Его ночная гостья - Марина Серова

Я не слышала ни воя милицейских сирен, ни топота тяжелых кирзовых ботинок по лестнице, в коридоре просто хлопнула входная дверь и в квартиру ввалились менты. Бежать и прятаться было некуда, да я и не собиралась. Люди в камуфляже оттеснили меня к стене, кто-то обыскал карманы плаща, вытряс все содержимое сумки на стол, поворошил документы.

– Я только что зашла в комнату и обнаружила его, – пыталась я прояснить ситуацию.

– Следствие разберется – только что или не только что, – меланхолично ответил тот из ментов, что обыскивал меня.

– Я звонила ему час назад и говорила, что приеду, – без умолку болтала я. – Старик всегда открывал дверь, не глядя в глазок, скорее всего, и в этот раз он сделал так же. Думал, что это иду я, открыл… – я почувствовала на себе чей-то тяжелый взгляд, осеклась, обернулась – в дверях стоял мой знакомый майор Носов и откровенно меня разглядывал.

– Пробей оружие по базе данных, – пробасил один из следаков, суетившихся около трупа.

Я машинально обернулась на голос и почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног. Двумя пальцами мент небрежно придерживал мой пистолет Макарова.

– Не может быть! – сорвалось у меня с языка.

– В чем дело, Евгения Максимовна? – тут же обернулся ко мне Носов. – Узнаете?

Я натолкнулась на его жесткий, недобрый взгляд. «Я пропала…» – как-то сразу поняла я, отвернулась к окну и надолго замолчала. Я не проронила ни единого слова даже тогда, когда на меня надели наручники и под конвоем повели из квартиры. Без единого слова и пререкания я села в зарешеченный полицейский «уазик».

Двери за мной захлопнулись, щелкнул замок. Один из ментов запрыгнул в салон. «Поехали!» – дал он команду. Старенькая машинка стартанула, подпрыгнула на кочке и понеслась вперед. Мимо замелькали неприглядные старенькие домишки. В их грязных окнах тускло отражались первые лучи осеннего солнца. Впервые за долгое время с утра не моросил дождь, только по тротуарам стелился туман. Его разгоняли ногами спешившие на службу прохожие. Начинался будничный рабочий день. Я прижалась лбом к холодному стеклу и устало закрыла глаза, мне до этого не было уже никакого дела.

* * *

Я не помню, где и когда у меня забрали все документы, напрочь стерлось из памяти и то, как я оставила где-то свой плащ. Более или менее я начала соображать, только когда оказалась в неприглядной комнате с одним-единственным столом посередине. Охранник, сопровождавший меня все это время по казематам местного РОВД, указал мне на стул, а сам вышел из комнаты, с лязгом закрыв за собой металлическую дверь. Я осталась одна молча сидеть, сложив на коленях скованные руки и глядя точно перед собой.

Я думала, что меня забудут здесь на полдня, но не прошло и десяти минут, как дверь снова распахнулась. На пороге стоял Станислав Носов – в мятых брюках, несвежей рубашке и с какими-то папками в руках.

– Евгения Максимовна, я занят расследованием убийства Дмитрия Седова. Хотел бы задать вам пару вопросов.

Я молча смотрела на майора.

Какие могут быть вопросы? Мое оружие у них есть, отпечатков пальцев в квартире Седова тоже более чем достаточно! Что им еще нужно? Чистосердечное признание? Так не получат! Я никого не убивала!

– Я хочу видеть Петра Красильникова, – глядя мимо Стаса, произнесла я.

Майор отрывисто хохотнул, прошел в комнату, опустился на стул напротив меня.

– О вашем неформальном общении с Петром Николаевичем я уже в курсе, – продолжая открыто ухмыляться, произнес он. – Но, к вашему несчастью, сегодня в пять утра полковник Красильников уехал в срочную командировку.

Я заскрипела зубами, но от нецензурщины удержалась – хватит с меня обвинений в убийстве, оскорбление должностного лица при исполнении служебных обязанностей только усугубит мою и без того плачевную ситуацию.

– К несчастью, Евгения Максимовна, ситуация складывается не в вашу пользу, – продолжал Носов. Ухмылка исчезла с его лица, но в глазах продолжали плясать недобрые чертики. Этот мент давно точил на меня зуб. Еще тогда – после взрыва возле студии – он с недоверием косился в мою сторону, задавал всякие ненужные вопросы и вот наконец-то загнал в угол! Теперь мне не отвертеться, явно был уверен он. Понимала это и я…

– Может, хотите в чем-то признаться? – спросил Носов.

– Нет, – покачала я головой.

– Что ж… – вздохнул он, – Ладно. Тогда, госпожа Охотникова, как вы объясните свое нахождение в квартире Седова?

– Я приехала, чтобы поговорить с ним.

– О чем? – Майор смотрел на меня в упор, мне некуда было деться от его пристального взгляда.

– Я работала когда-то на Дмитрия Валерьевича.

– Напомните, Евгения Максимовна, кем вы работаете?