Фанера Милосская - Дарья Донцова

Стриптизерша оказалась хорошей слушательницей.Она не перебивала меня, а когда я добралась до конца истории, решила бытьоткровенной…

Все началось с того, что у Беатрисы заболелзуб и она отправилась к стоматологу поставить пломбу. Дантист выполнил своюработу быстро, безболезненно и взял недорого. Очень довольная Беата забыла онеприятности, но через день челюсть снова заломило, и пришлось девушке бежать вполиклинику. На сей раз врач возился дольше, правда, Беатка вновь не испыталанеприятных ощущений. Однако через сутки у девушки поднялась температура. Никашля, ни насморка, ни каких-либо других признаков обычной простуды у нее ненаблюдалось, и Кристина сказала подруге:

– Наверное, косорукий идиот занесинфекцию. Иди к нему и требуй бесплатного лечения. Если он откажет, пригрозижалобой в департамент здравоохранения.

– Неохота ругаться, – прошепталанеконфликтная Мальчик. – Лучше пойду к другому специалисту, раз этот напортачил.

– Ну уж нет! – возмутиласьКристя. – Он должен отработать гонорар! Денежки получил? Теперь пустьстарается!

Чтобы мягкотелая Беатриса не сдалась, Кристинапошла вместе с ней.

Клиника показалась Рыбниковой вполнеприличной, небольшой, но уютной, кругом чистота, медперсонал вежливый, удобнаяприемная. Беатка ушла в кабинет, а подруга развалилась на диване. Не успела онавзять в руки журнал, как появилась служащая и принесла чай, печенье, конфеты.Злость на стоматолога испарилась. В конце концов, даже у самого опытного врачабывают неудачи. Рыбникова начала читать статью и вдруг поняла: что-тослучилось. Беатка не выходила, зато стоматолог то и дело выскакивал в коридор,бегал туда-сюда. Кристя испугалась, схватила его за халат и спросила:

– С Беаткой беда?

– Вы кто? – нервно поинтересовалсямедик.

– Подруга, – ответилаКристина, – близкая, мы вместе работаем.

– А где ее родственники?

– Она сирота, – пролепеталаРыбникова, – у нее никого нет. Да что происходит?

– Посидите спокойно, – велел враг иунесся.

Через час медсестра вывела Беатку. Тавыглядела ужасно: бледная до синевы, глаза огромные, губы будто стерлись.

Кристина кинулась к подружке.

– Тебе плохо?

– Хуже некуда! – зарыдалаБеатриса. – Мне осталось жить меньше года!

– С ума сошла? – Кристя вытаращилаглаза. – Не пори ерунду!

Но тут подруга стала заваливаться на бок,медсестра подхватила Беатрису и буквально понесла по коридору. Кристя осталасьстоять, разинув рот.

Дверь кабинета, откуда вышла Мальчик,приоткрылась, выглянул дантист в безукоризненно свежем халате.

– Это вы сопровождали Мальчик? –спросил он.

Кристина кивнула.

– Необходимо связаться с ее родителями,дайте мне их телефон, – мягко попросил врач.

– Отца Беата не знает, а мама ее умерладва года назад, – ответила Кристя, – я же вам уже объясняла: Беатрисасирота.

– Муж?

– Нету.

– Братья, сестры, тетки? Хоть кто-нибудьиз родни имеется?

– Никого, – тихо пояснилаКристина, – только я, лучшая подруга, мы с детства вместе.

– Пойдемте, пожалуйста, – велелдоктор. – Меня зовут Сергей Леонидович.

Кристина на подгибающихся ногах вползла вуютный кабинет, доктор сел за стол и предложил:

– Чай, кофе?

– Лучше сразу скажите, чтослучилось, – испуганно попросила Кристя.

– Не скрою, – озабоченно сказалСергей Леонидович, – ситуация очень серьезная. Вы имеете хоть какое-нибудьотношение к медицине?

– Не-а, – затряслась Рыбникова.

– А кем работаете?

– Стриптиз танцую, – посленебольшого колебания ответила девушка. – А Беатка поет в том же клубе.

– Понятно, – кивнул врач, –тяжелая работа.

Кристя исподлобья посмотрела на эскулапа, нона лице Сергея Леонидовича не было ни выражения брезгливости, ни масленойулыбки. Он просто спокойно констатировал факт: девушке, раздевающейся ночью ушеста, деньги достаются нелегко.

– Беатриса в карточке указала, что онапродавщица, – продолжал доктор. – Это правда?

– Нет, – замотала головойКристя. – Я уже говорила, она со мной работает, только не танцует, а поет.Наверное, просто постеснялась признаться. Кое-кто нас за шлюх считает.