ну, да чего уж, – подумала Виктория, – теперь надорасхлебывать».

Стоя над кроватью, она строго произнесла:

– Вылезайте.

Ни малейшего движения. Виктория повторила, не повышаяголоса, но очень решительно:

– Они ушли. Можете вставать.

Но чуть всхолмленное изголовье постели оставалось недвижным.Виктория возмущенно отбросила подушки и одеяло.

Гость ее лежал все в том же положении. Только цвет лица унего стал какой-то странно-сероватый, и глаза закрыты.

Затем Виктория заметила, к своему ужасу, и еще кое-что: наодеяло просочилось ярко-красное пятно.

– Нет-нет, – умоляюще проговорила она. – Нет! Ради бога!

Как будто услышав мольбу, раненый поднял веки и посмотрел наВикторию. Он всматривался с усилием, словно очень издалека, словно плохоразличая то, что у него перед глазами. Губы его разлепились – но голоспрозвучал слабо-слабо, почти неслышно.