Прекрасная дикарка - Анна Ольховская

– Что?!

– Фу ты, мамсик, ты не так поняла! Папа, наверное, спал, там же ночь сейчас, но это ничего, зато все снова увидели ту черную плесень, которая окружает папу. Они никогда раньше не встречали ничего подобного, а я встречала. Там, во Франции… – Радостное возбуждение постепенно исчезло, лицо дочери осунулось и стало сосредоточенным. – И я показала нашим, что может вырасти из такой плесени. И что она может дотянуться по проложенной нами дороге сюда. Они не хотят этого, поэтому отпускают нас всех.

– В смысле – всех? И Петера, что ли?

– Насчет Петера я не знаю, все – это все мы, вместе с Ежиком. Потому что вначале они хотели оставить Ежика здесь как гарантию нашего возвращения…

– Но это невозможно! Я никогда не оставила бы его одного!

– Я так им и объяснила. И они в конце концов согласились отпустить нас насовсем. К тому же мы будем учиться поддерживать связь даже на таком расстоянии. Я – со своей стороны, они – отсюда. Думаю, так будет проще. Что касается Петера – надеюсь, наши отпустят и его, помощь мужчины нам не помешает.

Они-то отпустили, вот только Петер отказался. Вернее, сказал, что проводит нас до ближайшего города, поможет с документами и вернется. Потому что его место здесь, потому что там его никто не ждет, родных у него нет, работы – тоже, и вообще – кто будет лечить людей, если уедет единственный доктор? Лучше бы ему разрешили периодически выбираться за лекарствами и прочими необходимыми вещами. Например, бензиновым электрогенератором.

Индиго, и это было видно, очень обрадовались решению Огненного бога и мгновенно разрешили делать вылазки в цивилизованный мир. И первой вылазкой должна была стать доставка нас до ближайшего города.

Где Петер, как уже упоминалось, собирался достать для нас с детьми паспорта.

Это для меня самым главным казалось выбраться из амазонской резервации, а там – кривая вывезет! Подобное…гм, разгильдяйство педантичная немецкая душа понять и принять не могла.

Оставалось решить одну ма-а-аленькую проблемку – где взять деньги на дорогу и на те же документы, которые никто не будет делать бесплатно.

Что такое деньги, из всех индиго знала только Лхара. И она же, услышав наш с Петером разговор, на следующий день принесла небольшой металлический ящичек:

– Вот, это Михар нашел на месте одного из разрушенных домов. Он мне подарил, чтобы я была самая красивая, но у многих девушек при виде этого вокруг головы появляется черный цвет, они плохо думают обо мне. И я не стала это носить.

Она открыла крышку, и я невольно ахнула. Черный цвет появляется! Да в цивилизованном мире многие дамы захлебнулись бы черным цветом при виде такой роскоши!

Я не знаю, кто собирал это и зачем, но в скромной металлической коробочке, похожей на бювар для хранения шприцев, переливались всеми цветами радуги бриллиантовые украшения. Колье, серьги, диадема, кольца.

– Ого! – присвистнул Петер, заглянув в коробку. – Да тут на личный самолет до Москвы хватит!

– Тут в первую очередь на лекарства хватит, – улыбнулась я. – И еще много на что.

– Но как же вы?

– Слушай, на документы и билеты до Москвы хватит одной из этих побрякушек, разве нет? А лекарства ты на что покупать собирался?

– Вообще-то ты права, – почесал затылок Петер. – Лхара, ты умница! Почему ты раньше это не показывала?

– А зачем? – пожала плечами девушка. – Что бы вы с этим делали? Носили?

Логично.

И вот теперь я собираю вещи и в сто двадцать девятый раз задаю один и тот же вопрос. И Петер терпеливо отвечает, что уверен.

Он вернется сюда, потому что здесь он нужен. Здесь его дом.