Ангел на метле - Дарья Донцова

– Иван Павлович Подушкин. Извините, очевидно,произошла ошибка, сообщение адресовано не вам. Наверное, я неправильно набралцифры.

– А кому посылали? – не успокаивалсянахал.

– Своей знакомой.

– Как ее зовут? Имя, фамилия, отчество, годрождения, место прописки?

Я вздрогнул:

– Яков Михайлович, вы сотрудник милиции?Что-то случилось с Наташей?

– Кем вам приходится женщина, которой выотправили SMS?

– Коллегой по работе.

– Можете назвать телефон ее родственников?Матери, мужа…

Мне стало совсем не по себе.

– Боюсь, что… ну… супруг Натальи инвалид, онне способен ходить! Скажите, пожалуйста, в чем дело?

– Можете приехать в больницу?

– Да, куда?

– Институт Склифосовского, – холодносообщил Яков Михайлович.

Я положил телефон в карман и замер врастерянности. Пойти и сообщить Вене, что с Натой, вероятнее всего, случилосьнесчастье? Но мне ничего не известно, а волновать парализованного человека безнужды не следует. Вполне вероятно, что Наташа просто упала, сломала ногу исейчас спит, одурманенная наркозом. Лучше съезжу в клинику, узнаю подробности ипотом введу Веню в курс дела. Но можно ли оставить его одного на ночь?

Стараясь скрыть волнение, я вернулся в комнатуи неестественно весело произнес:

– Уже поздно, наверное, я утомил вас.

– Вовсе нет, – возразил Веня, – но,думаю, вам пора отдыхать. Спасибо за интересную беседу. Приходите почаще.

– Не премину воспользоваться вашимприглашением, – закивал я.

– У вас есть е-мейл? Помните номер айсикью?Давайте обменяемся электронными координатами, – предложил Веня.

– Увы, я абсолютно технически безграмотен,пользуюсь компьютером с огромным трудом, – признался я.

– В наш век это непростительное упущение!Хотите, научу?

– Можно попытаться, хотя я безнадежно туп!

– Ничего-ничего, я и не таким науку в головувкладывал, – засмеялся Веня. – Жду вас с нетерпением. Раз уж вы не владах с компьютером, воспользуйтесь обычным телефоном, звоните мне передприездом. Меня часто боли мучают, тогда я принимаю таблетку, засыпаю оченькрепко, если не отвечу на звонок, значит, я в отключке.

– Наташи до сих пор нет, вы не боитесьоставаться один? – спросил я.

Веня поманил меня пальцем.

– Смотрите.

Я уставился на экран ноутбука, инвалид ловконапечатал фразу: «Нюся, зайдите», потом ткнул пальцем в клавишу. Черезмгновение в его спальне материализовалась дама.

– Звали, Венечка?

– Извините, я хотел продемонстрировать Ваненашу с вами связь, – радостно потер руки компьютерщик. – Ну, теперьваша душа спокойна?

– Абсолютно, – кивнул я и вышел вместе сНюсей в прихожую.

Дама открыла дверь.

– Вы живете рядом, – догадался я.

– В соседней однушке, – пояснилаНюся, – я всегда держу ноутбук включенным, и Вене легко меня позвать. Емуне по душе, когда сиделка постоянно перед глазами маячит. А еще он частопринимает обезболивающее лекарство, тогда почти под наркозом находится. Можетцелый день проспать. Сообщает мне: «Ушел в астрал», и я не захожу в егоквартиру до нового письма. Спокойной ночи!

– Доброго сна, – отозвался я и пошел кмашине.

Может, воспользоваться любезным предложениемВени и попытаться освоить азы компьютерной грамоты? А то как-то неудобноощущать себя дикарем, даже такая пожилая женщина, как Нюся, умело пользуется плодамитехнического прогресса.

– Значит, вы ее коллега, – снедоверием в голосе осведомился Яков Михайлович, в упор разглядываяменя, – ничего больше?

– Да, – резко ответил я, – что сНаташей?

– Умерла, – спокойно сообщил Никоненко.

– Как! – ахнул я.

Милиционер воспринял мой возглас как вопрос иуточнил:

– Во время операции.

– Еще вчера Ната была совершенноздорова, – прошептал я.

– Наверное, – пожал плечамиНиконенко, – пока на нее машина не наехала. Травмы, несовместимые сжизнью, черепно-мозговая и перелом позвоночника. Я бы на месте врачей ипытаться не стал, но ее все же положили на стол. Да вы сядьте, может, вам датьнашатырь?

Я плюхнулся на жесткую банкетку.

– Боже! Катастрофа!

– Нет, она перебегала дорогу в неположенномместе, где нет перехода.

– Где? – неизвестно зачем спросил я.

– На Власьевской, – пояснил ЯковМихайлович. – Тело нашли на проезжей части, без документов.

– Сумка, скорей всего, осталась вавтомобиле. – Я пытался прийти в себя. – У Наташи есть машина.

– При пострадавшей не было ключей, значит,машины нет!

– Может, они отлетели в сторону? –предположил я. – Или упали в водосток?

– Чего сейчас гадать, сообщите данныеженщины, – приказал мент.

– Капустина Наталья, – бормотнул я.

– Год рождения?

– Не знаю.

– Отчество?

– Не в курсе. Вроде Витальевна или Валерьевна,нет, Викторовна! Абсолютно точно! Викторовна!

– Домашний адрес, телефон, как зовутродственников?

Я заколебался.

– Муж Веня, но он тяжело болен. Лучшесвязаться с женщиной по имени Нюся, она его сиделка, живет в соседней квартире.

– Разберемся, – деловито ответилНиконенко. – Можете опознать погибшую?

Я вздрогнул:

– Это необходимо?

– Да.

И что мне оставалось делать?

– Пойдемте, – мрачно согласился я.

Когда санитар приподнял край простыни, ясовершенно не по-мужски зажмурился, потом, набравшись храбрости, открыл глаза ивскрикнул:

– А где ее волосы?

– Так сбрили, – зевнул санитар, –черепно-мозговая, операцию делали. Вы на лицо гляньте, она?

– Вроде да, – прошептал я, – хотя…не знаю… сама на себя не похожа… такая гримаса… Ната красивая девушка… а тут…