Под каблуком у синего ботинка - Маргарита Южина

Клавдия уже сделала новую укладку, привела в порядок ногти, а настроение не улучшалось. Акакий еще не возвращался с задания, и рассказать о сегодняшнем посещении Белкиной ей было решительно некому. Она, правда, уже подробно доложила все рыбам, но эти твари только удивленно таращили на нее бусинки глаз и никакого совета давать не собирались. Кстати, кот Тимка тоже подслушивал, но успокаивать хозяйку даже не помышлял. Он страстно любил Акакия и подлизываться к Клавдии в его отсутствие считал ниже своего кошачьего достоинства. А Клавдию просто свербило, так хотелось поделиться происшествием. Быстренько нарядившись, она отправилась к Ане.

– Папа, папа, ты не угадав! – картавила внучка, выбегая в коридор. У нее был как раз тот счастливый возраст, когда все буквы уже умеешь выговаривать, но не всегда этого хочется. – Это не гвупый пингвин пгишов, а наша баба Квава!

– Анна, объясни матери, кого ты здесь привечаешь?! Ты что, вызвала дух своего бывшего мужа? Все никак не можешь успокоиться? – строго потребовала Клавдия Сидоровна.

– Ой, мам, проходи, – отчего-то закраснелась дочь. – А у нас тут… Это не дух, Володя сам в гости заглянул…

Так, все понятно! Это Володя, милый зятек, назвал ее, Клавдию, глупым пингвином!

А дочь еще и счастлива. Теперь Анна будет сурово наказана и никогда не услышит, какое важное дело ее мать проворачивает. Клавдия Сидоровна решительно шагнула в комнату и расплылась приторной улыбкой. Молодой человек при виде ее стал осторожно продвигаться к дверям.

– Вовочка! Какой сюрприз! Вы, слава богу, уходите, или, не дай бог, остаетесь?

– Мама! Садись лучше с нами чай пить, – примирительно пригласила Аня. – Посмотри, какую Володя купил Яночке замечательную курточку! Яна, покажи бабушке, что тебе папа привез.

Клавдия придирчиво осмотрела яркую, красивую обновку.

– Вот Вовочка молодец, – принялась она нахваливать зятя. – Я эту курточку на дешевой распродаже видела, стоит копейки. Дай, думаю, нашей Яне возьму, а потом не взяла, обида обуяла, чего это, думаю, наш ребенок в дешевках мотаться будет. А вот ты, Володя, умница. Видишь, какой практичный, каждую копеечку бережет. Вот что значит мало зарабатывать, и такой курточке рад, – притворно вздохнула теща и отбросила куртку подальше. Нет, она не была злюкой, но простить пингвина!..

Аня летала по комнате, точно бабочка, и это совсем не нравилось Клавдии Сидоровне. Зато Володя, кажется, был на седьмом небе.

– Мам, тортик хочешь? Я сама стряпала, – цвела Анна во все щеки.

Клавдия поместила в рот солидный кусок лакомства и зажмурилась. Кулинарка дочь была отменная. И откуда только научилась?

– Еще? – спросила Аня, видя, как мать млеет.

Довольный вид тещи сбил с толку и зятя. Он даже решился заговорить.

– Торт сегодня удачный получился, правда, Клавдия Сидоровна?

– Правда, Вовочка, правда. Тортик просто сказка. Ой, хитрюга, – погрозила дочери пальцем мать, лукаво улыбаясь. – Знаю, для кого делала – Жору ждала. Ну не красней, не красней. Жора – мужчина солидный. Он, кстати, вас с Яночкой хотел на Канары вывезти, а то вы все лето в городе, вон какие бледные, что ты, что малышка.

Володя от неожиданности засучил ногами, а Аня медленно опустилась мимо стула.

– Вот ведь до чего девку довел, – сурово глянула на зятя Клавдия и ринулась поднимать дочь.

– Мама… мама, ты это…

– Нет-нет, я не тороплюсь, не беспокойся. Я тебя не оставлю. У-у, изверг, – сверкнула глазами Клавдия на притихшего Володю.

– Мам, ты чево валяешься? – притопала из своей комнаты Яночка. – Поднимайся, попу пгостудишь.

– Ой, не могу, Яночка, солнышко, ты когда же такое придумала? – кинулась тискать внучку бабушка.

Девчушка забралась к ней на колени и, добравшись до самого уха, доверительно прошептала:

– Я не пгидумава. Это у нас в садике Тоя Бобгов попу пгостудив, и тепей, когда мы спим, она у него все вгемя кашъяит. Нам так Вега Петговна сказава.

Пока Клавдия Сидоровна умилялась внучкой, родная дочь сбежала в коридор и теперь выглядывала оттуда со счастливой физиономией.

– Мам, ты с Яночкой посиди вечерок, а мы с Володей пройдемся.

– Куд… Куда это? – закудахтала мать.

– За билетами… На Канары, – мстительно усмехнулась Аня, и ее каблучки весело зацокали по лестнице.

Вечером дома, лежа в постели, Клавдия жаловалась мужу на несносную дочь, а супруг ее же и обругал:

– Сколько ж можно! Ну не лезь ты в их семью! Может, и будут они вместе жить, ведь неплохой же мужик этот Вовка!

– Какой же неплохой? Зарабатывает сущие копейки, женщин не понимает… он даже рыб не любит! – парировала Клавдия Сидоровна.

– Зато он любит нашу дочь, – поставил точку Распузон и задумался.

Клавдия надулась и отвернулась к стене. Полежав в таком неудобном положении целых десять минут и поняв, что противный Кака недодумается извиниться, она начала нервничать.

– Ты о чем там думаешь? Я знаю, о чем ты там думаешь, ты тоже считаешь, что я глупый пингвин!

– Нет, я вот все думаю, при чем здесь башмак? – сосредоточенно мямлил Акакий и, сам того не заметив, рассказал все, что произошло сегодня в клубе.

Клавдия резко села. И ее сонное лицо даже немного побледнело.

– Кака… Преступник находится в клубе, это совершенно точно, – испуганно проговорила она. – Ты бы не ходил туда, а?

– Давай по порядку. О том, что преступник имеет отношение к клубу, мы и раньше с тобой догадывались, почему же мне не ходить именно сейчас?

– Ты знаешь, Кака, мне кажется, кто-то упрямо подставляет нас.

– Нас?! Да ты с ума сошла! Кому это надо, когда нас там никто и знать не знает! Спи давай, дурилка.

Клавдия вздохнула поглубже и поправила прическу.

– Ты не ругайся, а слушай. Сегодня мы с Жорой побывали у Белкиной. И она опять отравилась. Причем прямо при мне, я сама все видела. Ну и что после этого должны думать следственные органы? Ну говори!

– Ясно что – отравила ты. Расскажи-ка мне все подробней.

До глубокой ночи супружеская пара передавала друг другу новости. День прошел печально, и задуматься было над чем.

– Клава, похоже, тебя грубо подставили, – забеспокоился Акакий.

– Да чего уж там, совсем не грубо, а очень даже продуманно. И на тебя как-то намекают. Ты же один в такую жару ходишь в кроссовках. В синих.

– Да потому что ты никак не можешь купить нормальные туфли! Вон, уже даже преступник издевается, – вскипел Акакий и выпрыгнул из постели.

Клавдия молча поднялась и сунула супругу в руки кота. Он всегда успокаивался, когда держал на руках Тимку.